Евгения Грановская - Клиника в роще

Ознакомительный фрагмент

– Оля, я…

– Знаю, знаю, – Ольга снова улыбнулась, но на сей раз улыбка получилась вымученной. – Ты меня любишь. И его любишь. Ты всех любишь. Но иногда человеку приходится выбирать, даже если он этого не хочет.

– Надеюсь, ничего подобного не случится, – махнула на сестру рукой Вера.

– Я тоже надеюсь, – неожиданно согласилась Ольга. – К чему гадать? Через полгода, максимум – через год твой Тенишев тебя бросит и вернется к своей бывшей невесте. И тогда ты поймешь, что я была права.

Вера слегка побледнела. Ольга посмотрела на нее, прищурив глаза, и усмехнулась.

– Моя бедная маленькая сестренка… – тихо проговорила она. – Мне всю жизнь приходилось защищать тебя от жестокого мира. Но не волнуйся, и теперь тебя не брошу. До встречи за ужином.

Ольга повернулась, оперлась на костыли и тяжело заковыляла в свою комнату.

4

Едва Вера открыла дверь клиники, как навстречу ей из глубины коридора двинулась высокая, статная женщина с горделивым красивым лицом.

– Вера Сергеевна Арнгольц? – спросила она голосом низким и глубоким, как у оперных певиц.

– Да, – кивнула Вера.

– Добро пожаловать в клинику «Дубовая роща». Меня зовут Жанна Орлова. Я старшая медсестра.

– Очень приятно.

– Мне тоже. Как добрались, Вера Сергеевна?

– Зовите меня просто Вера, ладно? Добрались без проблем. Немного заплутали в пяти километрах отсюда – какой-то шутник переставил дорожные указатели.

– Мальчишки, – улыбнулась старшая медсестра. – Там недалеко деревня, и они часто шалят. Как вам понравился ваш новый дом?

– Он великолепен, – ответила Вера с улыбкой.

Шагая рядом с Верой по длинному коридору, Жанна объясняла ей планировку здания. Время от времени на пути попадались люди в белых медицинских халатах, тогда спутница знакомила Веру с каждым из них. Врачи и медсестры перебрасывались с Верой приветственными фразами и спешили дальше по своим делам.

– В штате клиники работает восемь врачей и восемь медсестер, включая меня, – информировала новенькую Жанна. – Кроме того, у нас есть служба безопасности – четверо сильных мужчин, бывшие десантники.

Жанна указала рукой на белые двери:

– Здесь у нас палаты для пациентов. В них есть все необходимое. В основном они рассчитаны на пять человек. Но некоторые наши пациенты содержатся в отдельных палатах.

– Из соображений безопасности?

– Совершенно верно. Сейчас у нас тихий час, – сказала Жанна, понизив голос. – Вы можете заглянуть в окошко.

Вера заглянула. Она увидела белые кровати и спящих на них мужчин.

– Женского отделения в нашей клинике пока нет, – продолжила старшая медсестра. – Большая часть нашего «контингента» – преступники, признанные невменяемыми и отправленные на принудительное лечение. Маньяки, серийные убийцы… Одним словом – жуткие люди.

Они вошли в небольшой холл, уставленный креслами и диванчиками.

– А дальше кабинеты врачей, – лаконично сказала Жанна.

Двери кабинетов отличались от дверей палат отсутствием окошечек и серебристыми табличками с именами врачей.

– За этой дверью трудится ваш коллега Астахов, – сказала Жанна. – Он не пошел на заседание, потому что занят важной и срочной работой. Черневицкий просил, чтобы я кое-что ему передала. Зайдете со мной?

– Конечно.

Жанна открыла дверь и первой шагнула в кабинет. Вера последовала за ней.

За столом, склонившись над бумагами, сидел черноволосый мужчина.

– Тимур Альбертович, познакомьтесь с нашей новой сотрудницей, – с улыбкой сказала Жанна.

Мужчина поспешно встал из-за стола и двинулся навстречу Вере. Его смуглое лицо осветилось белозубой улыбкой.

– Вот вы какая! Много о вас слышал!

Голос у него был очень приятный – мягкий и мужественный одновременно. Астахов пожал Вере руку.

– Именно такой я вас себе и представлял. Как добрались?

– Спасибо, хорошо. А вы…

– Я врач, – с дружелюбной улыбкой сказал Астахов. – Просто врач. Правда, опыта у меня лет на пять-шесть больше, чем у вас, но во всем остальном мы с вами одного поля ягоды.

Вера смотрела на нового коллегу приветливым, но вместе с тем острым, изучающим взглядом. Обаятельный. Самоуверенный. Симпатичный. Голос как бы обволакивающий. Дамский угодник.

– Насколько я знаю, ваш кабинет следующий по коридору, – сказал Тимур Альбертович своим бархатистым голосом. – Мы с вами в некотором роде соседи. Будем тесно общаться.

– Будем вместе пить кофе, – поддакнула Вера. – По-соседски.

– А вот это вряд ли, – подала голос Жанна. Их с Астаховым взгляды на мгновение пересеклись, и первым глаза отвел Тимур Альбертович, что не укрылось от внимания Веры. – Наш заведующий – человек строгий и не любит чаепитий во время рабочего дня.

– Она права, – кивнул Астахов. – Игорь Константинович каждую чашку кофе, выпитую в служебное время, воспринимает как личную обиду.

– Ну, тогда будем перестукиваться, – улыбнулась Вера. – Как нормальные заключенные.

Улыбка на лице Астахова слегка поблекла, и он бросил быстрый растерянный взгляд на старшую медсестру. Увидев ее хмурое лицо, Вера поняла, что опять сказала что-то не то.

– Это была шутка, – на всякий случай пояснила Вера. – Но, судя по вашей реакции, не совсем удачная.

Астахов и Жанна тотчас разулыбались.

– Не обращайте на нас внимания, Верочка, – Жанна посмотрела на Веру чуть покровительственно. – Мы живем в своем тесном мирке, редко выбираемся наружу и, видимо, совсем тут одичали.

«Хм, «Верочка»… – с неудовольствием подумала Вера. – Я для нее уже Верочка. А ведь она всего лишь старшая медсестра».

– Пойдемте, я покажу вам ваш кабинет, – продолжила Жанна.

Кабинет Веры ничем не отличался от кабинета Астахова.

– Ну, как? – спросила Жанна, изучающе глядя на Веру.

– Мне нравится, – честно призналась та.

– Подойдите к окну, – посоветовала Жанна. – Из него открывается великолепный вид на дубовую рощу.

Вера двинулась через кабинет к окну.

– Я вас на минутку оставлю, – сказала за ее спиной Жанна. – Мне нужно кое-что обсудить с Тимуром Альбертовичем.

– Да-да, конечно.

Жанна вышла из кабинета.

Вера посмотрела на рощу. Погода была пасмурная, и деревья под хмурым небом сами выглядели пасмурно и невзрачно. Вера вздохнула и хотела отвести глаза, но тут на лужайку перед клиникой вышли двое мужчин в белых халатах.

Один был высок, лысоват и смотрел на своего собеседника угрюмо и недовольно сквозь толстые стекла очков. Второй мужчина выглядел намного моложе первого, невысокий, худощавый и вертлявый какой-то неприятной нервной вертлявостью.

Лысоватый что-то строго говорил вертлявому, словно отчитывал того за какой-то проступок. Вертлявый же слушал с дерзкой ухмылкой на лице. От него так и разило самоуверенностью.