Виталий Астапенков - Happy Гор Day (CИ)

– Три с половиной, – повторил он, подтянув рукав куртки и продемонстрировав большие, каких Света не видела, часы на кожаном ремешке. – Я засекал. Дальше. Шли мы с тобой около четырёх километров в час, то есть, должны пройти километров четырнадцать. Я не знаю, насколько велик кратер, не успел оценить, но сильно сомневаюсь, чтобы он тянулся так далеко. Плюс к этому: всё время ровная площадка под ногами. Какой вывод?

– Кружим на одном месте, – послушно доложила Света.

Аристарх кивнул.

– Возможно, хотя тогда меня лично надо гнать из спасателей и менять всю систему нашей подготовки.

– Можно подумать, у вас суперменов готовят, – съязвила Света. «Тоже мне, швецы, жнецы, на дудке игрецы», – добавила она про себя, и удивилась своей злости.

– А то! – гордо бросил Аристарх, но тут же посерьёзнел. – Ты не заметила, какую форму кольца образовали, прежде чем погасли?

– Какие кольца? – не поняла Света.

Парень вздохнул. Света улыбнулась про себя.

– А! – сказала она. – Те кольца. По-моему, это какие-то ленты были. Скрученные.

– Вот именно, – кивнул Аристарх, и замолчал.

Света немного подождала и спросила:

– Что – «именно»?

– По-моему, – осторожно начал Аристарх, – это была одна лента…

«Вот это глаз!» – восхитилась Света.

– …Мёбиуса? – закончил он как-то вопросительно.

– Мёбиуса? – переспросила Света.

Парень кивнул.

– Мёбиуса.

– Понятно.

– Что тебе понятно? – поинтересовался Аристарх.

– Что кольца замкнулись лентой Мёбиуса, а мы угодили на её поверхность и бродим тут, как муравьи, с плоскости на плоскость.

– Ты хоть знаешь, что такое лента Мёбиуса?

– А как же! – возмутилась Света. – Если взять ленту и приклеить края, перевернув один, получим ленту Мёбиуса. По ней можно провести пальцем, не пересекая край, с одной стороны на другую. Говорят, он её придумал, когда смотрел, как горничная шарф завязывает, вот!

– Молодец, – ошарашенно пробормотал сражённый Светиной эрудицией Аристарх. – Кстати, если разрезать ленту вдоль по линии, ну по центру, получим ленту вдвое больше закрученную, а если и её разрезать по вдоль, получим две намотанные ленты. Можно ещё получить узел трилистника, другие парадромные кольца, но я не об этом.

– Да? – вяло пробормотала Света, глаза вдруг начали слипаться. Она прилегла набок, облокотившись на руку. – А о чём?

– О том, что мы в трехмерном пространстве и просто не можем бесконечно накручивать петли по ленте Мёбиуса.

– Какой ты умный.

– Я такой, – согласился спасатель. – Но странно не только это.

– Странностей у нас хоть отбавляй. – Света зевнула и прилегла набок, подперев голову рукой.

– Во-первых, куда исчез пик? И почему при подлёте к седловине, ни один из нас, а нас было три человека плюс опытный пилот, не обратил внимания, как и когда пик сменился кратером. Больше того, мы ведь облетели кратер и не нашли никаких следов пика. Лагеря, кстати, тоже. Дальше – протонема…

– Не ругайся, – попросила Света, – некрасиво.

– Я не ругаюсь. Протонема – это светящийся мох в пещерах, слишком уж его здесь много, да и света от него чуть ли не как от светильников, хоть картины рисуй. – Он на миг задумался и добавил: – Схистостега перистая.

– Кто? – У Светы даже сон пропал. – Как ты меня назвал?

– Да это по-латыни название, – поспешил откреститься Аристарх.

Света выпрямилась и сурово поглядела на парня. Тот поёжился.

– Я тебе уже сказала, что ты умный, – заметила она, – так что можно и не подчёркивать лишний раз, кюумэиси1.(спасатель – яп.)

Аристарх невесело улыбнулся.

– Тогда уж – кюукюутаиин2.(член группы спасателей – яп.) Но ты права, не буду. Затем Ходилка твой…

– Не мой! – буркнула Света.

– Не твой, – согласился спасатель. – А почему Ходилка? Почему не…э-э…Чёрный альпинист?

– Это ещё кто? – поразилась Света.

– Ты разве не слышала? Страшилка есть такая горная. У одного альпиниста в горах пропала жена, и с тех пор он бродит по горам и ищет её. И когда натыкается ночью на чей-нибудь лагерь, обязательно заглянет в палатки и если там есть женщины, и если спят они ногами к входу, то вытащит каждую и рассмотрит.

– А если спят головами?

– Тогда просто посмотрит, не вытаскивая.

– Чушь! – отрезала Света.

– И я так думал, – кивнул Аристарх. – Но вот в свете последних событий…

– То есть, – сказала Света, не слушая спасателя, – Юльку вполне мог утащить этот самый альпинист? А он хоть красивый? Сколько ему лет?

Аристарх подавился.

– Света, этой страшилке лет двадцать.

– Значит, ему сейчас лет сорок-пятьдесят, – подсчитала Света. – Нормально для Юльки.

– Ты прикалываешься?

– Просто радуюсь за подругу, – мрачно сказала Света. – Кстати, вот ещё одна странность: чего это хэппибёздиться Юльку в горы понесло.

– А что в этом странного? – удивился спасатель. – Многие в горах Дни рожденья празднуют.

Света только вздохнула, поражаясь тупости некоторых блондинов.

– Впрочем, ладно. И уж совершенно необъяснимые процессы здесь, в сердце горы. И ты угодила прямиком в один такой. Как, кстати?

Света хотела пожать плечами, но для этого пришлось бы шевелиться, а ей вдруг стало лень, и уж совсем не хотелось вспоминать поход по туннелю.

Но Аристарх сверлил её взглядом, дожидаясь ответа, и Свете волей-неволей пришлось рассказывать. Когда она закончила, парень долгое время сидел молча, обдумывая услышанное. Света даже успела задремать.

– Любопытно, – сказал он, наконец. – Никогда не слышал ни о каком строительстве в здешних массивах.

Свете было всё равно, и она промолчала, понемногу совсем засыпая.

– Хотя это ни о чём не говорит, – продолжал спасатель. – В советское время секретность была не чета нынешней, и болтали поменьше.

– Да? – вяло заметила Света. – Что, на личном опыте испытал?

– Уж поверь. – Аристарх усмехнулся. – Получается, здесь была построена некая установка типа современного адронного коллайдера, и от её работы или аварии пошли местные чудеса.

– Это вряд ли, – не согласилась Света. – Судя по тру… телу… – Её передёрнуло при воспоминании о мертвеце. – …Оно…он лежит там много лет, а «чудеса», как ты выразился, начались только сейчас. И потом, разве не должны расследовать причины аварии? Труп ведь не убрали.

– Если произошёл оползень, могли просто не добраться до лаборатории. Вход наверняка завален.

– Но он же не единственный. И технику для стройки должны были как-то подвозить, оборудование – да мало ли! А сколько энергии нужно! Целый реактор, наверное. Неужели всё завалило?