Порезы (ЛП) - Лаймон Ричард Карл

Тогда она закрыла их.

А потом почувствовала на себе его губы.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Август, 2000 год

68. Малибу, Калифорния

Лизу разбудил звонок в дверь. Она перевернулась на спину и открыла глаза. Спальня была залита ярким солнечным светом. Занавески, обдуваемые утренним бризом, развевались над головой. Она услышала визг чаек и гладкий, успокаивающий шум прибоя.

В дверь снова позвонили.

Нахмурившись, Лиза села и посмотрела на будильник на тумбочке.

8:17

Кто может звонить в дверь в такую рань, да еще и в субботу?

Ни один из ее друзей даже не знал, что она остановилась здесь.

Она поднялась с кровати и скользнула ногами в мокасины.

Кто бы это ни был, подумала она, пускай подождет. Может быть ему надоест ждать и он уйдет. Он или она, не важно.

Естественно, открывать дверь в ночной рубашке она не собиралась.

Звонок повторился.

Какой настойчивый сукин сын.

Она сняла ночную рубашку, сложила ее и убрала ящик комода. Затем достала пару выцветших красных шорт и надела их. В шкафу она отыскала синюю рабочую рубашку, которую просто обожала носить, когда отдыхала в этом пляжном домике.

Звонок раздался еще раз.

- Да угомонишься ты или нет? - Пробормотал Лиза.

Она надела рубашку и застегнула пуговицы. Идя к двери, она по локоть закатала рукава.

- Минуточку, - крикнула она.

И открыла дубовую дверь. Сквозь защитную сетку она увидела стоящего на крыльце мужчину. Его седые волосы были собраны в хвост, он носил темные очки и густые усы с бородой. Белая трикотажная рубашка была расстегнута, демонстрируя крепкое накачанное тело и плоский живот. На поясе висел пейджер. Брюки, цвета солнечного загара, выглядели совершенно новыми. На ногах красовались белые туфли.

Прямо парень с киноэкрана, подумала она.

- Я могу вам чем-то помочь? - Спросила она.

- Я хотел бы увидеть Эвана Кольера, - сказал он. Его речь показалась ей какой-то замедленной, как будто у мужчины были проблемы с языком.

- Боюсь, что этим утром его здесь нет.

- Неужели? Но ведь это же его адрес?

- Да, этот пляжный домик принадлежит ему, но его самого здесь нет. Вы договаривались о встрече?

- Я просто полагал, что застану его здесь. Я - Уэйн Кемпер. И хотел бы взять у него интервью для "Кино-Еженедельника". - Он покачал головой. - Видимо, я что-то перепутал.

- Похоже на то, - сказала Лиза.

- Не могли бы вы подсказать, как я могу с ним связаться?

- Насколько я знаю, он сейчас в другом доме.

- О... Наверное туда-то я и должен был поехать. Но боюсь, что у меня даже нет этого адреса. - Он посмотрел на часы и покачал головой. - Я уже опаздываю. Какой ужас. Теперь у меня точно будут неприятности.

- Подождите, я попробую позвонить папе, - сказала Лиза. - Я скажу ему...

- Папе?

- Да.

- Так вы должны быть Лиза!

Она кивнула.

- А я совсем тебя не узнал... ну, конечно, я же не могу нормально разглядеть тебя через эту дверь. Тем более, когда мы виделись в последний раз... тебе было то ли четыре, то ли пять лет.

- Мы знакомы? - Спросила она.

- Ну, конечно. Я очень хорошо знаю твоих отца и мать. На самом деле, я знал, Джанет еще до того, как она вышла за твоего отца замуж.

- Вы знали ее раньше?

- О, да. Причем, очень хорошо. Неужели они никогда не рассказывали тебе обо мне? - Спросил он. - Уэйн Кемпер?

Лиза покачала головой, а затем поняла, что через дверную сетку он не может этого видеть.

- Даже не знаю. Хотя, имя звучит немного знакомо.

- В любом случае, на интервью я уже опоздал. Наверное, твои родители уже волнуются, почему я до сих пор не появился. Не могла бы ты все-таки позвонить отцу и сказать, что я постараюсь оказаться у них как можно скорее?

- Конечно. С радостью. - Она открыла перед ним защитную дверь. - Почему бы вам не войти и не подождать, пока я позвоню внутри?

