Месть и пламя - Мара Вульф

люди отодвинулись в сторону. По моей просьбе официантка принесла кувшин с водой и еще один с вином для меня.

Появились Магнус и Ария, а вскоре за ними – Невен и Селия. Они сели рядом, но не говорили друг другу ни слова, хотя Селия прислонилась к нему. Последним к нам присоединился Нексор. Я сделала глоток вина и проигнорировала его обеспокоенный взгляд.

Вскоре после этого телеги перед нами раздвинули, чтобы увеличить танцевальную площадку. Деревенские жители зааплодировали, когда три ведьмы начали играть на кобзах[1] мелодичные дойны[2]. Ведьмы и ведьмаки помоложе тут же повскакивали со своих мест и выстроились парами. Все они знали эти танцы и мастерски владели движениями. Я с завистью наблюдала за ними, постукивая ногой в такт. Сначала они исполнили несколько более быстрых версий, а затем перешли к более спокойным мелодиям. Невен что-то прошептал Селии на ухо, и она согласилась выйти с ним на танцпол. Магнус и Кайла тоже исчезли.

– Моя очередь патрулировать, – попрощалась Ария, после чего мы с Нексором остались одни.

– Потанцуешь со мной? – тихо спросил он. – Раньше ты очень любила танцевать.

– Знаю и по сей день люблю. Иногда я вспоминаю нас. Те времена, – призналась я. Музыка, темнота и непринужденная атмосфера ослабили напряжение последних нескольких дней, и мне показалось, что я вдруг вздохнула свободнее.

– Это хорошие воспоминания?

Я нехотя кивнула, и у него на лице расцвела улыбка.

– Я рад. – Колдун сделал глубокий вдох. – Я бы не вынес, если бы ты помнила только темные времена.

– Это не так.

Его стремление защитить меня любой ценой разделило нас, но мужчина, которого я любила, не был тем, кто совершал страшные злодеяния ради моего спасения. Моя неминуемая смерть его изменила.

– Может, в другой раз, – произнесла я, указывая на танцоров. – Я еще не готова.

На его лице отразилось разочарование, однако он кивнул:

– Конечно. Все время этого мира в нашем распоряжении.

Нет, не все, и, возможно, было бы правильно подарить ему этот танец.

– Пойду проверю Лупу, а потом лягу спать, – сказала я, прежде чем успела поддаться этой мысли.

Я уже и так слишком близко подпустила его к себе. Если забуду о монстре, который дремлет внутри него, как я смогу его убить? Насколько сложно это решение далось Эстере? Моя душа до сих пор ощущала отголоски той боли, когда она потеряла его, как же больно ей должно было быть тогда?

– Я тебя провожу.

Плавным движением он встал, и, зная, что отказываться бесполезно, я позволила ему приобнять меня за плечи и провести через толпу танцующих. Нексор дошел со мной до нашей с Лупой двери. А остановившись перед ней, тихо зарычал.

– Что такое?

– Ведьмак должен уйти. Это комната только для тебя и твоей сестры.

Я не понимала, о чем он говорит, пока не открыла дверь и не обнаружила Илию на краю кровати Лупы.

Он встал, как только мы вошли.

– Она только что заснула.

Еда стояла нетронутой на маленьком столике.

– Спасибо, что присматриваешь за ней.

– Она не нуждается в том, чтобы за ней присматривали, – произнес кузнец. – Я хотел поговорить с ней.

– И как? Получилось?

Парень пожал плечами:

– Она довольно упряма.

– Почему бы вам не вернуться на праздник вместе? – предложила я, однако Нексор засунул руки в карманы брюк.

– Меня не ждут за этим столом без тебя.

Да, не ждут. В конце концов, он враг. Никто из остальных не знал его так, как знала я. В комнату проникали тихие звуки музыки.

– Ты не будешь против, если я ненадолго останусь? – спросил он.

– Нет. Не буду.

От явного облегчения его губы изогнулись в улыбке.

– Что ж, я пойду. У нее будут кошмары, – сказал Илия. – Они у нее почти каждую ночь.

– Я не знала.

– Вот поэтому я тебе и говорю. Она гордая женщина. Не хочет, чтобы кто-то знал о ее слабостях. – Кроме него. Его помощь Лупа принимала.

– Я позабочусь о ней. Не волнуйся.

Сказала ли она ему правду? Очевидно, Илия тоже ждал подходящего момента, чтобы потребовать от нее ответов.

Он в последний раз погладил Лупу по волосам и ушел.

На столе стояли графин, чашки и тарелка с хрустящими палочками, посыпанными солью и тмином. Я налила вина и протянула тарелку с выпечкой Нексору.

– Ты голоден?

– У этого тела мало пищевых потребностей, – покачав головой, ответил он и устроился в одном из кресел. – Но ты всегда любила такие вещи. В Караймане мне приходилось пробираться на кухню и приносить их тебе. Когда была беременна нашей дочерью, ты посылала меня за ними каждую ночь.

Не зная, что на это ответить, я обхватила себя руками. Наша дочь нечасто появлялась во вспышках памяти, которые время от времени всплывали в сознании. Я умерла, когда ей было всего десять лет. До этого я убила ее отца и оставила ее сиротой. Что с ней стало? Воспитывал ли ее Невен? Как она управляла Ардялом? Была ли справедливой королевой или жестокой? По возвращении нужно будет взглянуть на ее гримуар.

– Посиди со мной, – попросил он. – У тебя есть вопросы, я вижу.

– Есть, но я не знаю, с чего начать: с прошлого, будущего или настоящего?

Колдун усмехнулся:

– Не буду отрицать, я рисую наше будущее в самых ослепительных красках.

– Это… – выдавила я и была вынуждена начать заново, потому что от надежды в его взгляде слова застряли в горле, – немного преждевременно, тебе не кажется?

– Не будь я достаточно оптимистичен, сдался бы где-то на полпути, но я никогда не рассматривал такой вариант. Кажется, есть такой викканский закон, – добавил он с улыбкой, – который буквально предписывает быть оптимистом?

– Имеешь в виду закон притяжения? Если достаточно ярко представить себе что-то, оно станет реальностью?

Нексор кивнул.

– Я бы назвал это просто надеждой. Но можно и усложнить.

Против воли я рассмеялась, а он улыбнулся в ответ так открыто и искренне, что у меня быстрее забилось сердце. Изгибались губы Николая, но глаза Нексора ласкали мое лицо взглядом.

– Спасибо, что не сообщил о побеге остальных повстанцев.

– Они не настолько сильны, чтобы причинить еще больше неприятностей, и у них больше нет лидера. Хотя у юной викканки, которая стояла рядом с тобой, определенно есть потенциал. Твоя сестра тоже могла бы снова сделать твой народ великим.

Я села напротив него.

– Когда-нибудь из нее получится прекрасная верховная жрица, но она не будет заинтересована в господстве виккан над другими расами.

– Скорее всего нет, – согласился он.

– Я действительно так похожа на Эстеру?

– Ты выглядишь абсолютно