Анна Романова - Моя няня

Дальнейшая настройка программы прошла в полной тишине. Уже когда Виолетта выходила из

кабинета, начальник вдруг окликнул её.

– Что? – обернулась она, удерживая дверь.

– Ты это… не обижайся на меня, – вдруг выдал Виктор Борисович, чем неслабо озадачил, потому

что подобных слов от него почти не слышали. – Сама понимаешь, департамент… Ну, и всё

остальное.

– Понимаю, – кивнула Виолетта. – Могу идти?

– Иди, – начальник вдруг снова стал хмурым, словно решил, что слишком долго пребывал в

человеческом облике, – иди уже.

Передышка закончилась. Почти бегом пришлось нестись назад, в свой кабинет. Слова Виктора

Борисовича несколько отвлекли от ужаса увиденного, оставив его где-то глубоко внутри.

Приглушили, но не уничтожили полностью.

Когда Виолетта вернулась, подрядчик был на месте, однако посмотрел на неё так, словно она

сделала что-то непростительное.

– Я думал, вы не вернётесь.

– Вернулась, – хмыкнула Виолетта. После разговора с начальником любой клиент казался беззубой

собачонкой, поэтому нервничать она больше не собиралась. Собрала бумаги, ловко засунула в

папку и вручила подрядчику.

– Я это не принимаю, сделайте правильно и привозите завтра.

Тот вспыхнул, сделал шумный вдох, но Виолетта не дала ему рта раскрыть:

– Переделать, – четко выговорила она. – Иначе приду с проверкой.

В кармане тут же запиликал мобильный. Напуганный подрядчик сразу сник и кивнул:

– Как скажете, Виолетта Сергеевна.

От Каталинской пришла смс-ка, в которой подруга напоминала, что завтра нужно не опоздать на

семинар, иначе их попросту не пустят. Виолетта поклялась себе, что ни за что не забудет поставить

будильник на нужное время, и спрятала телефон.

Собственный компьютер всё же пришлось передавать в руки программистов. Стопка бумаг уже

была разделена на две части. Однако работа снова застопорилась. Почему-то казалось, что стоит

лишь перевернуть документ, как на следующей странице она встретится глазами со страшной

незнакомкой и услышит леденящий душу голос:

– Ты ушла от меня, глупая. Вот видишь, теперь приходиться искать замену.

Почему именно это?

Глава 5. Семинар

Выходной начался с затянутого серыми тучами неба и стены проливного дождя. Однако Виолетту

скорее радовала такая погода, чем расстраивала. Москвичи давно ждали прохлады и дождь

встретили с благодарностью.

Виолетта стояла под зонтом на остановке, ожидая опаздывавшую Каталинскую. Холодные капли

стекали по обнажённым рукам, впитывались в лёгкую ткань платья, но возвращаться домой уже не

было времени – семинар начнется через полчаса.

– Девушка, не подскажите, который час? – раздался хриплый голос справа.

Виолетта повернула голову и встретилась взглядом со смешливыми зелёными глазами. Собеседник

оказался молод, неплохо одет, с короткими чуть взлохмаченными волосами и кривым шрамом,

пересекавшим правую щеку. Виолетта молча глянула на часы и ответила:

– Пятнадцать минут девятого.

Он кивнул и замер, чуть склонив голову набок, будто рассматривая её с ног до головы:

– Спасибо. – Несколько минут помолчал и задал новый вопрос: – Кого-то ждёте?

Виолетта ещё раз бросила взгляд на собеседника и определила, что он не столь молод, как

показалось сразу. Но навязчивое внимание и попытка завязать беседу начинали раздражать.

Виолетта поморщилась и сжала зонтик крепче.

– Жду, – коротко ответила, давая понять, что разговаривать не намерена.

Мужчина не поменял позы и продолжал пристально её разглядывать. Виолетта почувствовала, как

внутри закипает негодование, а желание сказать что-то грубое укрепляется с каждой секундой.

Взгляд – зелёный лёд – пронизывал, заставлял сворачиваться внизу живота скользкий, щекочущий

страх.

– Извините, – обронил он и отошёл.

Виолетта не смотрела, куда он направился, потому что из-за угла дома показалась Каталинская.

Она бежала, за спину был закинут извечный кожаный рюкзак.

Кира почти влетела на остановку, резко остановилась перед Виолеттой и чуть покачнулась:

– Привет! Даже не начинай, – отрубила подруга, не дав сказать ни слова, – знаю, что дура

виноватая, потом выскажешь. Вон, маршрутка наша едет.

Виолетта выдохнула сквозь стиснутые зубы, проглотив готовые сорваться упрёки. По спине вдруг

пробежали мурашки, появилось ощущение, что кто-то сверлит её взглядом. Она мельком

оглянулась, светловолосый мужчина смотрел на неё в упор.

Дыхание замерло, сердце пропустило удар. Кира тронула её за плечо, и всё прошло:

– Что случилось? – от подруги не ускользнуло пристальное рассматривание.

Виолетта пожала плечами и кинулась к остановившемуся автобусу:

– Давай быстрее, опоздаем!

***

На семинар собралось около двадцати человек. Ни одного знакомого лица Виолетта не увидела, и в

чем-то была этому рада. Она не считала, что нужно скрывать свои увлечения, но афишировать их

тоже не хотелось. Таким, как Кира – легко, а вот коллегам по работе или матери с отцом знать это

необязательно.

Их разместили в просторном помещении со стенами, выкрашенными в уютный коричневый цвет.

В огромных окнах виднелась улица, через приоткрытые форточки доносился запах свежести. Но

все же это не могло убрать ощущение, что комнату давным-давно не проветривали. Ранее здесь

располагался какой-то клуб, теперь же помещения снимали разные организации и сдавали в

аренду для определённых мероприятий.

– А мы волновались, – шепнула на ухо сидевшая рядом Каталинская. – Богин сам вовремя не

приехал.

– Чтоб я ещё раз тебя послушала, – буркнула Виолетта.

В отличие от Каталинской, не раз бывавшей на подобных семинарах и знавшей имя

практикующего психолога, религиоведа и эзотерика Богина Германа Дмитриевича, она подобным

похвастаться не могла. Но выбору подруги доверяла, поэтому терпеливо ждала и больше никак не

выказывала своё недовольство.

Дверь распахнулась резко, Богин зашёл четкой чеканной походкой. Внимательнее приглядевшись,

Виолетта прикусила губу, чтоб не ахнуть. Это был тот самый человек, который спрашивал у неё

время. Только теперь глаза были спрятаны за узкими очками.

– Добрый день, прошу извинить меня за опоздание. Погода, – кратко сообщил он.

Голос Богина был похож на тонкие стальные крючья, которые метко вцеплялись в жертву и уже не

отпускали. То ли было что-то в тембре, то ли в тоне – Виолетта не могла понять. Богин не удостоил

её даже взглядом. Программу семинара начал резко, с напором, не давая одуматься. Его голос,