Анна Романова - Моя няня

присел на скамейку, но умудрился сделать это очень тихо.

Или я так углубилась в мысли, что ничего не услышала? – подумала Виолетта и осторожно

спросила:

– Вы о чём?

Вид мужчины показался знакомым. Его наряд был застиран до дыр, кое-где виднелись заплатки,

стоптанная обувь, чудом ещё державшаяся на его ногах. Кажется, она видела его в парке.

– Я говорю, – тембр голоса у него был удивительно мягким и приятным, – бывает и хуже. Каждый

раз, когда чего-то пугаешься, думаешь, что выхода нет, молотишь кулаками в закрытую дверь,

разбивая их до крови, а потом падаешь без сил.

Виолетта не осознавала, что зачарованно слушает его. Голоса вокруг смолкли, ветер внезапно

стих, даже собачонка, крутившая неподалёку, прекратила тоненько гавкать.

– А на самом деле всё просто. Достаточно лишь разжать стиснутый кулак, и ключ от двери

окажется там.

Голос мужчины звучал теперь внутри головы, с каждым словом становясь всё громче и громче.

Так, что скоро уши заложило, будто Виолетта стояла рядом с огромным колоколом.

– Просто в руке. Найди ключ.

Гул сорвался на визг, Виолетта почувствовала дурноту. Перед глазами вдруг возникло искажённое

лицо Богина, который кричал:

– Найди! Найди его!

Виолетта резко вскочила на ноги, уже готовая бежать куда глаза глядят, но едва не сбила с ног

подошедшую Каталинскую.

– Ой, мамочки! – вскрикнула от неожиданности подруга, потирая ушибленную скулу.

Виолетта сообразила, что поднимаясь, врезалась головой в неё. Стало стыдно, бросив короткий

взгляд в сторону, где ещё недавно сидел мужчина, поняла, что там никого нет.

– Сдурела совсем, – припечатала Каталинская, садясь рядом. – Или это ты так соскучилась, что

готова была зашибить меня при первой удобной возможности?

– Не пори чушь, – буркнула Виолетта, виновато отводя глаза. – Задумалась.

Кира чуть приподняла бровь, но благоразумно промолчала. Вместо этого вытянула из рюкзака

пакет и сунула Виолетте:

– Держи. Это тебе от Янки. Она подарок ещё перед днём рождения купила, но потом же ж поездка

все планы сбила, по дури своей книжки ухватила с собой. А как приехала и распаковала, поняла,

что сваляла дурака.

– Спасибо ей передай, – пробормотала Виолетта, разворачивая пакет. Внутри него оказались две

книжки: «Дзікае паляванне караля Стаха» Короткевича и «Тёмная сторона Москвы» некой Марии

Артемьевой.

– Ты ж собиралась учить белорусский, – невинно произнесла Кира, видя округлившиеся глаза

подруги. – Вот – вперёд! К тому же фильм видела, теперь почитаешь оригинальчик.

Виолетта покрутила вторую книгу, с обложки которой неоднозначно ухмылялся тёмный череп.

– А это?

– А это просто хорошая книжица, – кивнула Каталинская, – я пока в поезде ехала – прочла. Местами

очень жуткая. Иногородние не оценят, а когда каждый день ходишь среди всего этого, так может и

нехорошо сделаться. С чувством написано.

Виолетта пролистала книгу:

– И что тут самое жуткое?

– История про чёрный бриллиант и про метро.

Виолетта вздрогнула. От упоминания метро ей сделалось нехорошо, бросила в жар, несмотря на

стоявший на улице холод.

– Что? – переспросила она, голос мигом охрип.

Каталинская, кажется, не заметила её реакции. Подруга смотрела куда-то вперёд, на бодро

жестикулировавшую жгучую брюнетку в красном пальто. Та говорила по мобильному телефону,

сопровождая слова жестами, при этом совершенно позабыв, что собеседник её не видит.

– Про метро, – повторила Кира. – Один про пропавших детей, второй про студентку, которая

лишилась прошлого и ног.

Виолетта почувствовала дрожь и стиснула зубы. Брюнетка повернулась в их сторону, на белом

лице нехорошо сверкнули тёмные глаза. Взгляд цепкий, нехороший, буквально впившийся в

Виолетту.

– Знаешь, почти нет описаний никакой расчленёнки…

Взгляд прожигал насквозь, манил, звал. Дышать стало тяжело. Брюнетка неожиданно улыбнулась

Виолетте, но вместо белозубой улыбки появился гнилой оскал.

– Но при этом оторопь берёт от обыденности, с которой всё даётся, – продолжала Каталинская. -

Эй! – Она подёргала за рукав замершую Виолетту. – Ты чего это?!

Виолетта перевела взгляд на подругу, и повела плечами:

– Прости, засмотрелась.

– Лучше смотри на меня, а то у тебя такой вид, что ты заглядываешь в ад, – заметила Кира.

Виолетте захотелось засмеяться. Что ж, в чём-то она была права.

– Не обращай внимания, – только успела произнести она, как брюнетка в красном вдруг оказалась

рядом с ними.

– Извините, мы случайно нигде не встречались? – обратилась она к Виолетте. Ни следа от жуткого

взгляда не осталось. Но Виолетте показалось, что на самом деле незнакомка говорила:

– Маленькая, неужели ты меня не помнишь?

Так же, как и тогда в детстве, на большом светлом празднике. Стало холодно и страшно. Виолетта

быстро помотала головой.

– Нет, вряд ли.

Брюнетка, кажется, несколько разочаровалась, но снова извинилась и отошла. Каталинская тем

временем не теряя времени, расстегнула сумку Виолетты и положила туда книги, включая и

электронную.

– Ты не Виолетта, – ехидно произнесла она, – ты – Маша Растеряша. И хватит уже пялиться на

посторонних тёток, поехали перекусим, а я тебе расскажу про поездку.

– Остановка далеко, – не подумав, брякнула Виолетта.

Каталинская удивлённо на неё посмотрела:

– А нам-то чего? Ну, и её проблемы. До метро зато совсем ничего!

Виолетта едва удержалась, чтобы не сказать что-то грубое. Она готова была пешком пробежать

всю Москву, пусть на это уйдёт масса времени, но только не спускаться в чёртову подземку!

– Что ты на меня смотришь, будто я таракана предложила тебе съесть?

Виолетта рассмеялась:

– Уж лучше таракан. Ладно. Давай отыщем что-нибудь здесь? Всё же парк – это не так плохо.

Каталинская вздохнула:

– Хорошо, пошли. Но ты мне расскажешь, как у тебя обстоят дела с Богиным.

Они уже шагали по дорожке, вдыхая запах прелой листвы, но Виолетта не совсем понимала с чего

начать.

– Понимаешь, тут всё сложно. Он странный. И в то же время я понимаю: кроме него мне никто не

поможет. На лице Каталинской отобразилось нетерпение, так и говорившее – я и так всё это знаю.

– Игорь не дружит с головой, преследует меня. Залетел во время тренинга, попытался устроить

скандал, но Богин его выпроводил.

– Я бы пристрелила, – мрачно хмыкнула Кира.

Виолетта несколько затормозила с ответом и произнесла очень тихо:

– Ну… почти.

Каталинская споткнулась, чудом удержалась на ногах и уставилась на подругу: