Андрей Прусаков - Печать ворона

Что делать? Что он может один, с этими дурацкими нунчаками — против пистолетов? Но ехать надо. Друзей нельзя бросать. Хотя какой Кир друг? И Аня? Они оба предали его. Кир спас ему жизнь в лесу, но Иван вернул долг. Вороны вернули. Но Аня тут совсем ни при чем… Я должен помочь, думал Иван, всматри-ваясь в проносящиеся мимо редкие машины. Любым способом! Но только без во-ронов.

На поднятую руку остановилось такси. Ночью дорого, мелькнуло в голове, но сейчас не до расчетов.

— Кораблестроителей, — сказал Иван, и «Волга» рванула вперед. Невский был пуст, светофоры мигали желтым, и на Васильевский доехали быстро, так быстро, что Иван не успел ничего придумать и вылез из такси в полной растерянности. Такси уехало, мигая поворотником, Иван остался стоять перед домом Кира. Впе-реди показался милицейский «уазик», и Иван поспешно отступил в тень, спрятав-шись за бетонными столбами. А может, позвать милицию? Пока они напишут свои протоколы, да и поверят ли ему? Еще обыщут — а у него нунчаки… «Уазик» про-ехал мимо. Все. Надо идти самому. Он убил людей Алхаза, ему и отвечать. За все надо платить…

Кир живет на шестом. Иван не поехал на лифте, а поднялся пешком, каждой ступенькой перешагивая через страх. Он знал: вороны не оставят его, знал, что, скорее всего, они уже тут. И, если захотеть, он может увидеть их глазами! Иван остановился на третьем и прислонился к стене. Верно! Ему нужны глаза! Он за-глянет в окно, как это сделал у Аниного дома! Иван отодвинул щеколды и рывком распахнул створки.

— Сюда! — беззвучно позвал он, и соткавшись из тьмы, на подоконник сел ворон.

— Лети, — приказал Иван, вглядываясь в неподвижные бусины глаз. Птица вспорхнула вверх, поднявшись на три этажа. Пройдя через упругую, глухо лоп-нувшую мембрану, Иван оказался в воздухе. В квартире Кира горел свет. Ворон завис перед кухней, но за тройными стеклопакетами висели закрытые створки жа-люзи. И в спальне то же самое. Ворон поднялся выше, перелетел через крышу и заглянул в квартиру с другой стороны. Бесполезно. Неужели Кир им все рассказал?

Иван пришел в себя внезапно, словно облитый ледяной водой. Рука прове-рила нунчаки, а ноги медленно зашагали наверх. Надо идти, хоть и страшно. Надо. Что ему делать со этими палочками, если у них пушки? А может, удастся дого-вориться? Ведь, хотели бы их убить — давно бы убили. А может, и убили, а те-перь — моя очередь?

Страх тугой лентой сдавливал сердце, мешая дышать, но Иван перешагивал ступень за ступенью. Жизнь учила преодолевать страх, учила жестоко, не спра-шивая и не давая выбора. Он мог избавиться от страха, если бы принял власть над стаей. Но Иван не хотел, зная, чем это может кончиться…

Он презирал бандитов, спрятавшихся и прикрывавшихся заложниками… и боялся их, потому что не хотел умирать сейчас. Он знал, это знание пришло ис-подволь: смерть — не конец, но после нее он вольется в стаю, и больше не будет ни счастья, ни любви, останутся лишь вечный неутолимый голод и тоска. И нена-висть к живым, с вкусной горячей кровью.

Квартира номер девяносто девять. Иван всегда завидовал Киру, считая де-вятку счастливым числом. Правда, сам он жил в доме номер четыре, а квартира была пятой, что в сумме тоже давало девять, но девяносто девять было круче…

Сейчас цифры вызывали лишь усмешку. Толку от них. Не в цифрах сила… Иван вытащил нунчаки, глубоко вдохнул и приготовился. Кто откроет — сразу по жбану, изо всех сил, чтобы башка треснула! Страх прошел, его место занимало странное возбуждение. Тварь я дрожащая или право имею? Правду Кир сказал то-гда: ведь я уже убивал, чего теперь? И если бы время пошло вспять, я сделал бы то же самое. И здесь никого не пожалею!

Иван позвонил. Прислушался: тишина. Иван нажал ручку и вошел. Ага, не-заперто. В коридоре пусто, в комнате за закрытой дверью играет музыка. Иван двинулся вперед. Квартиру Кира он знал — бывал до армии, и очень хорошо пред-ставлял, где могут прятаться бандиты. И когда позади раздался шорох, развернул-ся и отоварил выскочившего из туалета парня. Нунчаки задели стену, и потому удар вышел не убойным, лишь вскользь задев череп нападавшего. Но ему и того хватило. Бандит заорал, схватившись за голову, и повалился на пол. Если б Иван надумал бежать, то успел бы перепрыгнуть через тело и выскочить за дверь, но бежать он не собирался. Хорош тот, кто идет до конца…

Из кухни показался второй кандидат: плотно сложенный бритый наголо му-жик, явно качок. Ничего, голову не накачаешь! Иван взмахнул нунчаками. Дере-вянная палка с гудением рассекла воздух перед носом качка, успевшего отпрянуть. С реакцией у здоровяка в порядке. Иван снова взмахнул оружием, успев задеть по ребрам бросившегося на него третьего, но тот схватил Ивана за торс и повалил на пол. Иван бился как мог, кулаками, локтями и головой, а двое парней месили его сверху, пока яркая вспышка не погасила остатки сознания.

Он очнулся, чувствуя на лице потеки воды. Иван поморщился: каждое дви-жение отдавалось болью. Болело все тело, особенно лицо и губы. Застонав, он повернул голову и увидел незнакомца, стоявшего над ним с кружкой. Рядом воз-вышался качок с бейсбольной битой в руках.

— Ну, что, очухался? — весело сказал незнакомец. Он выглядел, как преуспеваю-щий бизнесмен: хороший костюм, галстук, идеальная прическа. И рожа самая обычная, не вызывающая никаких чувств. Но по всему видно: он здесь командует.

Бизнесмен отдал бритому кружку и сунул руки в карманы, сверху вниз огля-дывая Ивана. Это не Алхаз и не Ларик, кто-то другой. Но кто?

— Ну, зачем ты так? — спросил он. — Тебя же поговорить пригласили, в гости. А ты с нунчаками пришел. Ты всегда в гости с оружием ходишь?

Стоявший рядом громила осклабился, но мужчина говорил так мягко и серь-езно, что Иван и впрямь подумал: а может, они и правда хотели поговорить? А он драку устроил.

— Мамбу вон по тыкве отоварил! — Иван с трудом повернул гудевшую голову и увидел напавшего первым парня с перевязанным лбом.

— Он мне чуть голову не проломил! — сказал раненый.

— Иди, Мамба, не мелькай, — сказал «бизнесмен». «Мамба, — мысленно усмехнулся Иван. — Что мне ваша мамба? У меня Удав есть, был бы он здесь, мы бы вас уделали!»

И тут Иван понял, что находится не у Кира! Комната была другой, и дело даже не в мебели — ее можно поменять, а в том, что тут не было окон.

Зато стоял кожаный диван-уголок, какие-то стеллажи. Стены покрашены в приятный персиковый цвет. Иван подумал, что находится в офисе.

— Посадите его, — велел главный. Ивана мигом вздернули с покрытого дорогим ворсистым ковролином пола и усадили в отдельное кресло.

— А Кир говорил, что ты разумный парень, Воронков.