Уэйн улыбнулся.

- Так вот ты какая. - Он вошел в дом. - Да ты оказывается просто красотка.

- Спасибо.

Он вошел в дом и захлопнул за собой защитную дверь.

- Ну и каково же это, - спросил он, - быть дочерью двух таких известных писателей?

- Весьма неплохо, - сказала она

- А своих амбиций в этом направлении у тебя нет?

- Неа. Хотя, моя младшая сестренка вполне может вырасти писателем.

- А чем же занимаешься ты?

- Я учитель.

- О, это замечательно. Твоя мать ведь тоже когда-то была учительницей, не так ли? Прежде чем стать писательницей?

- Да, в течение нескольких лет. Но вы должны брать интервью у моего отца, а не у меня. Я...

- Ты просто невероятно похожа на свою мать, - сказал Уэйн. - Удивительно.

- Ну что-ж, спасибо.

- Я знал твою мать, когда она была в таком же возрасте. И она была просто потрясающей красоткой.

- Она и сейчас замечательно выглядит, - сказала Лиза.

- А ты как будто ее клон. - Уэйн снял темные очки. - Невероятная красота, - сказал он.

Она старалась не смотреть на него.

Он выглядел так, будто когда-то пережил ужаснейший несчастный случай, лишивший его одного глаза и оставивший страшный шрам, тянущийся от глазницы почти до самого уха.

Левый глаз явно был ненастоящим. Причем казался не смой лучшей подделкой, поскольку постоянно смотрел только в нижний левый угол, и как будто изучал ее груди.

- Я лучше пойду и позвоню, - сказала она и отвернулась.

Она успела сделать лишь один шаг вперед, как солнечный свет, заливавший фойе, вдруг исчез. Она обернулась. Уэйн закрыл входную дверь.

- Не надо ее закрывать, - сказала она.

- Надо, - сказал Уэйн. - Мы же не хотим, чтобы кто-то услышал твои крики.

Лиза похолодела и онемела.

Уэйн протянул руку, вытащил что-то из заднего кармана брюк, и поднял перед своим лицом. С тихим щелчком из штуковины выскочило лезвие.

Длинное, тонкое лезвие, острое, словно игла на конце.

- Эй, - сказала Лиза.

- Сама ты "эй".

Ее сердце бешено заколотилось, словно пытаясь вырваться из груди.

- Что тебе нужно? - Спросила Лиза.

Он усмехнулся:

- Я - Альберт Мейсон Принц.

- Прекрасное имя.

- Ты не знаешь обо мне?

- Что я должна знать?

- Твоя мамаша сделала это со мной. - Он указал рукой на свои шрамы на лице. - Неужели она ни разу не рассказывала тебе о своем столкновении с ужаснейшим убийцей по имени Альберт Мейсон Принц?

Ужаснейшим убийцей?

- Никогда о тебе не слышала, - сказала она.

- А видела когда-нибудь шрамы на своей матери? На ее руках и ладонях, на ее ноге, на животе?

- Она упала на стеклянную дверь.

- Этой дверью был я, - сказал он, рассмеявшись.

- Ты нанес ей все эти порезы?

- При помощи своего маленького ножичка. - Он провернул в руке свой выкидной нож. - А еще я трахал ее. Ее и тебя.

- Что?

- Я трахал и тебя тоже. Когда я это делал, ты находилась в ней. Таким образом я трахал вас обоих сразу.

- Она была беременна мной? - Спросила Лиза.

- И так боялась, что я поврежу ее драгоценный маленький плодик. - Он снова провернул в руке свой нож. - Я уже собирался было вырезать тебя из нее. Но теперь чертовски рад, что не сделал этого. Иначе, с кем бы я развлекался сегодня утром?

- Я не предмет для развлечений, - сказала Лиза.

- Давай-ка посмотрим, как ты выглядишь голой.

- Давай лучше не будем.

- Оооо, да я смотрю ты смела. Мне это нравится. Твоя мамаша была точно такой же. Ех удалось хорошенько меня отделать. - Он снова улыбнулся. - Но теперь пришло время расплаты. Она только думает, что она выиграла. Но посмотрим как она почувствует себя после того, что я сделаю с тобой. Раздевайся.

- Ты же не собираешься это делать, - сказала она, стараясь, чтобы ее голос не дрожал.