Мишель Роуэн - Ночной дурман

Его лицо исказилось словно от боли, потом он кивнул.

— Тогда чувствуй.

Я обхватила его голову ладонями и прижалась губами к его рту.

Он поднял руки, чтобы мне было легче снять с него футболку, обнажая покрытое шрамами, но красивое крепкое тело, и посмотрел на меня неуверенно, когда я начала целовать везде, где в прошлом ему было больно… Словно губы могли стереть все плохие воспоминания.

Пока я исследовала языком грудь Деклана, лаская его соски, а потом и кубики пресса, он запустил пальцы в мои волосы.

Деклан думал, что я его не знаю, но он ошибался. Он был хорошим человеком, на долю которого выпало немало боли — и физической, и моральной — при полном отсутствии выбора с его стороны. И он проживал ее каждый раз, когда смотрел в зеркало. Я хотела избавить его от всего плохого, пусть даже на несколько минут.

Я не была абсолютно бескорыстной. Я дико его хотела. Это началось вскоре после того, как мы покинули закусочную. Желание пожирало меня изнутри до тех пор, пока я не перестала закрывать глаза на мои чувства к Деклану.

В море неопределенности, коим стала моя жизнь, хорошо было иметь хоть какую-нибудь цель.

Я скользнула по его губам, прежде чем поцеловать по-настоящему. Поначалу он застыл, но потом ответил на эту ласку. И его горла вырвался стон. Теперь его руки были у меня на талии, пальцы впивались в кожу… Наши языки переплелись, в внизу живота у меня зародилась ноющая боль.

Я расстегнула его джинсы, чтобы, опустившись на колени, взять в рот возбужденный член. Этого оказалось достаточно, чтобы Деклан снова застонал, и на сей раз в звуке было мало человеческого, но я не стала обращать внимания.

— Джилл… — выдохнул он. — Пожалуйста… ты… я теряю голову…

В его голосе была не только страсть, но и беспокойство. Деклан боялся потерять контроль и сделать что-нибудь не так.

— Доверься себе, — пробормотала я, медленно поднимаясь на ноги. — Я не боюсь тебя. И хочу тебя так, что еще чуть-чуть и сойду с ума…

Я подвела его к своей кровати и толкнула так, что он сел. Стянула с него джинсы, сняла ботинки, и теперь он лежал передо мной во всем своем обнаженном возбужденном великолепии.

— Ты хочешь меня? — спросила я. — Или укол сыворотки?

В его взгляде было только желание.

— Тебя.

Я сорвала с себя майку, спустила спортивные штаны и трусики. Потом забралась на кровать и оседлала его, потеревшись о твердый член.

— Я тоже тебя хочу, — прошептала я. — Очень… ты даже не представляешь…

Я начала медленно насаживаться — дюйм за дюймом, — пока он полностью в меня не вошел. Большой, мне даже потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к размеру. Потом я взяла руки Деклана и приложила ладони к моей груди.

— Видишь? — выдохнула я. — Не так уж и плохо, верно?

Он застонал, когда я начала двигаться.

— О, Боже… Джилл… ты такая… как хорошо…

Я улыбнулась, но мои губы немного дрожали. Я с трудом могла думать о чем-нибудь, кроме ощущений, вызываемых этим мужчиной… дампиром.

Мой похититель. Мой защитник. Мой враг. Мой друг. Он не был монстром, хоть и думал о себе так. Чудовище не смогло бы всколыхнуть во мне такие чувства. На самом деле до Деклана это не удавалось никому.

— Теперь понимаешь, что никогда не терял самоконтроль? — Я наклонилась, чтобы прошептать это ему на ухо. Мои твердые соски скользнули по его груди. — Ты просто хотел вот этого.

— Тебя, — поправил он. — Я хотел тебя.

Я нашла его губы и поцеловала, растворяясь в невероятном наслаждении, вызываемом скольжением наших тел друг о друга и его плоти внутри меня.

Потом он обнял меня и перекатился, оказавшись сверху. Так он смог войти еще глубже.

Черт, а он был способным учеником.

Я вцепилась в его плечи и закричала, когда меня накрыло волной удовольствия. Я оставила ногтями длинные царапины, надеясь, что они не превратятся в новые шрамы.

— Никогда не думал… — начал он, но не смог закончить мысль. В следующий миг он ругнулся, потом простонал мое имя и стал двигаться быстрее, жестче. Я крепко к нему прижималась, пока не почувствовала, что он задрожал в оргазме.

Деклан застыл, и я даже решила, что он потерял сознание, но потом он опять нашел мои губы и крепко поцеловал, лишив меня способности дышать и снова пробудив желание.

— Что ты собирался сказать? — спросила я, поглаживая его лицо. Пальцы невесомыми прикосновениями очертили края черной повязки.

— Что? — выдохнул он в мои губы.

— Ты сказал: «Никогда не думал…», но не договорил.

— Никогда не думал, что для меня это будет так. — Деклан нахмурился. — Я не сделал тебе больно?

— Нет, — улыбнулась я в ответ. — А я тебе.

Его губы слегка дернулись.

— Не очень.

Послышался звонок его мобильника, и в тот же миг открытое выражение лица Деклана испарилось.

— Это, должно быть, Карсон. Интересуется, где меня черти носят.

— Расскажешь ему, что оприходовал очень даже согласную на это узницу?

Ответом был угрюмый взгляд, немало меня позабавивший. Деклан нагнулся, поднял телефон и приложил его к уху.

— Да?

Я провела рукой по широкой спине. Как я могла даже подумать, что он уродлив? Теперь в Деклане Рейсе для меня не было ничего мало-мальски отталкивающего.

Ух ты. Я только что лишила девственности двадцативосьмилетнего убийцу вампиров. Не каждый день можно похвастаться подобным.

Его спина словно окаменела, Деклан сел ровно.

— Да, сэр. Скоро придем.

Он завершил разговор.

— Что такое? — поинтересовалась я.

Он посмотрел на меня через плечо.

— Карсон хочет с нами поговорить. С обоими. Прямо сейчас.

— О чем?

— Не сказал. Хотя, кажется, о чем-то серьезном.

— Ты сообщишь ему, что прекратил принимать препарат?

— Я до сих пор не совсем уверен, что должен был это делать.

— Деклан…

— На всякий случай буду иметь его при себе.

Он поднял джинсы и принялся их натягивать.

— Хорошо. — До тех пор пока он не колется, пусть таскает с собой ампулы как оберег или плюшевого мишку. Я провела руками по широким плечам, потом по его обнаженной груди. — Уверен, что идти надо прямо сейчас? Это не может немного подождать?

Его губы дернулись в улыбке.

— Наверное, не стоит заставлять его ждать.

— Поцелуй меня еще раз, и я пойду с тобой и даже слова против не скажу.

Он повернулся и неуверенно посмотрел мне в глаза, словно ожидал, что сейчас я сниму маску, оттолкну его и назову монстром. Увидел же только обнаженную женщину, озвучившую свои желания. Он притянул меня к себе и прижался губами.