Светлана Крушина - Тьма... и ее объятья

— А тебе нравится моя прическа? — поинтересовалась Агни с любопытством.

— Хм… что-то в этом есть.

— Ну и хитрюга, ну и дипломат! Если не нравится, так и скажи.

Я пожал плечами. Агни прищурилась на меня, закинула ногу на ногу и переменила тему:

— Как у тебя дела?

— Хреново, — ответил я честно.

Агни округлила глаза.

— Что, правда, плохо? Что случилось?

— Моего отца убили два дня назад.

— Как убили?! Ты серьезно, Илэр? Как… как это произошло?..

— Не возражаешь, я обойдусь без подробностей? — только заговорив об отце, я сразу почувствовал, как к глазам подступают горькие слезы. А если я еще мог бы плакать при Кристиане, то при девчонке — увольте. Замолкнув, я изо всех сил стиснул зубы и отвернулся, чтобы не видеть исполненного ужаса и сочувствия взгляда Агни. Она смотрела на меня огромными повлажневшими глазами, и жалела меня, а от этого становилось еще хуже.

К счастью, в этот критический момент в кухне вновь появился Кристиан и сказал строго:

— Избавь, пожалуйста, Илэра от расспросов, хорошо, Агни? И вот еще что… Илэр немного поживет у меня, а ты не очень об этом рассказывай своим друзьям. Лучше вообще не рассказывай. Ясно?

Агни с несколько потерянным видом кивнула, потом лицо ее прояснилось:

— Значит, мне можно остаться? Пап?

— Да, на пару дней можешь остаться. Твоя мать требовала, чтобы ты немедленно возвращалась домой, но я ее… переубедил.

— Ой, спасибо, пап! Я тогда пойду вещи брошу в комнату, — хитрая Агни, конечно же, заявилась сразу с вещами, изначально рассчитывая на согласие отца. — Вот увидишь, я тебе не помешаю. Пока, Илэр. Заходи ко мне, если захочешь поболтать, не стесняйся.

Он вспорхнула со стула, наклонилась ко мне и мазнула губами по щеке. И убежала. Я вспыхнул, не зная, как реагировать. Поступок Агни на несколько минут даже заставил меня забыть о моей беде. Кристиан терпеливо ждал, пока пройдет мое смущение, и пил вторую чашку кофе. Немного оживившись во время разговора с дочерью, он снова впал в задумчивость. Наконец, я смог собраться с мыслями и вернуться к прерванному Агни разговору.

— Так что насчет тех людей, Крис? Ты начал говорить, что…

Жестом прервав меня, Кристиан оглянулся на открытую дверь в кухню. Тихо ступая, подошел к ней; я подумал, что он сейчас запрет дверь на ключ. Но он ограничился тем, что плотно прикрыл ее и вернулся на место. Видимо, закрытая, хоть и незапертая дверь должна была послужить для Агни достаточно ясным сигналом того, что сюда соваться ей не следует.

— Видишь ли, Илэр… — Кристиан снова нахмурился. — Ах, черт, как бы сказать-то! В общем, те люди… то есть не совсем люди… они — вампиры.

— К-кто?!

Нет, я крикнул "Кто?" совсем не потому, что не знал, кто такие вампиры. Наоборот, потому что слишком хорошо знал это. Но, скажите, какой человек поверит, когда ему говорят, что к нему посреди белого дня заявились вампиры? Причем не просто так, а с автоматами и на черных лимузинах? И вместо того чтобы пить кровь, элементарно расстреляли моего отца очередью из автомата?! Все это как-то совсем не укладывалось в образ вампира, создаваемого книгами и видео-индустрией. Не то чтобы я был крупным специалистом по вампирам, но уж "Дракулу"-то читал, и сочинения Энн Райс и Лорел Гамильтон тоже, и «Хеллсинг» смотрел. Да и вообще, вампиры — это чушь, бред и сказки! Какой идиот в них верит в наши дни?!

— Вампиры, Илэр, — ровным голосом повторил Кристиан, пристально на меня глядя. — Или, если угодно, носферату. Впрочем, нет. Носферату — высшие, а те, что были у вас — мелочь, шушера. Вот на кладбище, возможно, ты видел одного из высших.

— Чушь! — крикнул я.

— Я же говорил, что ты не поверишь.

— Бред! Какая связь между моим отцом и этими… носферату?

— Увы, самая прямая. Так ты все-таки веришь мне, Илэр?

