Ф. Каст - Загнанная

— Нет, не всегда, — мрачно ответил Дарий. Мы прошли через пустынный общий холл с большим холодильником, плоским телевизором, несколькими мягкими диванами и всяким мужским хламом, типа гантелей, большого дартса и стола для пинг-понга. С каменным лицом Дарий подошел к одной из дверей.

Его комната была точно такой, какой я представляла жилище настоящего Сына Эреба — чистая, скромная, ничего лишнего. На полке стояло несколько призовых кубков за соревнования по метанию ножей, и длинный ряд книг Кристофера Мура в твердых переплетах. Ни на стенах, ни на полках не было ни одной фотографии семьи или друзей, только несколько оклахомских пейзажей, видимо, доставшихся Дарию от прежнего владельца.

У Дария был небольшой холодильник, как и у Афродиты, и меня это слегка разозлило. Почему у всех в Доме Ночи, кроме меня, есть холодильники? Это нечестно! Я отошла к большому, плотно зашторенному окну, давая Дарию возможность переодеться в полном одиночестве, чтобы ревнивая Афродита потом не выцарапала глаза нам обоим.

Обычно в это время в Доме Ночи наступает самая настоящая кутерьма. После последнего звонка недолетки стайками разбегаются из главного корпуса по своим общежитиям, спешат в медидиатеку, столовую или просто болтаются по парку. Но сейчас я увидела лишь нескольких учеников, которые, скользя по обледеневшим аллеям, спешили из одного здания к другому.

Стараясь заглушить холодок нехорошего предчувствия, я пыталась убедить себя в том, что школа опустела из-за погоды. Ледяной дождь продолжал сеяться с черного неба, и, несмотря на то, что непогода превратила нашу школу в неприступный остров, я невольно залюбовалась сверканием льда, покрывшего все кругом блестящим панцирем.

Деревья склонялись под тяжестью остекленевших ветвей. Нежный свет газовых фонарей мерцал на гладких ледяных стенах и зеркалах узких дорожек. Но красивее всего была обледеневшая трава. Она торчала острыми тонкими пиками, ослепительно сверкая в свете фонарей, превращая лужайку в россыпь бриллиантов.

— Как красиво, — прошептала я скорее себе, чем Дарию. — Вообще-то ледяной дождь — жуткий геморрой, но выглядит красиво. Весь мир сказочно преобразился.

Дарий надел свитер на чистую футболку и подошел ко мне. Судя по его хмурому выражению лица, вид обледеневшего лагеря вызывал у него мысли только о жутком геморрое, без всяких восторгов по поводу сказочного преображен и мира.

— Вижу всего одного караульного, — заметил Дарий, и тут до меня дошло, что он смотрел вовсе не на обледеневшие стены лагеря, а на охрану. — С этого места обычно видны двое-трое моих сослуживцев. Но почему он один? Мне совсем ничего не понятно. — Внезапно воитель вздрогнул и окаменел.

— В чем дело?

— Поторопился я с выводом, жрица, а ты очень точно сказала — преобразился весь мир, и теперь здесь совсем по-другому. Есть тут охрана, да только несут ее больше не дети Эреба!

С этими словами он указал мне на нечто, приютившееся у стены храма Никс, расположенного прямо напротив окна. Там, между тенью огромного дуба и задней частью храма на стене сидел огромный ворон-пересмешник. В первый миг он показался мне лишь густой тенью в сумерках ночи, но, пока я вглядывалась во тьму, фигура пошевелилась, и я заметила еще одного пересмешника.

— Они тут повсюду! — невольно ахнула я. — Как же мы выберемся?

Сможешь ли ты нас укрыть под покровом стихий, как однажды? — спросил Дарий.

— Не знаю, — честно ответила я. — Я слишком устала и чувствую себя очень странно. Рана заживает, но я все еще жутко вымотана и не вполне пришла в себя. — В животе у меня похолодело, и я поняла еще кое-что. — После того как я использовала Огонь и Ветер, чтобы отшвырнуть от тебя Калону, мне не пришлось отпускать стихии. Они просто исчезли, сами по себе. Такого раньше никогда не было. Стихии никогда не уходили до того, как я их отпущу.

— Силы свои исчерпала ты, жрица, тебе нужен отдых и время, — успокоил меня Дарий и прибавил: — Власть над стихиями — редкостный дар, но даров не бывает без платы. Вызов стихий каждый раз забирал твои силы, но молодой организм и здоровье легко возмещали потерю.

— Да, точно! Пару раз я чувствовала страшную усталость, но так, как сейчас, никогда не было.

— Разве когда-нибудь ты находилась меж жизнью и смертью? — покачал головой Дарий. — Рана едва тебе жизни не стоила, и силы твои на исходе. Время и отдых нужны тебе, жрица, иначе ты очень рискуешь.

— Другими словами, вы пока не сможете рассчитывать на меня, чтобы незаметно выйти отсюда, — вздохнула я.

— Значит, отбросим план А, и рассмотрим план В и так далее, — приободрил меня Дарий.

— Может, сразу перейдем к плану Z? — хмуро спросила я.

— Можно и так, но надеюсь, мы раньше придумаем выход, — ответил Дарий и, подойдя к холодильнику, вытащил оттуда две бутылки, наполненные густой и очень хорошо мне знакомой красной жидкостью. Дарий протянул мне одну бутылку и сказал: — Выпей до капли.

Я нахмурилась.

— Ты хранишь в холодильнике кровь в бутылках из-под воды?

Он приподнял брови и слегка поморщился от боли в порезанной щеке.

— Я ведь вампир, Зои, — ответил, наконец, Дарий. — И скоро ты будешь такой же. Да, в холодильниках кровь мы храним, а не воду.

Он отсалютовал мне бутылкой и жадно осушил ее.

Я заглушила протестующий писк внутреннего голоса и последовала примеру Дария. Как всегда, кровь взрывом прокатилась по моему организму, а мгновенный прилив энергии оживил и заставил меня почувствовать себя лучше. Голова прояснилась, боль в груди исчезла, и я впервые за долгое-долгое время смогла сделать глубоким вдох.

— Лучше? — спросил Дарий.

— Еще как, — счастливо закивала я. — Успеть бы только переодеться во что-нибудь приличное, и найти остальных, пока запал не пропал!

— Да, ты права. — Дарий снова полез в холодильник, вынул еще одну бутылку и протянул мне. — Кровь не заменит сон, но поможет тебе продержаться. Очень надеюсь на это, — прибавил он, криво улыбнувшись.

И сунула бутылку в огромный карман своей робы, а Дарий повесил на пояс ножны, схватил чистую кожаную куртку, и мы вместе выбежали из комнаты, слетели вниз по лестнице и пошли к выходу из здания, не встретив ни единой живой души по дороге. Во всем этом было что-то неправильное, но у нас не было времени обсуждать аномалии Дома Ночи. Я не хотела терять ни секунды.

Дарий уже взялся за дверную ручку, когда я остановила его.

— Мне кажется, лучше пересмешникам не знать, что я встала с постели и вышла из лазарета, — прошептала я, хотя кругом никого не было.

— Думаю я, ты права, — сказал он. — Хватит сил обратиться к стихиям?