Эрик Хелм - Уцелевший

Последняя фраза Ричарда явно объяснялась наличием русской жены.

— Уверены, — огрызнулся Рекс. — Полежал бы с нами вместе в ложбинке на увале — понял бы!

— Что надлежит предпринять, Сероглазик? — вмешалась Мари-Лу.

Герцог неторопливо поднялся из кресла, прогулялся по гостиной взад и вперед.

— Лично я сей же час отправлюсь в Оксфорд, к старому знакомому, католическому священнику. Попробую раздобыть у него Святое Причастие. Коль скоро удастся, мы получим совершеннейшую защиту, способную уберечь на протяжении предстоящей ночи и оградить от любого натиска темной силы. В отсутствие мое вы глаз не должны спускать с этого несостоявшегося чернокнижника...

Де Ришло усмехнулся:

— Да, голубчик, задал ты работы всем подряд! Уж извини великодушно, тебя придется пасти, как несмышленого младенца.

— Ладно, чего уж там, — смутился Аарон. — Вы думаете... я могу быть немножко... мм-м... остаточно одержим?

Герцог искренне расхохотался.

— Одержимость, mon ami, либо наблюдается, либо нет. Как беременность. А ты, слава Богу, одержимым не был. Что касается сквернящего влияния, то ритуалы, совершенные перед рассветом, прогнали прочь всякую мерзость, незримо к тебе прилипшую. Теперь надобно следить за твоей безопасностью и поскорее выйти на след Мокаты.

— А можно, я пойду посплю самую малость? — жалобно спросил Саймон.

— Слыхали? — обратился ван Рин к герцогу. — Три часа провел бесчувствен, аки скот зарезанный, покуда мы глаз не смыкали, а сейчас баиньки собирается!

— Потеря сознания вовсе не заменяет сон, — добродушно молвил де Ришло. — Хочет — пускай спит. Но под присмотром: вспомни, как этот лунатический граф Монте-Кристо сбежал из моей неприступной крепости!

— Отлично, Сероглазка, — засмеялась Мари-Лу. — Проводим тебя в путь, наденем на Саймона смирительную рубашку — и пускай отсыпается вволю.

Все собравшиеся помахали герцогу с порога, и длинный, мощный автомобиль умчался по аллее. Де Ришло твердо пообещал вернуться до наступления сумерек. Итон проводил приятеля на второй этаж, в спальню, а Мари-Лу поглядела в глаза Рексу.

— Что, по-твоему, значит сей сон? — спросила она серьезно и встревоженно. — Именно по-твоему?

Несколько мгновений американец молча смотрел на хорошенькое овальное личико, а затем неторопливо, с расстановкой ответил:

— Мы, по милости Саймона, прогулялись неподалеку от адских врат. А тамошнее население такого не любит... Понимаешь, де Ришло не рассказал всего. В этой истории замешана одна девушка... а я... ну, не безразличен к ней.

— Господи помилуй, — молвила Мари-Лу. — Бедный Рекс!

Они вернулись в гостиную и на протяжении следующего получаса Рекс истязал пару дружелюбных внимательных ушек жалобной повестью о трех случайных встречах с прекрасной незнакомкой в трех разных уголках земного шара, о неожиданной встрече на окаянной вечеринке, о свидании в отеле, совместной поездке и почти кинематографическом бегстве Танит из Пенгбурна. Вновь изложил ночные события, сообщил, что не приметил девушки меж бесновавшихся участников шабаша и ума не приложит, куда она подевалась, бежав от частного сыска.

— Н-да, — задумчиво сказала Мари-Лу. — Но, если хотя бы половина уверений Сероглазого правдива, — а в этом я не сомневаюсь, — лучше держаться от предмета твоих вожделений подальше. Связываться с девицей, приверженной сатанизму, — брр-р!

— Но я чувствую: здесь что-то не так! Просто чую!

— Поживем — увидим, — вздохнула миссис Итон.

