Вольфганг Хольбайн - Цикл Дегона. Книга 1. Бог-амфибия

Глаза Немо покраснели от напряжения. Он чувствовал себя уставшим и измотанным, как никогда в жизни. Больше всего на свете ему сейчас хотелось спать, но капитан понимал, что пройдет еще очень много часов, прежде чем он позволит себе отдохнуть. Его взгляд был прикован к крошечному пятну зеленого света, появившемуся на мерцающей поверхности экрана. Прожекторы корабля погасли, но зеленый свет в полумиле перед кораблем протягивал тонкие паучьи лапки в тоннель, а перед источником света двигались какие-то… существа.

Немо нервно облизнул губы. Возможно, впервые в жизни он действительно испытывал страх. А может, это был не страх. Капитан знал, насколько малы шансы. Да и к тому же он привык рисковать жизнью. Его пальцы нащупали маленький переключатель на пульте, и в другом, герметичном, помещении корабля зажегся экран приемника. Человек в комнате поднял голову и взглянул на потолок. Глаза у него были красными и воспаленными от лихорадки.

— Мы на месте, — сказал Немо дрожащим голосом. — Ты действительно хочешь это сделать?

Мужчина не ответил, но его молчание было достаточно красноречивым. Громко вздохнув, Немо на мгновение закрыл глаза и сжал руки в кулаки.

— Что ж, готовьтесь, — сказал он после паузы. — Надеюсь, тебе повезет, друг мой.

Он не стал дожидаться, когда из крошечного громкоговорителя донесется какой-либо ответ, и, расправив плечи, с сосредоточенным видом принялся переключать рычаги и тумблеры на пульте управления.

Глубоко под ним, в животе гигантской стальной рыбы, открылся шлюз. Давление воздуха в небольшой металлической камере повысилось, чтобы вода не хлынула в корабль. Двенадцать человек заученным движением закрыли заслонки шлемов.

Сперва медленно, а затем все быстрее и быстрее «Наутилус» стал набирать скорость. Двигатели застучали, мощные винты на корме стали рассекать воду, взбивая ее в белую пену. По пути сюда «Наутилус» двигался так, как подкрадывается к добыче нетерпеливый зверь, большой, тихий и бесконечно осторожный, но с каждым движением Немо титанические силы корабля просыпались. После очередного прикосновения к тумблеру моторы стали шуметь еще громче, а в таинственном теле корабля включились новые фантастические приборы.

Когда корабль огромной черно-синей торпедой вылетел из расселины, это был уже не тот «Наутилус», который возил Немо и его команду по неизведанным глубинам морей. Теперь это была боевая машина, стальной монстр, созданный с одной-единственной целью… Разрушать!

Дагон дождался, пока я сниму свой акваланг и найду сухое место в наполненном воздухом помещении под крышей пирамиды, где можно было бы сесть. По лицу божества я видел, что его терпение подходит к концу.

— Где Баннерманн? — спросил я.

— В надежном месте, — отрезал Дагон. — Скоро ты его увидишь. Но сначала мне нужно узнать, до чего мы сможем договориться. Я понимаю, что ты не доверяешь мне, так как мои слуги пытались убить тебя.

— Ничего страшного, — великодушно произнес я. — Жизнь становится скучной, если никто на тебя не охотится, Дагон.

Дагон приподнял левую бровь — учитывая абсурдность его лица, вид у него получился довольно комичный — и оставил без внимания мое замечание.

— Выслушай меня и реши, на чьей стороне ты будешь. — Сделав шаг назад, он поднял руку и обвел ею комнату. — То, что ты видишь, — это остатки моего царства. Я много веков правил здесь своими подданными. Я никогда не покидал этого места, хотя у меня было достаточно сил для того, чтобы завоевать весь мир. Однако теперь я вынужден отказаться от своего уединенного образа жизни. Я искал тебя, Роберт Крейвен. Такой человек, как ты, нужен мне.

— Да? Как та девушка внизу? — Я указал на зеленоватую воду, наполнявшую треть помещения. — Или как все остальные, которых ты убил?

— Никто из них не умер! — рявкнул Дагон. — Но речь не об этом. Выслушай меня внимательно, Роберт Крейвен, и ты поймешь, какая опасность угрожает всем нам.

Сделав драматическую паузу, он обернулся и вновь широким жестом обвел вокруг себя.

— Когда я прибыл сюда пятнадцать тысяч лет назад, ваш народ был еще юным. Я был богом. Люди в этой стране молились мне. Они падали передо мной на колени и поклонялись мне. Они отдавали мне все, что я желал. — Внезапно его рот растянулся в грустной улыбке. — Роберт Крейвен, они построили этот город, чтобы умилостивить меня. Я мог бы стать властелином мира.

— И почему же ты не стал им? — шепотом спросил я.

— По причине, которая не чужда и вам, людям, — вздохнул Дагон. — Страх.

— Страх? — На этот раз я действительно удивился. — Перед кем?

— Перед созданиями, от которых я убегал, — ответил Дагон. — ТУЛЬСАДУУНЫ могущественны. И они ужасны в своем гневе. Я предал их, так как они хотели воспользоваться теми вратами, через которые пришел я. Врата провели меня не только сквозь пространство, но и сквозь время. ТУЛЬСАДУУНЫ остались в прошлом — во временах, простиравшихся более двух миллионов лет назад. Там остались не только они, но и их хозяева, ведь ТУЛЬСАДУУНЫ — лишь служители более могущественной силы. Из-за моего предательства этим существам пришлось вступить в битву, которой им хотелось избежать. Они проиграли битву…

— Но если они мертвы… — начал я, но Дагон яростным движением заставил меня замолчать.

— ТУЛЬСАДУУНЫ проиграли, но они не мертвы. То, что никогда не жило, умереть не может. Их погрузили в вечный сон и заперли в мрачной темнице между измерениями.

Я чуть не вскрикнул от ужаса. Внезапно я понял, о чем говорил Дагон. Я понял это слишком хорошо. Однако что-то во мне противилось принятию истины, поэтому я промолчал, хотя уже знал, о чем поведает Дагон.

— Это боги, темные боги, для которых человеческая жизнь проходит быстрее мгновения. Вот уже более двух миллионов лет они ждут того, чтобы заклятие было снято и чтобы они обрели свободу. Они и их слуги. Один из вашего рода, из рода людей, Роберт Крейвен, пробудил их дух, и тринадцать из темных богов сумели пройти сквозь трещины времени.

Теперь я ни секунды не сомневался в том, что моя догадка верна.

— Это были ВЕЛИКИЕ ДРЕВНИЕ, не так ли? — спросил я, и мой голос дрогнул.

— Да, так называете их вы, люди. А ТУЛЬСАДУУНЫ проснулись вместе с ними. Конечно, они лишь слуги ВЕЛИКИХ ДРЕВНИХ, но не следует забывать, что слуги богов тоже боги. И они в тысячу раз хуже, чем ты можешь вообразить себе.

— И что же теперь будет? — охрипшим голосом спросил я.

— Я чувствую их приближение, Роберт Крейвен. Они пока далеко, ибо печати еще не сломаны и древнее проклятие удерживает их. Но что-то помогает им, какая-то сила, которую я не могу распознать и которая с каждой минутой становится все могущественнее.