Антон Соя - З.Л.О.

— Абигор. А ты, наверное, Следак? Я тот охотник, которого вы ждете. Где демон?

— Еще не прилетел. — Следак с недоверием рассматривал субтильную фигуру Охотника, который выглядел как смешной пятнадцатилетний подросток. — Он должен уничтожить вампиров, засевших в замке, и только потом тебе нужно будет отправить его обратно в Ад.

— Весело у вас тут. Замок, демон, вампиры… Настоящие или укушенные?

— В замке — настоящие. Демон, кстати, тоже. Справишься? Демон очень сильный.

— Конечно справлюсь. Я давно этим занимаюсь. Две с половиной тысячи лет с хвостиком. Я аггел.

— Ангел? — недоверчиво переспросил Следак.

— Когда-то ангел, теперь аггел, по-вашему падший ангел. Только я не из той партии ангелов, что сослали с Азазелем на Землю за ревность к людям, а потом, когда они людей всяким наукам и умениям опасным обучили, почти всех в Ад отправили. Меня, наоборот, поперли с небес за то, что все время просил за людей. Жалел я вас — молодой был, жалостливый, — охотно ответил разговорчивый парнишка. — С тех пор живу среди вас. Похож на человека, но не человек. Как дельфин среди рыб или паук среди насекомых. Хотя, конечно же, скорее я паук, потому что ловлю в свои сети заигравшихся демонов. А с того времени, как в Интернете выложили все ритуалы и демона может вызвать каждый дурак, работы у меня прибавилось изрядно. Так что через час мне нужно быть в Далласе, там Дэв разгулялся…

— Тогда пойдем в замок. Подождем демона. Я думаю, он минут за пятнадцать со всем управится.

— Пойдем. О, а вот и укушенные! Как дела, кровососы?

Гвардейцы не удостоили наглого подростка ответом и молча пропустили их со Следаком в замок. Даже провожатого дали. По дороге беседа продолжилась.

— Значит, ты падший ангел, — сказал Следак, — и теперь специализируешься на отправке домой или в Ад своих собратьев?

— Распространенная ошибка дилетантов — считать всех демонов аггелами. Большинство из них — бывшие языческие божества. Господствующие ныне религии загнали их в забытье и прозябание в далеких темных параллельных мирах. Демоны томятся от невостребованности и всегда готовы прийти на вызов любого страждущего, вспомнившего о них. Только последствия их прихода непредсказуемы, ведь подчиняться они не привыкли.

— Я заметил.

— Между прочим, люди могут точно так же обращаться за помощью к добрым ангелам, и без всяких там мрачных кровавых ритуалов. Ведь для того ангелы и существуют. Но люди предпочитают темных и неуправляемых демонов. Тяга к злу непобедима. Зря я за вас заступался.

На этих словах они зашли в комнату для собраний — огромный зал с высокими сводчатыми расписанными фресками потолками.

— Привет, Абигэль, давно не виделись! — Сангров приветственно развел руки для объятий.

— Давно уже не Абигэль, а Абигор. И вам привет, кровопийцы-драгдилеры. Да, лет триста, наверное, прошло с последней встречи, — ответил Охотник и сел за стол переговоров, проигнорировав панибратский жест Сангрова, — когда вас Бельфегор кинул с пылью.

— Все чужих демонов гоняешь? — спросил Блутов.

— Нет, своего ищу. А вы, похоже, в чужой огород залезли и обрадовались. Слышал я, сошлись все ваши заветные ингредиенты: кровь, ЗЛО и молоко — мечта вампира. Так вы на радостях губу на управление всем миром раскатали.

— Грудное молоко — третий элемент абсолона? Так вот для чего в городе столько женских консультаций! Вот зачем эти навязчивые призывы к увеличению рождаемости! Кровь с молоком — ваш великий секрет?

Наконец-то у Следака сложилась полная картина паразитарной схемы эксплуатации людей «восьмеркой». Он сел рядом с Аней и бесцеремонно уставился на вампиров, изучая их наглые сытые морды.

