Александр Арбеков - Две ипостаси одной странной жизни

— Верю! Фантомы способны на многое, в том числе они подчас обретают плоть, но потом теряют её. Друг мой, всё вокруг так обманчиво. А вообще-то, женщины, как кошки. Всё время куда-то исчезают и пропадают, а потом возвращаются, нервничают по пустякам, крутят хвостами, думают о чём-то о своём, снова исчезают, — сумеречно произнёс Аристарх-Иван. — С ними очень тяжело, а подчас невыносимо. Фантомы подобны самым хитрым из кошек, которые бродят по этой земле.

— Ты прав, мой друг… Они могут потеряться на время, а то и на века, — задумчиво произнёс я. — Знаешь, и мужчины на это способны, но довольно в меньших количествах.

— Почему?

— Нас с каждым мгновением становится всё меньше и меньше.

— Да, согласен… Кабаки. Извращения всякие. Казино. Пари с последующей потерей денежных средств. Водка, сигареты, пиво, кокаин и марихуана, самогон и связанные со всем этим невыносимые метания и акты отчаяния. А кальяны под коньяк? А эти дуры, которые истощают нашу хрупкую, крайне чувствительную и очень нежную нервную систему!? — возмутился мой собеседник.

— Полностью поддерживаю твою точку зрения! Бог с ними, с сигаретами и с водкой, но эти дуры! Они истощат кого угодно!

— О, да!

— А самая главная проблема у меня заключается отнюдь не в болезни, — хитро прищурившись, произнёс я. — Она как-то отошла на задний план.

— И что за проблема у тебя на сей момент?

— Всё-таки я живу с женщиной, которой на самом деле якобы нет. Представляешь, как мне тяжело?! — иронично усмехнулся я. — Пусть она иногда и обретает плоть, но я всё равно понимаю, что передо мною фантом, привидение, иллюзия.

— Да, проблема…

— Это хуже, чем по несуществующей бабе тосковать и скучать, как делаешь это ты.

— Да, согласен.

— Слушай, давай зайдём вон в то интересное заведение. Ага… «Барашек». Весьма странное название, но я уже чую запах шашлыка и горю желанием его отведать.

— Давай!

Ресторанчик было довольно неплохим и неожиданно весьма просторным. Чисто, уютно, пасторально. Тихая, ненавязчивая и мягкая музыка. Кстати, моя… «Четвёртая симфония для скрипки, волынки, домбры, лютни и органа». Мы сели за столик. К нам сразу же подскочил юркий и чистенький официант, который вдруг страшно округлил глаза, задрожал и, не приняв заказа, куда-то шустро убежал.

— Что происходит? — удивился Аристарх-Иван и стал судорожно оглядываться по сторонам.

— Ты что, всё это время перерыва в наших отношениях находился на Северном Полюсе или на Луне? — в свою очередь удивился я. — Ты что, не знаешь, кто я теперь такой, и что из себя представляю?

— Ну, я, вообще-то, находился в Гималаях, в очень отдалённом монастыре. Думал, медитировал, много молился и очень много читал. Вернулся только вчера.

— Понятно, очередной придурок появился в этом мире, — вздохнул я.

— Как ты так можешь говорить?! — возмутился мой собеседник. — Ты же вроде буддист!?

— Могу! Имею право! Суть буддизма не в монастырях, а в постоянном самосовершенствовании и во внутренней гармонии. Медитировать можно и в Скалистых Горах, и на Фудзияме, и на Памире, и в вонючей песочнице, и даже в самой глубокой карстовой пещере.

— Да, согласен.

— Пока ты неизвестно где медитировал, я времени даром не терял! Достиг таких высот, которые тебе и не снились. Вон, кстати, посмотри на улицу! Видишь афишу?

— Ну, вижу. Сейчас достану очки.

— И что на ней написано?

— «Пятая симфония для скрипки с барабанами, лютней, бубнами, роялем, контрабасом, виолончелью и волынкой. Выдающийся композитор, пианист, скрипач и мастер игры на волынке…». Боже мой! — Аристарх-Иван был потрясён. — Не верю своим глазам! Там указана твоя фамилия!

— То-то и оно!

— Ничего себе! Вот это да! — приятель мой чуть не упал со стула. — Что-то не замечал я за тобой ранее каких-либо музыкальных талантов. Помню, как-то пели мы в караоке-клубе, так во время твоего исполнения весьма простенькой песни все присутствующие заткнули уши.

— Эх, друг мой, — вздохнул я. — Всё меняется в этом мире, иногда очень неожиданно. Талант подчас внезапно даруется нам Богом, ну а реализация его зависит от человека.

— Всё равно твоё преображение выглядит как-то странно.

В это время к нам подбежал какой-то господин в дорогом костюме, который дрожащей рукой протянул мне мою благообразную фотографию на очередном фоне чего-то такого и этакого.

— Боже, не верю своим глазам! Такая радость! Александр Анатольевич, могу ли я быть удостоен чести получить ваш автограф!?

— Можете, — вальяжно ответил я. — А вы кто?

— Я хозяин данного ресторана. Ваш давнишний и крайне преданный почитатель.

— Значит, так… Я сегодня намерен у вас дать концерт. Меня скоро посетит внезапное, бешенное, всё испепеляющее и крайне неожиданное вдохновение! Чую его приход.

— Что?!

— А почему бы и нет?

— Боже, сейчас я обзвоню всех моих знакомых, выйду в Интернет! — засуетился мужчина. — Какое событие, какая радость! Сообщу всем!

— Перед тем, как всё это сделать, ответьте мне на два главных вопроса, строго произнёс я.

— С удовольствием!

— У вас есть хороший шашлык из молодого барашка, ну, или из барашка среднего возраста?

— Конечно, конечно! Сейчас всё организуем!

— И ещё один вопрос.

— Внимательно слушаю.

— У вас, случайно, не завалялась где-либо волынка?

— Маэстро, ну, конечно же, завалялась! О вашей непереносимой и невыносимой тяге к волынкам знают все и повсюду. Я, на всякий случай, скупил целую партию этих инструментов в Шотландии.

— Какой молодец!

— Кстати, — скромно потупился мужчина. — Как-то вечером или ночью вы сидели на берегу моря с прекрасной дамой именно в моём ресторане. Ну, после вашего выдающегося концерта вопрос с волынками был решён сразу же, окончательно и бесповоротно.

— Подождите, подождите… Но в тот вечер я вас, вроде бы, не видел, — удивился я.

— А зачем меня видеть. Чаще всего решают все важные вопросы те, кто невидим.

— Как хорошо сказано! — восхитился я. — А почему я вас сейчас и именно в этом месте увидел?

— Чистая случайность. Я в этом заведении бываю раз в тысячи лет. А тут вы! Радость какая! Сюрприз! — засиял и затрепетал мой новый приятель.

— Понятно… усмехнулся я. — И так, созывайте народ, готовьте волынку. А скрипка у вас есть?

— Конечно же, имеется. И рояль доставим, и гитару, и контрабас и даже барабаны.

— Ну, это явный перебор. Сегодня, если позволите, я намерен сыграть свой всем известный концерт с участием только волынки и скрипки.

— А орган? Вдруг он не помешает!?