Челси Ярбро - Костры Тосканы

Марио Спинатти покачал головой.

— Мы не уйдем. Мы хорошо подготовились к встрече с вами.

Он ухмыльнулся и щелкнул пальцами. Серые зашевелились, доставая из складок одежды дубинки и плети, в руках у двоих звякнули цепи.

Ракоци не шелохнулся.

— Вижу, уговоры не помогают. Руджиеро, пошли кого-нибудь в город, а сам будь начеку.

Почтенная публика начинала тревожиться. Смекнув, что происходящее вовсе не шутка, гости зашевелились, пытаясь пробиться к выходу, но серое воинство преграждало им путь.

— Друзья мои, к сожалению, праздник заканчивается. Мы прощаемся раньше времени, но это не наша вина, — спокойно сказал Ракоци, не спуская глаз со Спинатти. — На этом этаже есть еще два зала, сообщающиеся с выходами на улицу. Проходите туда. — Он старался говорить безмятежно. Последствия паники, буде она начнется, страшно даже себе представить. — Лоренцо, ступайте следом за Руджиеро. Он вас проводит в мою комнату. Будьте добры, обождите меня там.

Убедившись, что публика несколько успокоилась и начала движение в указанных направлениях, Ракоци обратился к Спинатти:

— Вы — наглец и безбожник, прячущийся в тени святого креста.

Голова предводителя серых сутан дернулась, ибо ему без лишних слов отвесили оплеуху. Серые обомлели, Спинатти попятился. Подобного развития ситуации он явно не ожидал. Никто не смел с ним так обращаться. А этот чужеземец посмел. И, судя по всему, нисколько его не боялся.

— Это… это богохульство! — взревел Спинатти.

— Ошибаетесь, — возразил Ракоци. — Оплеуха назначалась лишь вам!

Спинатти бросился на насмешника, намереваясь сбить его с ног, и просчитался.

Ракоци отступил в сторону и, увернувшись от удара, толкнул нападающего в плечо. Толчок был столь сильным, что ноги Спинатти разъехались, и он грохнулся на пол, перевернув уставленный яствами стол.

— Во имя Господа! — возопили, опомнившись, серые и ринулись в зал, но их там уже ожидали. Воодушевленные мужеством Ракоци, многие флорентийцы успели подсучить рукава. Завязалась драка, с топотом, хриплой бранью и стонами. Серые напирали, орудуя хлыстами с дубинками, безоружные гости отступали, но храбро сопротивлялись, сдерживая напор.

— Эй, Франческо!

Ракоци обернулся. В огромных руках Боттичелли трепыхался серый воитель.

— Что мне с ним делать?

— Вышвырнуть вон! — ответил Ракоци и отскочил в сторону — на него набегал размахивающий цепью детина. Цепь порвала мантию и запуталась в ней. Ракоци намотал ее на руку и рванул на себя, сожалея, что бархат безнадежно испорчен. Детина, не ожидавший такой дерзости, клюнул носом, влетел головой в стену и, свалившись на пол, затих. Рубаху, кажется, тоже придется выбросить, подумал Ракоци, а в остальном все вроде бы обошлось. Он оглядел зал.

Почти все гости уже успели уйти, и натиску серых теперь противостояли только актеры, проявляя чудеса ловкости и проворства; правда, доставалось и им. Подступы к другому крылу дворца охранял длинный и тощий как скелет Амадео, нашедший новое применение своему тяжелому черпаку. Он немилосердно лупил им по головам наступающих, каждый удар отзывался глухим стуком. Серые недовольно ворчали и скалились, словно свора голодных собак.

— Сан-Джермано, поберегись!

Голос Лоренцо прилетел откуда-то сверху. Ракоци отшатнулся, и вовремя. Железные шарики, вплетенные в кончик боевого хлыста, могли изуродовать ему щеку. Он прыгнул к Спинатти, нанесшему этот коварный удар, но чьи-то руки обхватили его сзади. Спинатти расхохотался, предвкушая расправу.

Серые брали верх. Сандро атаковали трое. Он упал на колено, его светло-рыжие волосы были в крови.

— О, мамма миа! — взревел Амадео, зажатый в угол. У него уже отобрали черпак.

Теснота не давала размахнуться хлыстом, и Спинатти бил рукоятью. Три удара достигли цели, четвертый пришелся мимо, Ракоци, охваченный бешенством, решил драться всерьез. Он размахнулся ногой и лягнул врага, стоящего сзади. Хрустнула кость. Ракоци ударил еще и еще раз, не обращая внимания на ужасающий вопль. Когда кричащий упал, Ракоци обратился к предводителю негодяев. Он высоко подпрыгнул, и два подкованных каблука врезались в грудь Спинатти. Тот зашатался и опрокинулся, но тем для него дело не кончилось. Новый удар перебил ключицу лежащего, а Ракоци кинулся на выручку к Боттичелли. Он сшиб с ног двоих нападающих и повернулся к третьему.

— Сандро! Уходи!

Серый молодчик — он был совсем юным — взвизгнул от страха и вскинул дубинку. Ракоци ухватил его за запястье и резким движением вывихнул фанатику руку. Затем он проделал то же самое с теми, кто попытался встать.

Этим уже достаточно. Что с Амадео? Ракоци выпрямился, озираясь, но оценить ситуацию не успел. В зал через заднюю дверь въехал вооруженный всадник и ударил в пол древком копья.

— Тихо! — взревел он. Рев и стук были внушительными.

Драка затихла, в помещении воцарилась мертвая тишина.

Люди расходились — свои к своим — в разные стороны, неохотно, словно любовники, застигнутые слишком скоро пришедшим рассветом. Всюду валялись столы, стулья, осколки битой посуды, окропленные кровью и политые вином.

— Кто тут хозяин? — надменно спросил всадник, направляя коня в центр зала. Ракоци — в изодранной мантии и с разбитым лицом — вышел вперед.

— Я, — ответил он, ощупывая языком десны.

— Что здесь произошло?

Со двора доносился лязг. В дверном проеме теснились латники. Отряд наемников был рад возможности поразвлечься, а заодно доказать, что флорентийские стражники даром свой хлеб не едят.

— Мы праздновали Двенадцатую ночь, — ответил устало Ракоци. — Эти… эти наглецы, нарушая законы Флоренции, ворвались в мой дворец и принялись избивать всех подряд.

Он умолк, ибо не знал, что тут еще можно добавить. Все и так выглядело более чем очевидно.

Но стражник смотрел недоверчиво.

— Это Божьи люди, синьор.

— Скорее, псы! — Ракоци усмехнулся оплывающими губами. — Посмотрите вокруг. По-вашему, мы сами устроили этот разгром?

Командир наемников покосился на французских актеров, хлопочущих вокруг пострадавших товарищей.

— Откуда мне знать? Возможно, все это — лишь декорация представления.

Стражник приосанился и хотел сказать что-то еще, однако его прервали:

— Капитан Эмери, вам говорят чистую правду! Извольте заняться делом!

Ракоци поднял глаза и увидел Лоренцо.

— Видите, мой чужеземец, хорошо, что я не ушел! — Лоренцо, изобразил на лице что-то вроде улыбки и вновь заговорил с капитаном. — Или вам мало моих слов, и вы нуждаетесь в дополнительных подтверждениях?