Юлия Чеснокова - Раритетные принцы

Джейн с трудом отлепила спину от столба, постаравшись расслабив плечи. Футболка между лопаток промокла от пота. Всё услышанное ею — правда? Этот загадочный и пугающий Рохо вылепил из неё то, что хотел, чтобы избавиться от одиночества? Не стоит и спрашивать, почему он выбрал именно её — из-за красоты, никак иначе.

— Ты пока ещё ненавидишь меня, конечно же, — вздохнул он, двинувшись в её сторону, и девушка опять ударилась слегка позвоночником о деревянную колонну. — Но теперь ты знаешь, что побудило меня к этим действиям. Я не хладнокровный убийца, не безумец и не чудовище. Я такой же, как ты, пожелавший разбавить пустоту своих ночей.

— Мной? — заикаясь, выжала Джейн.

— Твоим обществом. — Рохо протянул руку, ладонью вверх. — Твоим глубоким взглядом, твоими красными губами, твоими шелковистыми волосами и твоим голосом, который развеет вечную тьму изгнанника света, спасёт чахнущую душу отшельника, и я, заканчивая скорбную песнь своей судьбы, скажу ей в ответ на обречение быть одиноким, каркну, как ворон — больше никогда![2]

— Джейн, — произнесла она, наконец, своё имя, околдованная его поэтической речью и сама не заметила, как вложила в его руку свою. Нет, конечно же, это не было гипнозом и чарами, просто его слова и этот тоскливый образ покинутого всеми тронули её душу. Рохо не был красив, ни в общепринятом понимании, ни в её личном, но шарм трагичного героя, при том отрицательного, порой сильно действует на женщин, чья привязанность мечется, не умея определиться. В легендах в такие моменты, когда любовь не находит объекта, появляется дьявол или инкуб, а в реальности — мерзавцы и искатели наживы. Был ли подлым Рохо? Джейн не могла сказать, но и не собиралась спешить с какими-либо собственными поступками. — Но я никуда не пойду с тобой…

— Я понимаю, — опущенными глазами подтвердил он, вместо кивка головой. — Я не тороплю тебя… пока что я здесь. Я приду следующим вечером. Подумай, Джейн. Подумай, хочешь ли ты торчать безвылазно здесь, подчиняясь каким-то заповедям, или хочешь, как птица, увидеть всю землю, слушаясь лишь себя саму.

— А если ты обманываешь?..

— Я больше не скажу ни слова, тш-ш, — приложил к своим губам Рохо указательный палец, шипя, как кобра. — Думай о моём предложении, а я не намерен убеждать льстивыми речами. До завтра, Джейн!

— До завтра… — пробормотала она, постепенно приходя в себя и избавляясь от испуга.

— Джейн! — крикнул сзади голос Тэрроса и, по мере удаления Рохо, приближался принц. — Джейн, кто это? — Подбежав к ней, вампир вгляделся в расплывающуюся в темноте фигуру и, напрягая зрение, угадал ярко рыжие волосы. — О черт, это же убийца! — Тэррос рванул было вперед, но девушка поймала его за локоть. — В чем дело? Я поймаю и верну его! Он что-нибудь сделал с тобой? Кто он?! Чего он хотел?

— Ничего, — слабо помотав головой, вампиресса посмотрела на Тэрроса. — Кто он такой? Он всего лишь такой же, как мы.

— Такой же?

— Да, вампир. — Она всё ещё сжимала пальцы на его руке, не пуская. — Он не причинит никому зла.

— Почему ты так уверена? Что он сказал? — На них начали крапать капли дождя, оставляющие едва заметные пятнышки на ткани. Джейн подняла лицо вверх и, оценив портящуюся погоду, потянула Тэрроса в сторону дома.

— Идём под крышу, я расскажу, что он хотел.

— Он не заберет тебя, я не дам! — восстал Тэррос, дослушав Джейн с которой они вернулись в её спальню и проговорили больше часа. Но безмятежное, немного загруженное лицо девушки заставило его не утверждать, а спрашивать: — Ты же не уйдешь с ним?

— Я не доверяю ему и боюсь, как я могу пойти с ним куда-то? — вампиресса впилась зубами в свою нижнюю губу и стали видны её острые клычки. — Но то, что он мне предлагает, намного заманчивее просиживания здесь всей своей жизни. Если он даст то, что обещает, то я хотя бы увижу мир, буду свободна, абсолютно…

— Это будет очень опасно, даже если он станет твоим телохранителем, а не нападающим.

— Но это будет жизнь, а не существование! — поднялась Джейн, ткнув ему в грудь пальцем. — Неужели ты не понимаешь, что для меня быть загнанной в рамки вашей деревни — это ад и наказание!

— Значит, тебе мало пространства и нужен простор? Но для чего? — удержал Тэррос свою руку, чтобы не взяться за её.

— А для чего тебе нужно торчать здесь и быть принцем? Как можно спрашивать о желаниях, разве мы управляем ими или знаем, откуда они берутся? Единственное, что я знаю, что не хотела бы безвылазно жить тут.

— Стало быть, предложи я тебе вечные странствия… — начал Тэррос.

— Но ты не можешь, — осадила его Джейн. — Ты будущий король, ты слишком привязан к семье, тут твои друзья, твои родственники и твоя земля. Ты никогда не уйдешь отсюда.

Вампиру хотелось бы возразить что-нибудь в ответ, но, увы, он не мог, потому что, действительно, неизмеримая ответственность, вдолбленная ему чуть ли не с рождения, чувства к близким и понимание, что с ними нужно считаться — это всё не отпустит его из поселка, да к тому же, он его любит, как родину, как дом, как комфортное убежище. И да, прежде всего он первый принц, который имеет больше обязанностей, чем прав.

— А Джулиану, думаю, понравилась бы идея побродить по свету, — ядовито изрек он, опустив глаза.

— Да, в одиночку, меняя женщин, — хмыкнула Джейн. — Меня бы это не устроило, как бы сильно к нему ни тянуло. Ты намерен попрекать меня тем, в чем я тебе призналась?

— Нет, прости. — замолчал Тэррос. В дверь постучали и, не дожидаясь разрешения, её отворила его тётя.

— О, вы оба здесь! — женщина улыбнулась. — Солнце ушло за тучи сегодня. Редкий день. Если хотите, можно пройтись… — она прикрыла за собой. Рассеивающие лучи сквозь облака ещё причиняли вред вампирам, но когда небо плотно заволакивало серостью, то проходило лишь слабое освещение, и кровопийцы беспрепятственно бродили по земле. Прямое солнце уже не так действовало на их сознание, и даже не так всех клонило в сон. Оставалось удивляться загадкам и устройству природы, создавшей такие причуды.

— Я могу ходить по улице? — уточнила Джейн. Тэррос кивнул.

— Это очень кстати, ведь нужно пойти к Винросу и рассказать, что вечером вернется этот Рохо…

— Нет, подожди! — придержала она его у выхода. — А если он, на самом деле, не так плох? А ведь король устроит засаду, или по-любому захочет схватить его и наказать… что если его убьют?

— Ну и поделом! — огрызнулся Тэррос, не понимая, как можно жалеть какого-то чужака? Тем более это совершала Джейн, вообще мало способная к сочувствию. Но она это делала не только ради пришельца, но и ради себя. Возможность выбора — вот что влекло её. Теперь никто не скажет ей «либо так, либо смерть». Она получила и другой путь. — Я всё равно не могу не сказать о том, что тут где-то промышляет не наш. Я должен всех предупредить.