Бри Диспейн - Жестокая красота

— А что случилось с Лейлой? — прошептала я.

Слэйд зажмурился.

— Она была первой, кого я убил. Я плохо все помню. Я находился в каком-то безумии. А я-то думал, что атакую типа, который угрожал ей ножом…

— Волк хочет, чтобы ты уничтожал тех, кого любишь сильнее всего. У нее практически не было шансов после того, как Калеб надавил на тебя.

— Это был не Калеб.

— Что?

— Калеб присутствовал там, но смотрел на все со стороны. Меня завербовал Толбот.

Мне показалось, что у меня из легких вышибли воздух. Почему меня шокировало это открытие? Ведь я знала, что, работая на Калеба, Толбот отвечал за новичков. Именно Толбот обладал даром убеждения. Ведь ему дали поручение изменить меня, только у него ничего не получилось.

Будем надеяться, что сейчас в нем ничего не осталось от прежнего Толбота.

— Почему ты не сбежал после всего?

— После убийства ты чувствуешь себя полнейшим дерьмом. Ты не можешь просто взять и вернуться в нормальную жизнь. У тебя в голове сидит вопящая эгоистичная зверюга, которая постоянно чего-то требует. Толбот и Калеб наседали на меня. Они говорили, что теперь я буду везде чужим. А если я сделаю то, что им нужно, у меня будет дом, и высокое положение, и цель. Поэтому я превратился в рядового в страшной армии Калеба.

В глубине души я начала подозревать, что потерянные мальчики, которых мы переманили из стаи Калеба, прошли через нечто подобное. Даже Брент и юный Райан. Значит, в какой-то момент каждый из них убил кого-то или, как минимум, захотел этого… Иначе они не стали бы полноценными вервольфами.

Однако они предпочли покинуть логово. Похоже, они ищут второй шанс.

И мы можем дать им его, как и Джуду.

— Пусть Калеб и обращался с вами, ребята, как с пушечным мясом, а вот я хочу, чтобы наша стая стала настоящей семьей, — произнесла я успокаивающим тоном. — Ты колебался, не желая признавать Дэниела своим альфой. Но мы будет рады, если ты примешь нас. С нашей стороны ты не увидишь ничего плохого.

— Точно, — проговорил он.

— Я искренне верю, что мы научимся применять наши способности во благо. Возможно, судьбой тебе предписано стать лучшим пожарным всех времен. Ты обладаешь удивительной быстротой и силой. Представь, сколько добра ты смог бы совершить с такими качествами.

— Но я до сих пор боюсь огня.

— Толбот и другие уже справились. Думаю, в тебе зреет желание изменить мир через работу пожарного. И я хочу помочь тебе. Если ты позволишь.

Слэйд задумался.

— Вполне вероятно, — нарушил он паузу. — Но есть кое-что еще.

— Можешь говорить о чем угодно.

— Я глупец. Я совершил ошибку. Я не должен был позволять акху смотреть мне в глаза. Он прочитал мои мысли. И он догадался, где нас искать. Ему удалось скрыться, и, конечно, он все доложит Калебу. Я бы раньше сообщил тебе, но я…

— Ты считал, что я перегрызу тебе глотку.

Он едва заметно кивнул. Я похолодела.

— Спасибо, Слэйд. У тебя с ребятами будет другое убежище. Ну, а Калеб… Раньше он сам жил в соседнем доме.

Слэйд обомлел.

— Но тогда получается полная бессмыслица! Калеб никому не разрешает уходить из банды. Он и Толбот придумывали жуткие казни для тех, кто хотел улизнуть, а нас заставляли быть палачами…

Вообще-то я была в курсе. Первым демоном, с которым я расправилась, являлся гелал. Он сбежал от Королей Тени, а Толбот использовал меня в качестве палача.

— Но почему же Калеб не нападает? — удивился Слэйд.

— Хороший вопрос.

Теперь не Слэйд, а я буду ждать, когда обрушится лезвие гильотины.

Спустя пять минут.

Все произошло очень быстро.

Я шла к двери с тарелкой подогретой еды для Джуда. Неожиданно в окно ворвался ослепительный свет. Потом раздался папин крик. Сначала он произнес чье-то имя, а затем выкрикнул нечто вроде «Беги!».

— Что за?..

Входная дверь распахнулась. В холл ворвались мама, Джуд, Эйприл и Черити. За ними мчался отец, на ходу он звал меня и Дэниела. Он стремительно бросился ко мне и обнял. Тарелка с едой упала на пол.

— Они здесь! Тебе надо спрятаться!

Из кухни вылетел Дэниел. Вслед за ним в коридоре появились Толбот и Райан. Остальные мальчики уже были на ногах — их наверняка разбудили возгласы папы.

— Короли Тени? — уточнила я.

— Нет. Сирхан и его стая.

— Что? — Дэниел рванулся к двери, собираясь выглянуть во двор.

Папа попытался остановить его.

— Подожди. Забирай Грейс и прячьтесь.

— Это бесполезно, — заявил Дэниел и выскочил на крыльцо.

Мальчики поспешили вслед за ним. Папа крепко сжал мою руку, будто хотел удержать меня.

— Тебе меня не остановить.

— Я пытаюсь защитить тебя, Грейс.

— Не получится. Во всяком случае, в этом мире.

Отец пристально посмотрел на меня, и его взгляд из испуганного стал грустным. Он опустил голову.

— Я давно знал, что рано или поздно настанет такой день.

— Мне пора.

И он выпустил мою руку. Я переступила порог и встала рядом с Дэниелом. Папа тоже выбрался наружу, но остановился в дверном проеме. Рядом с ним застыл Джуд.

Я сумела разглядеть очертания десяти черных машин — вероятно, джипов, если судить по размерам. Они припарковались возле дома и фарами освещали наши лица.

Я приставила ладонь козырьком ко лбу, сожалея о том, что мое сверхострое зрение обладает такой чувствительностью.

— Они пытаются поставить нас в невыгодное положение, — заявил Райан, моргая.

— И у них это отлично получится, — заметил Брент.

Райан пихнул его в бок.

— Ты чего! — возмутился Брент и толкнул друга.

— Прекратить! — гаркнула я.

Мальчишки вытянулись по стойке «смирно», но жмуриться не перестали. Дэниел был единственным, кто не защищал глаза.

— Как ты узнал, что к нам пожаловал Сирхан? — поинтересовалась я у папы. — Вдруг там Короли Тени?

— Я узнал эмблему стаи Сирхана. У всех на радиаторной решетке — медальон с головой волка. Однажды, когда я забрел на территорию Сирхана, его охрана поймала меня и запихнула в точно такой же автомобиль. А вот эта… — папа указал на очертания небольшой машины, стоявшей в центре ряда, — принадлежит вожаку. Он лично сопровождал нас с Гэбриелом, когда решил отпустить меня… Раз уж ему понадобилась ты…

Отец не договорил, поскольку обстановка начала резко меняться. На тачках одновременно, как по команде, включились фары.

— Ох! — вздрогнула я. Глаза пронзила боль, и я на секунду ослепла.

Я услышала какое-то движение, а затем фары средней машины вспыхнули и осветили, по крайней мере, сорок высоких силуэтов.