Юлия Чеснокова - Раритетные принцы

— Вот именно, тем более, не так уж холодно, — поддержала её Мин.

— А если ты простынешь, мне будет совестно, я ж тебя сюда привел. — Младший вампир закинул назад мокрую челку, протирая лицо от катящихся по нему капель. Девчонка посмотрела на него с теплой улыбкой.

— Скоро станешь мужем, будешь лечить всеми способами, если что, — пихнул его в бок Тио и опять начался «морской бой».

Тэррос следил за этим всем с нескрываемым любопытством и легким огорчением. В восемнадцать и даже двадцать лет он был таким же беззаботным и так же проводил время. Было даже так, что приходил ночью сюда с возлюбленной, и они занимались любовью в воде, раздевшись донага. Всё у него было, кроме того, чтобы быть уверенным в том, что девушка, с которой он здесь, никуда не денется. И никогда он не имел той, что мог бы назвать своей будущей женой. Он повзрослел, но совершенно беззаботных моментов в любви так и не испытал. Да разве же Джерри и Мин любят друг друга? Потому им и хорошо вдвоем, что никаких сильных чувств не теплится в груди. Старшеклассница ослепляла наблюдателя своей простой и открытой улыбкой, разводя руками, чтобы держаться на плаву и говоря о чем-то с юношей, снизив голоса, так что перестало быть слышно. Она такая миленькая, когда не напряжена, не испугана и не потеряна, рядом с более красивыми подружками. Такие чистые и добрые глаза. Тэррос вспомнил, как она явно испытывала к нему что-то, увлеклась им, но вот, прошло всего ничего, и она не отрывается от Джерри. Женщины слишком непостоянны, а в таком возрасте и думать нечего, чтобы ждать от них чего-то продолжительного. Но выглядит она счастливой, может и к лучшему, что он не ответил ей ничем. От её лица почему-то никак не отводился взгляд, всё бегал по пухлому болтающему ротику и маленькому носику, приподнимающемуся при переливающемся смехе, как у певчей птички.

По правое плечо образовался Джулиан, замерший так же, чтобы не привлечь к себе внимания.

— Любуемся? — хорошее предположение. Тэррос угрюмо потемнел глазами.

— Завидуем.

— Имению донора? — постарался изумиться Джулиан как можно незаметнее.

— Имению невесты.

— Джейн?

— Отказалась выходить за меня. — Старший отвернулся от увлекшего его зрелища и посмотрел на лучшего друга и давнего собрата по несчастью. — Скажи, а ты бы женился на ней?

— Да ни за что, — самолюбиво и сыто расплылся Джулиан.

— Что ты ищешь с тех пор?.. Какая тебе нужна женщина, чтобы ты остановился? — был близок к оскорблению Тэррос за то, что той, которую он обожал, пренебрегли. Ему пожали плечами. — Джейн ведь нравилась тебе.

— Как сексуальный объект, — подкорректировал Джулиан нюансы. — Таким образом мне очень многие нравятся. Да, она хороша, пока недоступна, это увеличивает притяжение. Но её недоступность легко разгадывается. Удовлетворяй её амбиции, а не свои и она тебе даст.

Тэррос открыл рот, выдумав сотню бранных слов на голову вампира и в защиту вампирессы, но тот, как бы раскатывая скалкой невидимое тесто, проехался по воздуху ладонями, осаживая негативные эмоции вожака.

— Я не собираюсь ругаться, я говорю то, что вижу — ты со мной не согласен? — Тэррос поджал губы. — Без обид?

— Всё в порядке. — выдохнул он.

— Джейн такая же, как я, ей не хватает именно того, чего у неё нет, а когда оно есть — ей уже не надо. Множество людей такие, и это порок, а не достоинство. А два порока под одной крышей — слишком много. — Джулиан тоже некоторое время смотрел на игру младших в воде, пока они не стали выбираться на берег и отираться полотенцами. — Ты спросил, какая мне нужна, чтобы остановиться? Пф, ну не думаешь же ты, что я выберу за красивые глаза и сочную попку? Тэррос, я для этого как-то слишком солиден. Я бы предпочел что-то вроде этой, — щелкнув пальцами, принц указал на Мин. Глаза старшего полезли из орбит. — Девушка, сердце которой не завоюешь чушью и наносным хламом, не проедешь по ушам, не покоришь дорогими подарками, не привяжешь к себе изумительным сексом. Такие любят сами, без причин, без оснований, и в лепешку расшибутся ради своей любви. С ними не надо выламываться и строить из себя что-то. С ними ты такой, какой есть, главное ценить эту девушку и уважать. И такую просто необходимо полюбить, потому что всё остальное — всего лишь страсть и болезнь непотешенного тщеславия.

— Давно мы с тобой не говорили о любви… — задумался Тэррос, услышав много такого, чего не ожидал найти в Джулиане.

— Ты же знаешь, мы с тобой ранимо воспринимали данную тему. Но мы ведь уже выросли из тех мальчишек, которых можно было надломить?

— Хотелось бы надеяться, что да. Знаешь, я считаю, что ты был бы лучшим лидером, чем я.

— Нет, я безответственный, — отмахнулся младший.

— Потому что твои рассуждения о женщинах расходятся с твоими поступками относительно Ании? — вспомнил Тэррос о том, что давно его тревожило.

— Расходятся? — Джулиан улыбнулся ещё шире, чем и без того было. — Вот на ней-то я и женюсь. Когда нагуляюсь. Знаешь ли, не каждый день встречаешь кого-то, кто готов сгореть за тебя заживо.

— Но разве ты её любишь? — Младшие покинули пристань, и двое тоже выбрались из кустов и, прогуливаясь, пошли к поселку. Тэррос опять задумался о Юджин всерьёз.

— Если я не полюблю Анию, то это будет позор мне, никому больше. Да-да, ты сейчас скажешь, что насильно мил не будешь и сердцу не прикажешь, — Джулиан поморщил нос игриво. — Но это всё людские приговорки и отговорки. Я, как и ты, вампир. Я существо несколько иного склада и, я думаю, что достаточно владею собой, чтобы овладеть и своими чувствами и направить их, куда следует, — впереди завиднелся квартет, растянувшийся по дороге от озера. — Посмотрим на Джерри с Мин и сделаем вывод о том, может ли любовь рождаться по необходимости?

В миг заката, которого не было видно из-за нерасчистившегося неба, как по сигналу, на холме опять появился силуэт чужака, всё такого же красноволосого и затянутого в черный бархат. Но сегодня его пряди выглядели темнее, как потускневшая медь, потому что никакого света в сумерках не было зажжено. Весь поселок был предупреждён о его приходе, но Дженнифер уговорила Винроса не начинать с агрессии и не пытаться схватить Рохо. Он пришёл за ней, без оружия, и ничего не сделал, когда они были один на один, так зачем ждать от него угрозы теперь? Девушка встала у столба, как стояла накануне, а все остальные выстроились полукругом позади. Тэррос выдвинулся чуть ближе, переживая, как бы ни пришлось всё-таки пожалеть о доверчивости.

Рохо прекратил движение на почтительной дистанции, и, копируя себя вчерашнего, оперся на трость перед собой, окаменев, как статуя, и только узковатые глаза покатились слева на право, отмечая для себя каждого из присутствующих.