Виталий Астапенков - Черный Тёть (СИ)

Дима помрачнел.

– Нет у меня саженцев, – пробурчала Света. – И семян нет.

– У соседей займём. Что-нибудь придумаем. По твоим словам, в землю палку можно воткнуть – и вырастет дерево.

– Угу, или колесо от твоего «Запорожца» – и вырастет КаМАЗ.

– Почему КаМАЗ?

– Урожаи вывозить.

Теперь помрачнел Аристарх. Света прикусила язык, вспомнив, что ни в коем случае нельзя плохо отзываться о любимых мужских игрушках – машинах, если не хочешь испортить отношения с их владельцами. И в свою очередь погладила парня по руке, улыбнулась.

– А что? Представляешь, закопали «Запорожец», полили, пропололи – и вырос самосвал.

– Ну, во-первых, у меня «Москвич», – веско отметил гордый владелец транспортного средства. – А во-вторых, я не понял, что там надо будет пропалывать? Лишние запчасти?

Он вдруг сбился.

– Слушайте, что мы несём? Ехать ведь собирались.

– Вот именно, – поддержала его Оксана. – Поехали. А то скоро ночь, а мы всё болтаем.

Света с сомнением огляделась. Почему-то ей не хотелось уезжать. Да и Юля могло прийти, о чём она и заявила вслух.

– Я могу остаться подождать, – предложил Дима.

На том и порешили. В итоге девушки забрались на ободранное заднее сиденье «Москвича», а Аристарх важно устроился за рулём. Дима, выйдя из дому вместе со всеми, остановился возле Тётя и усиленно махал вслед путешественникам носовым платком, который достал из кармана, делая вид, что утирает слёзы.

– Клоун, – прошипела Оксана.

– Ладно тебе, – Аристарх улыбнулся подругам в покоцанное зеркало заднего вида. – Нормальный парень. Ты просто простить не можешь, что он тебя тогда порезал. – Он повернул ключ зажигания. «Москвич» взвыл стартером, чихнул свечами раз-другой и ровно затарахтел, исторгнув клуб довольно вонючего дыма из выхлопной трубы. В салоне запахло, но Света не обратила на это внимания, равно как и на довольно громкий звук работающего двигателя, сопровождавшийся каким-то постукиванием.

– Клапана стучат, – немного непонятно объяснил Аристарх и тронулся с места. Позади машины раздались выстрелы, заставив девушек испуганно подпрыгнуть на неудобном сиденье.

– Глушитель чуть прогорел, – молодой человек полуобернулся и успокаивающе похлопал Свету по руке, а заодно и придержал – машину сильно трясло, и девушку раскачивало взад и вперед. – Амортизаторы надо менять, – продолжал он, – да и задний мост желательно. Только где его сейчас найдешь. Ну и по мелочи – карбюратор, ремни, свечи… Зато аккумулятор почти новый…

Но Света не слушала. Она уперлась коленями в переднее сиденье, подумав, что не мешало бы слегка похудеть, если и в дальнейшем придётся ездить с Аристархом. Тесное сиденье явно требовало отказа от жирного, кислого, сладкого, мясного, рыбного, соленого и мучного. В принципе, ничего страшного в этом не было: Света любила зверушек и птиц и давно уже стала бы вегетарианкой, если б нехороший организм при выборе между колбасой и зеленью не выбирал первое.

«А, – решила она, – жизнь покажет». И посмотрела на Оксану. Подруга судорожно вцепилась в сиденье обеими руками, также упираясь голыми коленками в спинку кресла водителя. Зубы ее от тряски выбивали мелкую дрожь. Она кинула на Свету страдальческий взгляд.

– А поровнее тут дорог нет?

– Где ты у нас ровные дороги видела? – удивилась Света. – По-моему, ровные дороги и Россия – это катахреза.

– Надо же, какие все образованные! – попеняла подруга. – Ладно, не будем требовать несбыточного от жизни.

– Вот-вот, – подбодрила её Света, – надо с когнитивной радостью относиться к окружающему миру, тогда и…– Она прикусила язык от очередного толчка, сбилась и замолчала.

Оксана ехидно засмеялась и хотела что-то сказать, но тут над капотом вдруг возникло облако пара, и Аристарх нажал на тормоз. Раздался неприятный визг, машину занесло, но она сбавила ход, и они остановились. Света удивленно посмотрела на водителя.

– Ничего страшного – радиатор закипел, – сказал тот. – Сейчас остынет, и поедем.

Он перегнулся через сиденье, достал откуда-то большую бутылку с водой и вылез из салона. Поднял крышку капота и довольно долго держал ее открытой. Света догадалась, что он ждёт, пока перестанет плеваться паром таинственный радиатор. Потом он наклонился, а когда выпрямился, бутылка была пуста.

– Вот и всё, – сказал Аристарх, садясь на сиденье. – Поехали.

Он снова тронулся с места, увеличил скорость, и тряска стала не такой выматывающей. Медленно уплывающие по сторонам соседские дачи уже не казались неповоротливыми приземистыми кораблями, дрейфующими по неспешному течению, а стали напоминать весело бегущие вагончики электрички. Лязг и грохот в салоне, правда, сделались гораздо сильней. Света с беспокойством заглянула Аристарху через плечо. Спидометр показывал целых 40 километров в час. Девушка вздохнула.

– Не гони так, – попросила она.

– Не любишь быстрой езды? – Парень откровенно потешался.

– Не я, а твоя машина. Развалится ещё по дороге.

– А вдруг не развалится, – успокоил её Аристарх.

Крак! Машина со скрежетом вильнула, накренилась и ловко объехала глубокую рытвину. Света невольно поразилась этому чуду еще советской техники. Действительно – не развалилась. Умели же делать!

– Приехали, – сказал Аристарх, и выключил двигатель. Сразу стало необычайно тихо и уютно. – А ты: «развалится, развалится…». Наш автопром ещё себя покажет.

– А мы разве не развалились? – испуганно пропищала Оксана. Она сидела, крепко вцепившись в сиденье и зажмурив глаза.

– Эй! – Света дернула её за руку. – Приехали.

Оксана с опаской приоткрыла один глаз.

– На небеса? – Аристарх оскорблёно фыркнул. – Мы, правда, не развалились?

– Правда-правда, – Света успокаивающе похлопала её по плечу и, открыв дверцу, выбралась наружу.

Дом у Жени оказался гораздо больше Светиного, в два этажа с мансардой. Только на участке, Света сразу обратила внимание, царили запустение и сорняки.

– Здесь что, вообще никто рук не прикладывает? – возмутилась она таким неслыханным пренебрежением к крестьянскому труду.

– Не все же такие, как ты, трудоголичка, – Оксана тоже выбралась из машины и встала рядом, с интересом разглядывая дом. – А ничего у него хибарка.

– Его родителей, – поправил её Аристарх. Он захлопнул дверцу и подошёл к девушкам. Они сейчас в Болгарии работают по контракту, ещё четыре месяца там будут.

– Так это не его дача? – расстроилась Оксана. Света недоумённо посмотрела на неё: ладно бы, Юлька расстраивалась, можно понять, или она за подругу переживает?