Кэт Ричардсон - Входящая во Мглу

4

Я потащилась в главную библиотеку на углу Четвертой и Мэдисон. Библиотекарь в справочном отделе и правда знала, где найти Квинтона.

Я прошла вдоль ряда, на который она мне указала, и в конце увидела мужчину за компьютером. Он стучал по клавишам с нереальной скоростью и что-то бормотал себе под нос. Длинные каштановые волосы завязаны в хвост на затылке, бледное лицо украшает коротко подстриженная темная борода.

Он прервался, сбросил экран и вскинул голову.

— Вы Квинтон? — спросила я.

— А кто его ищет?

— Меня зовут Харпер Блейн. Меня прислал парень из «Мобайл-лок».

Мужчина кивнул:

— Ясно. Чем могу помочь?

— Мой офис взломали, и мне нужна какая-нибудь сигнализация, быстро и дешево.

— Ага. Понял, — улыбнулся он. — Я могу организовать кое-что минут за пятнадцать. Не супер, но варваров на время сдержит.

Я вытаращилась на него. Квинтон усмехнулся.

— Это проще, чем кажется. Исходные данные?

— Одна дверь, одно окно, две телефонные линии, — перечислила я. — Одна для модема.

— Проще пареной репы. Далеко ваш офис?

— В восьми кварталах отсюда.

— Вы на машине или пешком?

— Пешком.

— Ладно. Пошли.

Квинтон отключил компьютер, схватил пальто и рюкзак с соседнего стула.

Мне пришлось едва не бегом за ним бежать. У меня высокий рост и длинные ноги, но Квинтон не терял зря времени, и угнаться за ним было нелегко. Мы шагали на юг к Пайонир-сквер, середина апреля морочила голову хорошей весенней погодой. Жители Сиэтла словно забыли, что в мае, как правило, снова заряжают дожди, поснимали куртки, наслаждаясь началом неожиданно прозрачного вечера, который, возможно, станет холодным к девяти и обернется туманом с утра. Несмотря на капризы природы, я люблю это время больше всего. Однако на сей раз я хмурилась.

Повернув на Йеслер, на взгорке Пайонир-сквер, я заморгала от внезапной пелены на глазах и подкатившей к горлу тошноты. Когда переходила улицу у здания офиса, потрепанный бородатый мужик в джинсах, ботинках, фланелевой рубашке и шляпе с широкими полями, недобро зыркнув, пошел прямо на меня и пихнул в сторону. От его прикосновения я покрылась ледяными мурашками. Запах был еще хуже.

— Эй! — крикнула я ему в спину.

Мужик потопал дальше.

— Что такое? — спросил Квинтон.

Я проморгалась и успокоила дыхание.

— Тот мужик нарочно в меня врезался.

— Какой мужик?

Я показала.

— Тот.

Мы стояли и смотрели на пустой квартал. Мимо проходили обычные пешеходы — мой грубиян испарился.

— Наверное, свернул в аллею, — предположила я.

Только ведь он не сворачивал. Хмурясь, я подавила приступ тошноты.

В офисе Квинтон изучил окно и дверь. Вынул замысловатый складной инструмент из кармана, порылся в рюкзаке и выложил на пол стопку барабанов с намотанными на них проводами, изоленту и пакетики с мелкими деталями.

— Я недолго, — сказал Квинтон и присел у открытой двери.

Я наблюдала, как он сунул что-то под притолоку и у пола. Приделал провод и отрезал от мотка длинный хвост, который болтался, пока Квинтон приклеивал его на место изолентой. Закрыв дверь, Квинтон перешел к окну.

Зазвонил телефон. Я отвернулась от Квинтона и взяла трубку.

— Мисс Блейн, Сергеев. Я уже звонил. Вас заинтересовало мое дело с пропавшей фамильной ценностью?

Я села за стол и схватила блокнот.

— Возможно. Зависит от обстоятельств. Не хотите встретиться и обсудить лично?

Он рассмеялся.

— Нет, я сейчас не в Сиэтле. Но я очень хорошо заплачу. Две тысячи долларов задатка, как вы говорите. Остальные — когда доставите его мне.

— Тогда заинтересовало. Вашу ценность украли?

— Всего лишь не туда доставили. Столько потрясений. Он затерялся.

— Где вы?

— В последний раз видел в Швейцарии. По-моему, Ингстром отправил груз в Сиэтл, 1970, 1980…

Я начала путаться в его странных речевых конструкциях. Попыталась вернуть клиента к теме.

— Что представляет собой ваша фамильная ценность?

— Предмет меблировки. Орган для гостиной. Можете найти его? Это не срочно.

Я бегло набросала все, что он говорил, и перечитала.

— Скудная информация. Может, добавите еще что-нибудь?

— Я подумаю и вышлю вам бумаги вместе с чеком. Договорились?

— Да, но потребуется время…

На другом конце провода послышался смешок, а за ним:

— Если хотите позвонить, положите трубку и наберите номер.

Я гневно воззрилась на Квинтона, который как раз вставал с корточек, оторвавшись от телефонного разъема в стене.

— Что сейчас произошло? Я потеряла клиента, а у меня нет его номера!

— Я ни при чем. Линия в порядке. Может, перезвонит.

Сергеев не перезвонил. Прождав несколько минут, я покачала головой.

— Черт!

Квинтон хмуро взглянул на телефон.

— Думаете, не перезвонит?

Я злилась.

— Не сейчас точно.

— Мне нужно еще кое-что сделать. Я займу телефон на пару минут. У вас есть пейджер?

— Да.

— Номер?

Я искоса посмотрела на него, ощутила легкое головокружение и отвернулась.

— Зачем вам?

Он продемонстрировал открытку ко дню рождения в прозрачном пластиковом конверте с надписью «Запиши свое личное поздравление!».

— Я запрограммирую схему так, чтобы при взломе вам приходил код на пейджер.

— О!

Я выпалила номер.

Квинтон снял с открытки мелкую темную штучку и положил ее около телефона. Затем устроил трубку рядом со схемой, набрал номер моего пейджера и добавочный, повесил трубку. Через миг у меня на поясе безмолвно завибрировал пейджер.

— Получили? — спросил Квинтон.

Я прочла сообщение.

— Девять, девять, девять.

— Такой код будет приходить всякий раз при открытии окна или двери. Просто не обращайте на него внимания, когда сигнализация реагирует на вас. Через день-другой я достану систему получше. А сейчас еще пара штрихов — и готово.

Квинтон подсоединил какие-то странные провода к моему телефону и электросети, аккуратно обмотав их белой изолентой, чтобы замаскировать от случайного взгляда.

— Вот и все, — заявил он, складывая инструменты и поднимая рюкзак.

— Сколько я вам должна, Квинтон?

— Как насчет ужина? У меня осталась пара вопросов насчет постоянной сигнализации. Она ведь вам еще нужна?

Я подумала.

— Наверное, да. Ну, хотя бы на глаз, сколько? — спросила я.

— На глаз не работаем.

Во взгляде Квинтона мелькнул огонек сдерживаемого смеха. Я с несчастным видом посмотрела на него. В ответ получила извиняющуюся улыбку.