— Браво! Простенько и со вкусом крови. И постоянный прирост источника питания, и необходимый ингредиент в перманентной доставке, и благообразная обертка. Гениальные паразиты! — подключилась к теме Аня.

— Для человека ты слишком цинична, — сказал Охотник, с любопытством разглядывая Аню.

— Мы не паразиты, а симбионты. А ты, Абигэль, — слишком болтлив даже для ангела, — сказал не перестающий умильно улыбаться Блутов. — Хотя сейчас это уже абсолютно не важно. Вряд ли кто-то, кроме нас и тебя, выйдет отсюда живым. Кстати, Анна не человек. Как и Яна. Что-то я никогда ничего не слышал про настоящую мать двойняшек. Женщина, сыгравшая ее роль, никогда их не рожала. Для Алхимика в Праге постарались на славу. Очень милые големши, самые красивые из всех, что я видел! Сразу две готические Лолиты для одного незадачливого Гумберта. Бедному Алхимику пришлось помотаться с ними по свету, не задерживаясь нигде большегода, и везде отмечать их восемнадцатилетие, чтобы не вызывать подозрений. Им всегда на вид шестнадцать, им встроена ложная память о детстве. Созданы для любви, идеальные модели женщин. С одним лишь отличием — никакой морали в темной пустой душе.

— Вранье! Сам ты модель! Мы любили отца! Мы обожали его! — закричала Аня.

— Любили, не спорю. На уровне инстинкта. Вас так запрограммировали. Шли за ним по жизни, как утята идут за тем, кого увидели первым, выбравшись из яиц. Обожали его, как собаки, преданные своему хозяину, но с одним отличием: только пока он был рядом, — сказал Сангров. — Поэтому Алхимик и не отпускал вас от себя ни на шаг.

— Не надо трогать собак! В каждой из них больше чистоты, чем во всех здесь собравшихся, — сказал Абигор.

— Здесь не поспоришь, — сказал Блутов, — мы на собачью чистоту не претендуем.

— Ты спала с Алхимиком? — ужаснулся догадке Следак. — И ты, и Яна?

— Кому ты веришь? Этому клопу? Он просто хочет нас рассорить! Развалить команду, — негодовала Аня.

— Да? — удивился Сангров. — А вы что — команда? Разве пять минут назад ты, девочка, не предлагала оставить нам город со Следаком в придачу в обмен на часть пыли, которую вы называете ЗЛОм?

Аня застыла на секунду с открытым ртом. Следак встал, с грохотом отодвинув стул. Обида на очередное предательство Ани больно резанула по глазам, залила суровым кипятком и без того воспаленный мозг. Причем ему сейчас стало все равно — девушка Аня или гомункулус, главное — что предатель. Румяные вампиры смотрели на него с пренебрежительным сочувствием, а трехтысячелетний мальчишка с интересом наблюдал за развитием скандала в стане вызвавших его клиентов. Неизвестно, как бы развернулась ситуация, если бы всеобщее внимание не привлекло происходящее на мониторах.

Димон с Яной на плечах появился сразу на всех мониторах замка, и воздух вокруг моментально заполнился стрекотом автоматных очередей.

Демон висел над внутренним двором замка в равном удалении от всех башен и медленно крутился вокруг своей оси, словно исполняя танец дервиша. Одну ногу он согнул в колене, трепещущие крылья широко раскинул, руки держал параллельно земле. В правой руке сиял раскаленный меч, а на ладони левой переливался сине-желтый огненный цветок. На лице застыла презрительно-спокойная маска, только глаза горели холодным огнем, золотые кудри развевались по ветру, а над ними сияли безумным страхом глаза перепуганной Яны. Автоматчики строчили безостановочно, но пули таяли в дрожащем сиянии вокруг Димона. Словно загипнотизированные, молча встали у мониторов нечистые хозяева замка, раскрасневшаяся Аня, бледный Следак и Абигор, играющий своими цветными линзами. Охотник первым нарушил молчание. Сказал он всего лишь одно слово: