Алина смирнова - Игра Луны

Сегун был очень доволен танцем храмовых жриц. И представлениям, которые показал театр кабуки, после обеда началась регистрация желающих принять участие в турнире. Соревнования проводились в нескольких видах — традиционное кэндзюцу в индивидуальных поединках, кюдзицу — соревнования по стрельбе из лука, ниндзюцу — соревнования школы ниндзя, яридзюцу — фехтование на копьях. Также проводились групповые соревнования по суммо и коллективному сражению самураев, где были свободные правила, можно было использовать любое оружие и снаряжение.

До того, как Саюри прибыла во дворец для защиты жизни сегуна, в ранние годы жизни на Иэмицу было совершено множество покушений. И хотя жизнь будущего сёгуна была спасена, эти события отразились на его формировании, как личности. Сегун был подозрителен… и его подозрительность по поводу наличия во дворце шпионов и убийц иногда доходила до абсурда.

Однако, сейчас все было куда сложнее. Тот правитель, что неустойчив, падет… и Саюри знала это, ей нужно было показать всем, что ее господин велик и его страхи ни что иное, как простая иллюзия. Именно для этого клан Асудзима послал ее… сделать его сильнее, пусть даже и не буквально, а фигурально, показав какие мощные силы стоят за его плечами.

Групповое сражение было назначено последним видом, но и до этого Саюри не могла расслабиться. Ее глаза следили за каждым лезвием, за каждой стрелой, что могла быть выпущена. И вот все воины, записавшиеся для участия в групповом поединке, выставили свое оружие перед ареной, чтобы сёгун мог по достоинству его оценить.

— Господин командующий, не будете ли вы так любезны осмотреть оружие для поединка? — спросил слуга.

Сёгун величественно склонил голову и, встав, прошествовал из ниши к лестнице. Саюри едва заметно кивнула. От ниши до арены около пяти метров. Самураи Като держались поодаль от стендов с мечами и копьями, Сёгун был спокоен, вчера Саюри четко объяснила ему как себя вести, и в какой момент, и что делать, поклявшись защитить его. Поэтому он без тени страха подошел к стенду и стал восхищенно разглядывать катаны и нагинаты. Самураи Като активизировались и мгновенно кинулись к своему оружию, окружив сегуна. Саюри должна была действовать быстрее на шаг, как только клинок самурая Като оказался в метре от сёгуна, Саюри вынула свой меч и выпустила разящую волну, которая мгновенно обратилась в круглую стену огня вокруг господина, затем Саюри выпустила и второе кольцо, которое заперло всех опешивших самураев. При этом публика аплодировала внезапному огненному представлению, которое возникло словно из ниоткуда. Саюри находилась в Иэмицу не был испуган, но все-таки все происходящее его немного раздражало, хотя он понимал, что фактически Саюри не допустила бы его смерти.

— Господин, — Саюри села на одно колено, преклоняя голову. — Мастер Ики приказал их всех убить. Это остатки самураев клана Като, моя сестра уже отправилась за их хозяевами в замок Кумамото… что вы прикажете?

— Убей их всех, Саюри… как и договаривались, своего решения я не меняю…

— Поняла, тогда пускай все увидят только ваш меч…

Токугава Иэмицу достал свой меч из-за пояса, а Саюри вступила за кольцо пламени, заговорщики были дезориентированы, они не понимали, что происходит, а при попытке вырваться из двойного кольца пламени, получали страшные ожоги. Саюри сама была похожа в своем шелковом оранжевом полукимоно на язык горящего пламени. Она пронеслась как огненный вихрь, убивая и разрезая своим мечом всех, кто попадался на пути. Стоило только мечу Саюри нанести хотя бы один порез, как человек тут же вспыхивал пламенем и исчезал. Руки Саюри покрывались кровью, наконец, когда она убила всех… и повсюду растекалась кровь, а в воздухе летал пепел, Саюри прыгнула обратно в нишу и скрылась за занавесью. Оба кольца пламени исчезли.

В центре арены стоял сёгун и поверженные враги, эта история про неудачное покушение сторонников Тоётоми на жизнь сёгуна запомнилась многим. Токугаве Иэмицу аплодировала публика и все дивились силе и могуществу сёгуна призывать огонь. Власть при третьем сёгуне рода Токугава только укрепилась. В возрасте 46 лет Токугава Иэмицу умер в своем дворце, а похоронен был в городе Никко в провинции у моря. После церемонии похорон Асудзима Саюри совершила самоубийство, вонзив меч в собственное сердце.

Кровавое наследие

Хозяйка дома Кимигути не имела детей и родственников, она сама бывшая проститутка, поэтому оставить свое наследие она могла только кому-то из дома… претендовали на это наследства две известных ойран. Однако, в итоге доходный дом официально достался юному господину Кимигути Кинодзё, которого престарелая умирающая хозяйка успела усыновить. Правда после того кровавого происшествия по кварталу поползли слухи, что дом Кимигути укрывает у себя убийцу. Однако щедрость Асудзима и время сделало свое дело, дом Кимигути даже поднял свой престиж среди доходных домов, а о красной жрице любви стали слагать легенды. Сама же «алая жрица», вследствие некоторых причин и тянущимся за собой шлейфом из крови, была вынуждена перебраться в доходный дом попроще, в другой столице. Кирино переехала в аналогичный квартал красных фонарей Симабары в Киото. Однако, после шести лет, проведенных среди таю высшего класса в Киото, и множества убийств, совершенных прекрасной ойран… Кирино по приказу была вынуждена вновь отправиться в Ёсивару и о ее возвращении хозяйке дома Кимугити сообщили на смертном одре. На своей шее, после отъезда Кирино, хозяйка хранила два красных ключа… один от комнаты Кирино, а другой от красной комнаты, где алая ойран принимала своих гостей, обреченных на смерть.

Подозвав к себе молодого хозяина, мальчик возмужавший, разбогатевший, превратился в настоящего красавца. Он выжил после той встречи с Кирино.

— Кинодзё, возьми это… — хозяйка трясущимися руками сорвала цепочку с шеи и протянула молодому человеку.

— Что это? — удивленно спросил молодой человек, обладавший приятным голосом и четкими чертами лица.

— Твое… кровавое наследие… — прошептала хозяйка. Ее мучал жар и кости болели, лихорадка сводила ее в могилу медленно, но верно…

— Я не понимаю, матушка… я не понимаю о чем вы. Кровавое наследие?

Глаза хозяйки расширились от ужаса, она начала дышать еще тяжелее. Одно лишь воспоминание об алой красавице, которая оставляла после себя горы трупов и море крови, заставляло ее дрожать от страха. И теперь она вернётся… вернётся сюда… и отказать клану Асудзима невозможно потому, что, не смотря на все, он остается самым могущественным кланом, влияющим на жизнь и эпоху страны и находится в тени. Нельзя отказать призракам, хозяйка это знала.