Дверь гостиной медленно отворилась.

Малэн, дворецкий Итонов, объявился на пороге.

— Мистер Ван Рин!

— Да?

— Вас просят подойти к телефону.

— Кто?

— Понятия не имею, сэр.

Будучи отлично воспитан и вышколен, дворецкий, разумеется, не прибавил, что звонит женщина, однако американец, уже резонно дававшийся диву, кому и откуда стало известно его местонахождение, чуть не охнул, услышав из трубки знакомый голос, так напоминавший мягкую экранную речь Марлен Дитрих.

— Это вы, Рекс? Как хорошо! Нужно встретиться — сейчас же, немедленно... Сию минуту! Пожалуйста!

— Танит! — буквально заорал ван Рин. — Каким образом вы узнали?..

— Неважно! Расскажу при встрече! Но только скорее, умоляю!

— Где вы?

— В деревенском трактире, от вас приблизительно миля с небольшим. Поторопитесь!

Американец колебался, но лишь одно мгновение. Ричард и Мари-Лу вполне сумеют позаботиться о Саймоне. Оружие в доме водится, дружище Итон отнюдь не страдает недостатком решительности, да и Малэн способен постоять за хозяев...

Голос девушки звучал столь настойчиво, таким отчаянным призывом, таким скрываемым испугом, что влюбленность и тревога, не отпускавшие Рекса в продолжение последних суток, легко и быстро возобладали над остальными чувствами.

— Ждите, — сказал он решительно. — Буду через пятнадцать минут.

Бегом вернувшись в гостиную, американец поспешно объяснил Мари-Лу, в чем было дело.

— Ступай, разумеется, — сказала маленькая женщина с некоторым сомнением. — Но ты вернешься до сумерек?

— Еще бы!

Рекс улыбнулся широченной улыбкой счастливца, развернулся, ухватил пиджак и, выскочив из дому, бросился бежать по аллее, хранившей рубчатый двойной след испано-сюизы.

О чем думала Мари-Лу, сидя в глубоком кресле и тихонько покачивая головой, можно лишь гадать. Судя по сведенным к переносице бровям, ее мысли сосредоточивались на вещах весьма далеких от забав и шалостей, которые царили в светлом, жизнерадостном доме Итонов поутру...

* * *

Дворецкий Малэн уже получил распоряжения краткие, четкие и недвусмысленные. Ричард Итон остается наверху, в спальне, присматривать за мистером Аароном, ибо последнему нехорошо, и в любую минуту могут потребоваться компрессы либо капли. Тревожить ни больного, ни сиделку не дозволялось ни под каким видом. Со всеми домашними делами надлежало обращаться к миссис Итон. Поэтому добряк Малэн отвесил почтительный короткий поклон, пересек холл, постучался в дверь гостиной и объявил:

— Прошу прощения, сударыня. Пришел новый гость. Вас желает видеть господин Моката.

19. Сатанист

Даже недавно дравшийся врукопашную с вурдалаком испанец охнул, когда страшные трясучие скелеты начали неуклюже подыматься из отверстых ям, хватая костями пальцев осыпавшиеся, поросшие травой закраины. Скелеты вставали неторопливо и неотвратимо. Уже знакомая Родриго ледяная воздушная волна раскатилась по прогалине. Каким-то неиспуганным уголком сознания рыцарь отметил: это плохо, из рук вон плохо! Резкое, необъяснимое похолодание безошибочно предупредило бы о любой надвигающейся нечисти за несколько мгновений, на которые Родриго весьма и весьма рассчитывал. А теперь нежданного холода почувствовать не удастся, подумал кастилец, лязгая зубами то ли от озноба, то ли от ужаса. Переполох на дороге поднялся наверняка не по вине какой-нибудь гадюки, страдающей бессонницей... Оттуда ежеминутно могло явиться нечто малоприятное, и рассчитывать оставалось лишь на остроту зрения да еще, пожалуй, на шестое чувство.