Я молчал. Разум отказывался принимать не укладывающиеся в нем факты, существованию которых противоречил весь мой жизненный, пусть и не очень большой, опыт. С другой стороны, мне вспоминалась встреча на кладбище и приснившийся вслед за тем сон. М-да, тот человек, пожалуй, смахивал на вампира в классическом представлении. Я поймал себя на том, что рассматриваю слегка обозначенную Кристианом картину так, как будто она могла быть реальностью, и немного разозлился.

— Если они вампиры, так почему же пришли среди дня? — пошел я в наступление. — Разве солнечный свет не убивает их?

— Далеко не всех. Видишь ли, Илэр, не все, что написано в книгах — истина. Вампиры вовсе не восставшие мертвецы, боящиеся чеснока, серебра и осины, не говоря уже о распятии. Это было бы слишком просто.

— Может быть, они еще и кровь не пьют?

— К сожалению, пьют. Это — главная составляющая их природы. И жертвы их часто погибают. Даже, я бы сказал, почти всегда. Но давай по порядку, Илэр. Мне очень не хочется читать тебе лекцию о вампиризме, не время и не место, но без этого я не смогу объяснить тебе, во что впутался твой отец. Так что, прошу, потерпи и послушай меня внимательно.

Кристиан мог бы и не говорить этого; я был само внимание. Неужели он думал, что я буду витать в облаках, в то время как он рассказывает мне, из-за чего убили отца?!

— Вокруг вампиров столько всего накручено за века их существования, что я даже не знаю, с чего начать, — сказал Кристиан, нервно хрустнув пальцами. — Наверное, стоит подчеркнуть, что большая часть так называемых общеизвестных сведений о вампирах — сплошные выдумки. Самое главное: это не поднявшиеся из гробов покойники, поддерживающие свежей кровью видимость жизни. Кровь они пьют затем, чтобы не расстаться с жизнью настоящей. Физиологически вампиры не умеют обходиться без крови. Она требуется их организмам, чтобы поддерживать жизнь. Если хочешь, это можно назвать болезнью. И это основное отличие их от обычных людей. Из него же, как полагают, вытекает все остальные. Дело в том, что в организме вампира происходят некие изменения. Например, вследствие мутаций глаза его становится весьма чувствительными к свету, именно поэтому вампиры не очень любят выходить на улицу днем, особенно в солнечную погоду. Меняются цвет и структура кожи, убыстряются реакции и усиливаются регенерационные функции. Кроме того, удлиняется срок жизни. Последнее у каждого индивидуально, но известно, что некоторые носферату живут не по одной сотне лет.

— А мой отец? — перебил я его нетерпеливо. — При чем тут он?

— Адриен знал о существовании вампиров. Он столкнулся с местным кланом давно, еще до твоего рождения, и так получилось… в общем, это отдельная, очень долгая история, подробностей ее я даже не знаю. Вампиры его не убили, хотя обычно стремятся уничтожить всех людей, которые проникают в тайну их существования. Твой отец очень заинтересовался способностями носферату. Он не мог спокойно пройти мимо подобного явления, которое, к тому же, лежало в области его профессиональных интересов; он считал, что вампиризм, как заболевание, имеет генетический характер. Адриен принялся исследовать… Тут нужно сказать, что, обладая такими замечательными свойствами, и имея склонность к темной стороне всего сущего, вампиры не могли не объявить себя высшей расой. Произошло это очень, очень давно; их ничуть не смущал тот факт, что расой, по сути, они не являлись. Вампиры практически не способны к размножению; лишь очень небольшая часть их может иметь потомство. Подобная ущербность происходит, по-видимому, оттуда же, откуда и остальные их свойства. Кроме того, даже родившийся у пары вампиров ребенок может не унаследствовать их… особенностей. От подобных «неполноценных», как они говорят, детей избавляются: умерщвляют (как бы страшно это ни звучало) или просто отдают воспитывать на сторону. В паре с обычным человеком вампир может обзавестись потомством с большей вероятностью, но только на контакт с людьми вампиры идут в исключительных случаях. Они считают нас существами низшими и несоизмеримо более примитивными. Кстати, именно поэтому вампиры без угрызений совести могут «засосать» свою жертву насмерть, хотя это вовсе не обязательно; человек, укушенный вампиром, выживает, если только его не выпить досуха. Так вот, вампиры стараются свести свои контакты с людьми к минимуму, — я не говорю о периоде их "охоты", — или хотя бы вести себя так, чтобы никто не догадался об их природе. Они очень сильно держатся друг за друга, не допускают к себе посторонних и не отпускают своих "на сторону". В общем, нечто вроде закрытого клана, очень немногочисленного. Ведь количество вампиров пополняется почти исключительно за счет рождения детей с особенными свойствами — это, так сказать, истинные вампиры, именно они становятся носферату, если проживут достаточно долго…