Ричел Мид - Падший ангел

Глаза Романа заискрились от смеха. Он кивнул в сторону дорожки.

— Начни с шара.

Я неуверенно шагнула вперед, пытаясь вспомнить нужное движение. Обвела взглядом кегельбан и посмотрела, как это делают другие игроки. Потом пожала плечами, встала на линию и бросила шар. Он пролетел по воздуху метра полтора, громко стукнулся о дорожку и скатился в желоб. Роман стоял со мной рядом, и мы молча следили за тем, как шар заканчивал свое путешествие.

— Ты всегда так грубо обращаешься с шарами? — наконец, спросил он.

— Большинство мужчин не жалуется.[36]

— Могу себе представить. Когда бросишь шар в следующий раз, постарайся сделать это параллельно полу.

Я недовольно покосилась на него.

— Ты случайно не из тех парней, которые любят показывать женщинам, что те ни на что не годятся?

— Ни в коем случае. Просто даю тебе дружеский совет.

Мой шар вернулся, и я последовала указаниям Романа. На этот раз удар был не таким громким, но результат оказался тем же.

— Ладно. Посмотрим, как получится у тебя, — с досадой проворчала я и села на стул.

Роман шагнул к линии. Его движения были изящными и гибкими, как у кошки. Шар выскользнул из его руки словно вода из кувшина, беззвучно приземлился на дорожку и сбил девять кеглей. Когда шар вернулся, Роман, не глядя, бросил его еще раз и сбил десятую.

— Я вижу, вечер будет долгий.

— Не унывай. — Он взял меня за подбородок. — Ты справишься. Попробуй еще раз. Возьми немного левее. А я тем временем схожу за пивом.

Последовав совету, я взяла влево, но только угодила в левый желоб. Во время второй попытки я слегка успокоилась, сумела сбить крайнюю левую кеглю и завопила от радости.

— Отлично, — весело, сказал Роман, ставя на стол две кружки дешевого пива. Я не пила такой дряни лет десять. — Именно так младенец учится ходить.

Он оказался прав. Количество заработанных мной очков медленно возрастало, несмотря на сложившуюся с первого раза плохую привычку оставлять зазоры между кеглями. С этим я справиться не могла, хотя Роман давал мне дельные советы.

— Руку надо держать так, а все остальное — так, — объяснял он, положив одну ладонь мне на бедро, а другую — на запястье. От этих прикосновений меня бросало в дрожь. Чем они диктовались? Альтруизмом или желанием прикоснуться ко мне? Я сама постоянно пользовалась этим приемом, когда выполняла обязанности суккуба. Он сводил мужчин с ума, и теперь я понимала, почему.

Да я все понимала, но не просила перестать.

Наилучшего результата я достигла во второй игре, сумев сделать один страйк, сбив все кегли одним шаром. Во время третьей игры дали себя знать пиво и усталость. Почувствовав это, Роман заявил, что для первого раза достаточно, и сказал, что я делаю большие успехи.

— Ну что, для завершения картины отправимся перекусить в какой-нибудь подвальчик?

Пока мы шли к машине, Роман обнимал меня за талию.

— Все зависит от того, насколько на тебя подействовали мои чары.

— Если я соглашусь, ты сможешь отвезти меня в какое-нибудь приличное место? Знаешь, иногда шикарная обстановка делает свое дело.

К моему удовлетворению, мы поехали в фешенебельный японский ресторан. Еда и беседа доставляли мне одинаковое удовольствие. Интеллект и остроумие Романа снова произвели на меня сильное впечатление. На этот раз мы обсуждали новости культуры, выясняли, что нам нравится, что сводит с ума и так далее и тому подобное. Я узнала, что Роман много путешествовал и хорошо разбирается во внешней политике и международных отношениях.

— Америка слишком любит себя, — пожаловался он, потягивая сакэ. — Похожа на женщину, которая весь день сидит у большого зеркала и любуется собой. А когда удосуживается посмотреть на других, то говорит остальным «делай так» или «делай как я». Наша военная и экономическая политика консервативна. Она заключается в запугивании инакомыслящих как за границей, так и внутри страны. Я это терпеть не могу. — Он покачал головой. — Как рассуждает большинство законопослушных граждан? «Не нравится — вали отсюда!» К несчастью, порвать со своей страной труднее, чем с семьей. — Роман откинулся на спинку стула и заставил себя улыбнуться. — Я то и дело совершаю маленькие акты неповиновения. Воюю со статус-кво. Отказываюсь покупать товары, произведенные с использованием рабочей силы стран третьего мира.

— Не носишь меха? Ешь только органические продукты?

Он хмыкнул.

— И это тоже.

— Странно, — после недолгой паузы сказала я.

Наконец до меня что-то дошло.

— Что именно?

— Сегодня мы говорили только о текущих событиях. Не о душевных травмах, полученных в детстве, не об учебе в колледже, не о бывших возлюбленных…

— И что в этом странного?

— Да, в общем, ничего. Просто когда люди ищут себе пару, они обычно рассказывают друг другу свою биографию.

— Ты хочешь это сделать?

— Нисколько. — Я терпеть не могла этот неотъемлемый атрибут свиданий.

Приходилось редактировать свое прошлое. Лгать. И запоминать собственную ложь.

— Я думаю, прошлое только отягчает настоящее. Предпочитаю смотреть вперед, а не назад.

Я посмотрела на него с любопытством.

— Значит, прошлое у тебя было тяжелое?

— Именно так. Я сражаюсь с ним каждый день. Иногда побеждаю я, иногда оно.

О господи, как он был прав! Со мной творилось то же самое. Но говорить об этом с другим человеком оказалось непривычно. Я не могла понять, как люди ходят по земле с таким невидимым бременем и умудряются скрывать его от других. Мне это давалось с огромным трудом. В худшие моменты моей жизни я заставляла себя делать веселое лицо, улыбаться и кивать. А когда этого казалось недостаточно, убегала, заплатив за побег собственной душой…

Я слегка улыбнулась.

— Вот и хорошо. Я рада, что мы с тобой любим настоящее.

— И я рад. Честно говоря, настоящее мне по душе. И будущее тоже может сложиться неплохо, если мне удастся побороть твою решимость.

— Не надо об этом.

— Ай, брось. Тебе нравятся мои попытки вести себя вызывающе. Они кажутся тебе эротичными.

— Скорее забавными. Если ты любишь вызывать возмущение, то присоединись к моему коллеге Дагу. У вас много общего. Днем он уважаемый заместитель заведующего, а вечером — солист группы, выражающей свое недовольство обществом с помощью музыки.

В глазах Романа появился интерес.

— Они где-нибудь выступают?

— Да. В ближайшую субботу у них будет концерт на пивоварне «Олд гринлейк». Меня и кое-кого из сотрудников пригласили лично.

— Серьезно? Во сколько мы встретимся?