Кендари Блэйк - Анна, одетая в кровь

— Подожди минутку, — говорит Кармел. — Ты не можешь мне указывать. Майк был своего рода другом мне.

— И это не означает, что ты должна помогать. Речь идет не о мести.

— А о чем тогда?

— О том, чтобы остановить ее.

— Ну, не такая уж это и большая работа. К тому же, не похоже было, что ты пытался ее остановить.

Кармел смотрит на меня. Ее взгляд точно пощечина. Ни хрена себе — я краснею.

— Это глупо, — выпаливаю я. — Она непобедима, ладно? Но у меня есть план.

— Да, — говорит Томас, защищая меня. — Он работает над этим. У меня уже есть булыжники из озера. Они лежат под луной и впитывают энергию. А куриные ножки — невыполнимый заказ.

Мне не легко сейчас по некоторым причинам говорить о заклинании, есть что-то, что я не могу сложить воедино. То, что я прозевал. Кто-то проходит через дверь без стука. Я едва это замечаю, продолжая в себе копаться и думать, будто я что-то упустил из виду. Через несколько секунд упорной умственной борьбы я поднимаю глаза вверх и вижу Уилла Розенберга.

Он выглядит так, будто бы не спал несколько дней. Он тяжело дышит, а подбородок опущен к груди. У меня возникает мысль, что он пьян. На джинсах видны засохшие масляные капли. Бедный ребенок выглядит ужасно. Он смотрит на мой лежащий нож на столе, поэтому я быстро хватаю его и убираю в задний карман брюк.

— Я знал, что с тобой что-то не так, — говорит он. От него несет шестидесятипроцентным пивом. — Так или иначе, это все случилось из-за тебя, да? С тех пор, как ты сюда переехал, все пошло под откос. И Майк чувствовал это. Вот почему он не хотел, чтобы ты терся возле Кармел.

— Майк ничего не знал, — спокойно говорю я. — С ним произошел несчастный случай.

— Убийство не несчастный случай, — бормочет Уилл. — Перестань врать мне. Чтобы ты ни делал, я хочу быть в деле.

Я вздыхаю. Ничего не получается. Морфан возвращается на кухню и игнорирует нас, вместо этого он смотрит на кофе, будто бы оно суперинтересное.

— Круг расширяется, — это все, что он говорит, и проблема в том, что я не могу придти в себя.

— Дерьмо, — говорю я. Я откидываюсь головой назад и смотрю на потолок.

— Что? — спрашивает Томас. — Что не так?

— Заклятье, — отвечаю я. — Круг. Мы должны попасть в дом, чтобы осуществить задуманное.

— Да? И? — говорит Томас. Кармел догоняет сразу, она опускает голову.

— Итак, сегодня утром Кармел вошла в дом, и Анна чуть ее не съела. Я единственный, кто может находиться там в безопасности, но я не достаточно могуществен, чтобы создать круг.

— Не мог бы ты подольше удерживать ее от нас, пока мы будем воплощать желаемое? Уже такое случалось: нас защищали.

— Нет, — говорит Кармел. — Нет никакого способа. Если бы ты видел ее этим утром, она отмахнулась от него, как от мухи.

— Спасибо, — рявкаю я.

— Это правда. Томас не поступит также. И, кроме того, должен ли он концентрироваться или как?

Уилл подбегает к Кармел и хватает ее за руку.

— О чем ты говоришь? Ты ходила в тот дом? Ты с ума сошла? Майк бы убил меня, если бы с тобой что-нибудь произошло.

А затем он вспоминает, что Майк мертв.

— Мы должны выяснить, как образовать круг и как прочесть заклинание, — я думаю вслух. — Она никогда не расскажет мне, что же случилось с ней на самом деле.

В конце концов, Морфан говорит:

— Все происходит по причине, Тесей Кассио. У тебя меньше чем неделя, все выяснить.

Меньше чем неделя. Меньше чем неделя. Нет выхода, кроме как стать мощным чародеем меньше чем за неделю, и я, конечно, не собираюсь становиться сильнее, чтобы контролировать Анну. Мне нужен запасной вариант. Мне нужно позвонить Гидеону.

Мы все находимся у подъездной аллеи после того, как разошлись. Сегодня воскресенье, ленивое, тихое воскресенье, слишком рано даже для прихожан. Кармел с Уиллом прогуливаются к своим машинам. Она сказала, что последует за ним, чтобы пообщаться еще некоторое время. В конце концов, она была ближе всего к нему и не могла представить, что с Чейзом было бы комфортнее. Думаю, она права. Прежде чем уйти, она отвела Томаса в сторону и что-то шептала на ушко несколько секунд. Когда я заметил, как Кармел и Уилл скрылись из виду, я поинтересовался, о чем она говорила.

Он пожимает плечами.

— Она просто хотела сказать, что рада, что я рассказал ей все о нас. И она надеется, что ты не будешь сердиться за мой язык, потому что она будет хранить наш секрет. Она просто желает помочь.

А затем он уходит все дальше и дальше, пытаясь обратить мое внимание на то, как она касалась его руки. Лучше бы я не спрашивал, потому что теперь он вовсе не закроется.

— Слушай, — говорю я. — Я рад, что Кармел обращает на тебя внимание. Если ты правильно разложишь карты, тебе повезет. Просто не лезь очень часто ей в голову. Она была довольно подавлена этим фактом.

— Я и Кармел Джонс, — глумится он, даже когда с надеждой во взгляде окидывает ее машину. — Возможно, это произойдет через миллион лет. В конечном итоге, ее утешит Уилл. Он умен и из ее круга общения. Он неплохой парень.

Томас поправляет очки. Он тоже неплохой парень и однажды это поймет. Но сейчас я говорю ему не выпендриваться.

Когда он поворачивается и идет обратно к машине, я кое-что замечаю. Возле дома оказывается круговая траектория, которая соединяется с окончанием подъездной аллеи. На ее стыке растет небольшое белое деревце — береза. А с нижней ветки свисает тонкий черный крест.

— Эй, — кричу я Томасу и показываю на крест. — Что это?

Он не тот, кто знает ответы. Морфан расхаживает по крыльцу в домашних тапочках и в голубых пижамных штанах, клетчатый халат плотно прилегает к его большому брюху. Наряд выглядит смешно по сравнению с мшисто-плетёной рок-н-ролльной бородой, но я не думаю сейчас об этом.

— Крест Папы Римского[33], - просто отвечает он.

— Ты практикуешь Вуду. — говорю я. — И я тоже.

Он фыркает в свою чашку кофе.

— Нет, не думаю. Nы не должен этим заниматься.

Я блефовал. Я не практиковал. А изучал. Cейчас замечательная возможность узнать кое-что.

— Почему не должен? — спрашиваю я.

— Сынок, Вуду это власть. Речь идет не только о власти внутри тебя, а и об ее каналах связи. Сила, которую ты украл, и сила, которую вы черпаете с вашего проклятого обеденного цыпленка. Ваша связанная плоть может находиться под напором десяти тысяч вольт.

Я инстинктивно тянусь к атаме, находящемуся в заднем кармане.

— Если бы ты владел Вуду и направлял его в правильное русло, глядя на тебя, я бы сказал, что ты как мотылек, летящий прямо в электромухобойку. Ты бы светился фонариками 24/7. — он щурится на меня. — Может быть, однажды я научу тебя всему.