Клари Ботонд - Любовники старой девы

— Думаю, согласна, — лукаво заметил Жигмонт.

— Я еще ничего не сказала! — девушка резко вскинула голову, голос ее звучал звонко и открыто.

— Тогда, стало быть, твоя очередь говорить, — Жигмонт повел рукой.

ГЛАВА 35

— Моя правда, — начала Ивана, — простая правда! Хотя не знаю, захочет ли Михал взять меня в жены, если узнает всё, — она говорила быстро, словно боялась, что юноша перебьет ее и станет уверять в своей любви. — Я знала, что мои родители умерли, когда я была совсем маленькой. Сначала я жила в городе с кормилицей. Иногда меня навещала Мария. Она говорила, что у меня есть тетка, которая возьмет меня. Потом меня увезли в деревню. Я увидела свою тетку, она, казалось, очень любила меня, даже какой-то болезненной любовью. Но в замок меня не взяли: Мария сказала, что дед не хочет видеть меня, потому что моя мать вышла замуж против его воли.

В деревне мне было тоскливо. Я часто плакала, тяготилась жизнью. Я знала, что я красива. Мне хотелось полюбить. Хотелось, чтобы меня полюбил тот, кого полюблю я. Мне было пятнадцать лет, когда я подумала, что люблю одного из деревенских юношей. Мне было стыдно, но я открылась ему. И в ответ получила лишь презрительный отказ и грубую насмешку! После я поняла: ведь все знали, что я знатного рода, и боялись; тот, кто решился бы любить меня, мог понести наказание. Но год спустя нашелся такой мальчик. Он был сыном кузнеца. Не стану лгать, мне было хорошо. Я уверяла себя, что влюблена. Кажется, и он полюбил меня. Я узнала, что такое поцелуи и мужские ласки, но принадлежать ему душой и телом я не решалась, что-то удерживало меня. Мне казалось, что этого делать не следует. А потом случилось несчастье. Юношу нашли на берегу лесного озера. Он, должно быть, купался и захлебнулся. Его выбросило на берег. В тот день было ветрено, озеро волновалось. Я плакала, мне думалось, что жизнь моя кончена, ничего больше не будет. Вскоре за мной пришли из замка, Чоба и Мария. Поначалу в замке мне было совсем плохо, я не должна была попадаться на глаза деду, за мной следили все — тетка, Мария, Чоба. Дверь моей комнаты запирали. После смерти деда стало немного легче. Я постепенно успокоилась, перестала жить надеждами и ожиданием. Я помогала Марии вести хозяйство, беседовала с тетей. Она рассказала мне о том, что они с сестрой рано осиротели, потеряли мать. Мачеха изменила отцу и с тех пор он вел тоскливую жизнь одинокого чудака. О моих родителях тетя не рассказывала. Я подумала, может быть, она была с ними в ссоре…

— Всё это ничего не значит! — с горячностью произнес Михал. — Мне приходилось уже любить женщин и сближаться с ними. То, что произошло с тобой, случается с каждой девушкой. Не думай об этом!

— Михал еще не знает всего, — Ивана отвела глаза.

— Никто не знает всего, — вдруг раздался сумрачный голос Чобы. — Ивана, ведь это я утопил того парня. Твой дед мне приказал. Но если ты сегодня узнаешь обо всем, ты поймешь…

— Я понимаю всё больше и мне всё тяжелее, — девушка вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Видишь, Чоба, я даже не изумилась, не вскрикнула… Но я должна говорить дальше!

Та случайная встреча с Михалом в лесу, словно пробудила меня от заколдованного сна! Вновь расцвели надежды и мечты. Ведь этот человек был мне ровней! Я думала: пусть я даже незаконнорожденная, все равно мать моя была знатного рода. Но тотчас я принималась бранить себя за глупость, я говорила себе, что это смешно — воображать, будто человек может влюбиться в девушку, которую он и не разглядел, должно быть, толком. Но все эти пустые слова захлестывало одно чудесное ощущение — я чувствовала себя любимой!

И еще — прежде, чем я расскажу о самом странном и страшном, — Михал признался мне, что письмо написал он! Я не думаю, что ему было легко это сделать, никому не захотелось бы признаваться в подобном, ведь я могла счесть его просто глупым мальчишкой. Я ведь старше его. Правда, на немного… — она смутилась и покраснела.

Кларинда отвернула лицо, чтобы девушка не заметила ее улыбки.

— Нет! — воскликнул Михал. — Мне было легко признаваться тебе во всем. Потому что я уже знал — ты любишь меня. Я это почувствовал!

— Я буду говорить дальше, — Ивана не смотрела на юношу. — Моя комната — наверху, рядом — спальня тети. В ту ночь меня разбудили голоса. Я удивилась, испугалась. Даже Мария никогда не входила в тетину спальню. Я тихонько встала и вышла из своей комнаты. Из-под соседней двери пробивался свет. Я знаю, что поступила дурно, но я наклонилась, потом встала на колени и припала к замочной скважине.

В комнате ярко горели два светильника. Рядом с тетей Клариндой я увидела красавицу в таком нарядном платье, какое мне и присниться не могло! Они сидели рядом на постели. Но вот я пригляделась. Чудо! Это была одна и та же женщина в двух обличьях! То же лицо, те же движения и жесты! Я услышала их голоса — то был один голос! Они шутили, смеялись. Потом обменялись платьем. Потом снова оделись — каждая — в свою привычную одежду. Я услышала их беседу, узнала столько удивительного! Но это — уже не моя правда, эту правду расскажет та, которой она принадлежит более чем мне!

— А где же твое кольцо? — спросила красавица.

— Я потеряла! — ответила сестре Кларинда. — Я всё расскажу…

Но Маргарета ласково прервала взволнованную сестру и заговорила о чем-то другом — об одежде и украшениях. Маргарета взяла со стола шкатулку и раскрыла ее. Она достала странный золотой предмет, похожий на маленькие вилы, и протянула сестре. Та отказывалась, затем приняла подарок. Маргарета стала уговаривать ее принять всё, что было в шкатулке. Кларинда смеялась и качала головой. Потом принялась перебирать содержимое шкатулки. Я видела, как блестит золото и сверкают драгоценные камни. Но вдруг Кларинда вскрикнула. Она держала маленькое колечко и показывала сестре. Та побледнела и стала говорить, что заказала это кольцо для своего мужа.

— Нет! — закричала Кларинда. — Это он дал тебе! Он… Он — твой муж!

Они заговорили, перебивая друг друга. Потом бросились друг на друга. Это было страшно — видеть борьбу двойников. Маргарета схватила золотые вилы и пыталась выколоть глаза сестре. Должно быть, обе уже не владели собой. Кларинда вырвалась и с силой толкнула Маргарету. Та упала и ударилась о каменный выступ… Я зажала рот ладонью — боялась закричать. На память мне приходили все страшные сказки, слышанные в детстве в деревне.

Я не выдержала и вбежала в комнату. Маргарета была мертва. Мы растерялись. И тут — ваш приезд! Я узнала Михала! И еще… я скажу… Мы заперлись наверху… Утром я спустилась… Я уже успокоилась и во всем положилась на волю Бога. Я знала, что Кларинда — невиновна… Я не стану говорить чужой правды, но в ту ночь я узнала, что Кларинда — моя мать, а вы, — девушка указала на Жигмонта, — мой отец!