За красной линией - Людмила Семенова

но вдруг страшно побледнела, ее глаза стали мутными и она медленно начала оседать на пол.

- Ох, только не это, - прошептал муж и бросился к ней. Но все попытки растормошить ее были бесполезны, нашатыря в доме не было, а брызги холодной воды, которая имелась в избытке, не оказали никакого действия.

«Лучше бы ты злилась, паниковала, путалась под ногами, чем так, - подумал он с отчаянием, - Господи, что теперь делать?!»

- Мама! - воскликнул Кирилл, и Максим понял, что ребенок вот-вот разрыдается. Времени было в обрез, и он решительно взял сына за плечи.

- Все будет в порядке, Кирилл, - строго сказал отец, - Сейчас мы с тобой должны будем выбраться наружу, встать на этот шкафчик, пока его не залило, и уцепиться за трубу. Я буду тебя поддерживать, мы взберемся наверх, а потом я спущусь за мамой. И ты должен будешь нас ждать. Все понял?

Мальчик кивнул, хотя Максим видел, что это продиктовано лишь страхом и послушанием, а не уверенностью в словах отца. Но сейчас было не до утешений, и он быстро закутал мальчика в теплую куртку, побросал в рюкзачок документы и фонарь и помог Кириллу перелезть на шкафчик. С трудом удержавшись на скользкой поверхности, он подсадил его на крепление водостока — тут очень помогла физкультура, к которой он приучал сына уже давно, - и полез вслед за ним. К счастью, до крыши было совсем недалеко, и вскоре Максим смог усадить ребенка у слухового окошка.

- А как же мама и Родриго? - тут же спросил Кирилл.

- Я сейчас вернусь за ними, - заверил его отец, хотя на самом деле сомневался, что сможет спуститься без проблем и тем более перетащить жену в ее состоянии. Но показывать это было нельзя. И как раз в этот момент откуда-то донесся шум, непохожий на ставший привычным водяной гул и исходивший откуда-то сверху. В беспросветном небе блеснули огоньки.

- Неужели!.. - воскликнул Максим и тут же его голос сел от усталости и перенапряжения. Но ему хватило сил выхватить фонарь и быстро направить свет в сторону странных огоньков.

Это оказался вертолет, который отправили для поиска и эвакуации пострадавших. Спасатели предвидели, что люди будут искать подмоги на крышах, и заметив сигнал, они срочно спустили трос. До Максима донесся чей-то голос:

- Быстро поднимайтесь, только сначала подсадите ребенка.

Он хотел объяснить, что сначала нужно вытащить оставшуюся в домике жену, поглядел вниз и с ужасом увидел, что ураган уже относил потоки воды в открытое окно и веранда стремительно наполнялась водой. Сознание стало уплывать вслед за этими потоками…

Впоследствии Максим совсем не мог вспомнить обстоятельств их с Кириллом спасения — куда их повезли, как встретили, какие задавали вопросы, как он встретился с матерью. Он узнал, что местоположение их домика спасателям сообщил тот самый друг, с которым они недавно разговаривали по телефону, но поначалу никак не отреагировал. Сил просто не было ни на что, кроме того, чтобы успокоить ребенка, который, впрочем, пребывал в глубоком шоке и еще не до конца осмыслил происшедшее. Поэтому, как ни странно, его было немного легче отвлечь.

Аню вскоре нашли в затопленном доме, а вот Родриго исчез без следа. Спасатели и психологи пытались объяснить Максиму, что его вины в случившемся нет, что промедление погубило бы всех троих, и он кивал, но по большому счету никого не впускал в свои мысли.

Родители Ани, живущие в другом городе, тоже сказали зятю, что не держат на него никакого зла и всегда будут рады помочь с ребенком, если потребуется. Но в основном сына и внука, конечно, поддерживала мать Максима, пока он участвовал в работах по восстановлению города. Они велись довольно долго, и он отдавал этому все силы, чтобы хоть немного отвлечься от пережитого кошмара и неизлечимой душевной боли.

Потом кое-как, волей-неволей, приходилось восстанавливать и собственную жизнь. Ему оставалось одно: верить, что Аня в последние минуты сохранила в памяти их последний момент счастья, их общее тепло и нежное умиротворение близости.