Василий Шахов - Душехранитель

– Передает вам искреннюю благодарность…

– Ну, какие пустяки! Юношеская дружба не забывается… Нам бы как-нибудь встретиться, посидеть, припомнить наши золотые годы в МГУ… Вы, Андрей, там же учились?

Подобие легкой улыбки превосходства пробежало по губам Скорпиона-младшего – то ли издевается, то ли насмехается. Глаза ведь не смягчились, не повеселели. Да, Костя, когда хотел, мог быть таким очаровашкой, таким очаровашкой! Свое актерское дарование он явно пожалел для сынка.

– У меня здесь дела, Пал Васильич… Мне, может быть, понадобится ваша помощь… Я могу рассчитывать на вас, если что?

– Все, что в моих силах! – изображая радушного хозяина, ответил Кудряшов.

Андрей оглянулся:

– По какому случаю праздник, если не секрет?

– В честь открытия нового филиала университета. Знали бы вы, – доверительно понизил голос помощник мэра, – сколько мы туда убухали…

– Сколько?

Улыбка сползла в лица Кудряшова. Да, ну и манеры у Скорпиончика… Но Андрей рассмеялся, ему достаточно было ввергнуть «старика» в замешательство, эти чиновники прошлого обладают, в его понимании, на диво не гибким мышлением.

– Мне пора, Пал Васильич. Вы меня извините…

«Вот сукин сын!» – подумал помощник мэра и снова мило улыбнулся «мальчику», пытаясь изобразить то умиление, с каким взрослые смотрят на забавы молодой поросли. Но применительно к Андрею ему это не удалось, тот вел свою политику.

Откланявшись, Скорпион-младший вернулся в машину. Серега верно ждал его за рулем. Андрей причмокнул языком и учелся рядом:

– Все, поехали.

– Куда, босс?

– В гостиницу. Наконец отоспимся… – он надеялся, что его «объектам» не взбредет в голову сегодня же мчаться куда-то еще.

Хотя они, вообще – люди со странностями. А дуракам везет.

– Хотите анекдот, босс? Све-е-еженький!

– Валяй, – разрешил Андрей и откинулся на спинку кресла.

– А ведь я предупреждал, Шура, что эта бабенка сядет тебе на шею и свесит ножки! – поднятый телохранителем в своем номере, Гроссман одевался.

Саша опустил глаза и прошелся от двери до кресла:

– Поскорее, Ник…

– А вот не надо поскорее! – Николай ткнул пальцем в его сторону и застегнул кожаные брюки. – Вляпается во что-нибудь – так пусть ей ума прибавят! Как она от тебя сбежала?

– Я уходил.

– Вот стерва! Каким местом она думает?! И вообще! Она не стоит того, чтобы за нею бегать!

– Но ведь ты поехал с нами из-за нее… – тихо и устало отозвался телохранитель.

Ник сел и, обуваясь, усмехнулся:

– Ревнуешь, что ли?

– Нет.

– Какой-то ты странный, Шура! Стойкий оловянный солдатик…

– Гроссман набросил «косуху». – Помнишь, чем там дело закончилось? Я уже не помню. Я-то понятно, зачем за нею: она мне не чужая, ну, вроде сестры – не то, конечно, что раньше было – вода с огнем, пар во все стороны… А вот ты чего? – он слегка толкнул Сашу в плечо и засмеялся. – Времена шпаги и плаща прошли, работу тебе оплатить никто не сможет, а рисковать собой за ее красивые глазки – ты что, с неба свалился?! Она ж никого, кроме себя самой не любит!

Саша многозначительно взглянул на часы. Гроссман стал застегиваться:

– И охота тебе с этой фригидной инфантилкой дело иметь?!

Пф! Ты умный мужик, Шура! А ты, часом, не силиконовый?

– Собирайся поскорее, – телохранитель чуть поморщил правый глаз и отвернулся, чтобы выйти из номера, но Николай снова встряхнул его за плечо:

– Ну, съезди мне по морде, если это не так!! Я же оскорбляю твою девушку! Ну!

Тот молча развернулся и сунул ему кулаком аккуратно в скулу. Гроссмана отшвырнуло на добрых полтора метра.

– Я съездил тебе только потому, что ты тянешь время, – объяснил Саша Николаю, поднимающемуся с кровати с изумленным взором. – Через три секунды я уеду один, – и он негромко хлопнул дверью.

Держась за щеку, Николай качнул головой:

– И правда не силиконовый…

Игорь повернул ключ в замке и вошел. На табуретке посреди комнаты сидел «доброволец» и чистил пресловутую картошку на очередном номере «Магии в клеточку».

– А где… Рената? – растерянно спросил Гарик, не желая верить, что утренняя гостья была наваждением.

– Рыжая, что ли? На балкон пошла вместе с длинным с вот такущими зенками. С ними – еще какой-то тип в черном. Длинный выступать на нее начал, а она – огрызаться, и этот, в черном, их обоих увел…

Не вдаваясь в подробности, Гарик помчался на балкон. Первым он увидел этого высокого незнакомца, похожего на капитана Немо из советсткого кинофильма. Саша, заслышав шаги Гарика, заслонил собой сидящую на скамейке Ренату – по-видимому, это у него уже рефлекс. Атмосфера была накалена, и черные глаза «капитана Немо» пылали гневом.

– Незачем тут светиться. Короче, пошли в комнату… За мной это… должны заехать… – сказав это, Игорь пошел назад.

Немного придержав Ренату, «капитан Немо» глазами указал ему вслед:

– У него что, личный шофер, или как?

Девушка хихикнула и чуть-чуть поморщила точеный носик.

Гроссман покачал головой и протянул:

– Шайта-а-ан!

В одной из дверей коридора торчала взлохмаченная голова дяди Гены. Этот алкоголик уже два дня пытался продать Игорю лохматую дворнягу в репейниках. Гарик отказывался, и дядя Гена грозился съесть бедного пса. Может быть, он уже так и сделал: собаки нигде не было видно.

– Гаррик! – сипло заорал алкаш на все крыло. – Ну, подкинь пятерку, бля, в натуре!..

– Спать иди…

– Ну, ты чё, в натуре?! Ну, треху! – он вытянул им вслед руку. На нем была грязнущая, некогда белая майка, и потому все его тюремные татуировки представали перед зрителями в полной красе и великолепии.

– Да пошел ты… – пробормотал Гарик.

– Бляха-муха! Ну, треху дай, две штуки должен будешь, япона-мама! – бормоча что-то недоброе в их адрес, алкаш подался назад.

В это мгновение Саша оглянулся и встретился с ним взглядом. Дядя Гена скрылся в своей конуре, а телохранителя как будто передернуло.

«Доброволец», исподтишка разглядывая Ренату, по традиции жарил картошку. С непривычки девчонке явно было плохо от запаха топленого сала, и она стояла, прилепившись к раскрытому окну. Оттащив в сторону парня с измученными глазами и шрамом на щеке, Гарик что-то втирал ему вполголоса за шкафом, а длинный в шутку приставал к рыженькой. Та от дурноты лишь вяло отталкивала его.

– Какая-то чертовщина на даче у этого мужика… – говорил Игорь Саше, который, сунув руки в карманы брюк и прислонясь к косяку, устало слушал его. – Я, короче, не знаю, что там за цирк, но… тебя хотят видеть…

– Кто? – Саша обреченно вздохнул и прикрыл глаза.

Оживленно жестикулируя, Гарик принялся объяснять: