Джанин Фрост - На краю могилы

Одним прыжком он перенес меня в ванную комнату, бросил на ходу: «Оставайся здесь!» — и исчез. Мне потребовалось не меньше секунды, чтобы избавиться от шока и, не обращая внимания на приказ, ринуться следом. Что толку сидеть в ванной и надеяться на лучшее? Я знала: Док стреляет только серебряными пулями, а это опасно не только для меня, но и для Кости.

Не тратя времени на ступеньки, я спрыгнула через три пролета лестницы и вслед за остальными побежала в направлении источника шума. Снова послышалась стрельба, и я даже не смогла сосчитать выстрелы, а последующий крик подстегнул меня, словно хлыст. Грохот раздавался снизу, из подвала, а голос принадлежал Тэйту.

Я растолкала остальных вампиров, пронеслась по узкому коридору, прыгнула через выбитую дверь и столкнулась с кем-то, державшим в руке кинжал. По инерции мы пробили стену и рухнули на пол, скрывшись в облаке пыли и осколках бетона. Я не стала медлить и вонзила кинжал в пытавшегося ускользнуть человека. Мне не хватило времени ни посмотреть, куда я попала, ни удивиться, что это не Док, поскольку нападавшего тотчас оттащили. Потом и меня кто-то схватил за ноги и выдернул из образовавшейся в стене дыры.

На фоне отчаянных криков Тэйта: «Кэт! Кэт!» — послышался спокойный голос Влада:

— Кости, ты держишь не того человека, и ты обязан жизнью Кэт.

— Котенок, как ты?

Кости так скрутил Дока, что ответ вылетел у меня из головы. Может, в этом было виновато легкое головокружение после удара головой о бетонную стену. Я смахнула со лба капли крови и оперлась на руку Заступа, чтобы встать на ноги. Маленькая камера была заполнена до отказа.

— Я в порядке, — наконец произнесла я. — Он собирался тебя заколоть.

— Нет, Док пытался застрелить Раттлера, верно, приятель?

Он говорил медленно, почти ласково, и в то же время усиливал давление своих рук. Я непроизвольно выпрямила спину. Док этого сделать не мог. Кости нагнул его в обратную сторону и, похоже, собирался сложить пополам.

— Кости! — Мой решительный окрик заставил его поднять голову. — Тебя пытался заколоть Раттлер.

— Она права, — подтвердил Тэйт, натягивая цепи. Он уже заколол Аннет. Как она?

— Я ее нашел! — крикнул снаружи Менчерес. — Зеро, приведи сюда человека. Ей понадобится кровь. Аннет, не двигайся. Будет очень больно…

Из-за двери послышался ее хриплый от боли голос. Слова срывались с большими промежутками, но их было слышно, и все вокруг замолчали.

— Криспин… это был Раттлер… Ай! Боже, как больно… Док его подстрелил, когда… он ударил меня… Менчерес, ты вытащил это проклятое лезвие, я ничего не вижу…

Кости отпустил Дока. Влад уже держал одной рукой Раттлера, второй — мой кинжал, который угодил ему в грудь в опасной близости от сердца. Кости растолкал собравшихся, выскочил в коридор и встал на колени у неподвижного тела Аннет.

— Дорогая, не шевелись, — произнес он мягко, словно уговаривая ребенка. — Чувствуешь мою руку?.. Кинжал почти вышел, только, он проник очень глубоко…

Менчерес, действуя внимательно и сосредоточенно, вытащил изогнутый серебряный кинжал. С его аккуратностью не мог бы соперничать и луч лазера. Причина его осторожности была очевидна — кинжал вонзился точно в сердце Аннет, малейшее отклонение в любую сторону привело бы к смерти. Глядя на них, я затаила дыхание потому что, несмотря ни на что, Аннет вызывала у меня восхищение. Когда лезвие наконец вышло, Аннет застонала от боли и приподнялась, и только тогда я облегченно выдохнула. Казалось, то же самое сделали и все остальные, даже те, кто давно не дышал.

Вернулся Зеро, притащив с собой испуганного подростка. Кости подвинулся, чтобы уложить его рядом с Аннет, и она тотчас припала губами к обнаженной шее. Одной рукой она все еще сжимала ладонь Кости, и, прежде чем подняться, он поднес ее пальцы к губам.

Тем временем вылечили спину Дока. Он тоже подошел к Аннет, как раз в тот момент, когда она освободила парня и облизнула с губ последнюю каплю крови. Зеро пришлось поддержать беднягу. Я надеюсь, у них достаточно препаратов железа.

Док потянулся, и в его спине что-то громко хрустнуло.

— Похоже, последний позвонок встал на место. Кости, не вздумай, еще раз изображать из себя костоправа. В конце концов, в этой комнате я единственный профессиональный медик.

— Ты был паршивым дантистом и, как я слышал, не очень компетентным в своем деле. Но ты, без сомнения, самый быстрый стрелок из всех, кого я знал в любой эпохе, и я благодарен тебе до конца жизни. — Затем Кости обернулся к Владу. — Выдерни кинжал из его груди, раз ему больше не добраться до моей жены. — А Заступу он просто приказал освободить Тэйта.

Послышался лязг металла, и Тэйт оказался на свободе. Он потянулся, почти как Док, только не столь грациозно после не слишком мягкого обращения при задержании.

— Говорил же вам, что это не я.

— Я знаю, что ты меня подозревал, — сказал Док. — Кэт, извини, если сегодня утром я доставил тебе беспокойство, но Раттлер прятался за домом, поджидая тебя. Он знал, что я его увидел и ему пришлось решиться на отчаянный шаг. Я следил за ним и спустился в тот самый момент, когда он напал на Аннет. Мои пули хотя бы помешали ему ее прикончить.

Кости положил руку ему на плечо:

— Пожалуйста, забери Аннет отсюда. И еще раз прими мои слова благодарности.

После того как Док и Аннет удалились, Кости с холодной усмешкой обратился к Владу:

— Давай заполним освободившееся место на стене. Не возражаешь?

На лице бывшего графа появилась похожая усмешка, и они вдвоем пристегнули Раттлера на то самое место, где только что висел Тэйт.

— Ты, наверное, проголодался, — сказала я Тэйту, который сразу после освобождения подошел ко мне. — Здесь есть приличный запас еды, можешь мне поверить. Попроси кого-нибудь тебя проводить.

Тэйт потер запястья, словно все еще ощущал на них металлические браслеты.

— Это подождет. У тебя кровь на голове.

— Я о ней позабочусь.

Обезвредив Раттлера, Кости вернулся ко мне и прижался губами к ране.

— Ты могла расколоть голову об эту стену, словно яйцо, не говоря уже о том, что рисковала попасть под пули. Ты — самая упрямая женщина. Хорошо, что твое упрямство защищает крепкий череп. Я еще не поблагодарил тебя за безрассудное нарушение моего приказа оставаться наверху?

— Нет, — слегка улыбнулась я.

Кости немного отстранился и достал из кармана нож, разрезалладонь и приложил ее к моему лбу. Покалывание возникло почти сразу, и рана быстро затянулась. Еще раз прикоснувшись губами к моей голове, Кости повернулся к вампиру, бывшему центром всеобщего внимания.