Кендари Блэйк - Анна, одетая в кровь

— Я не охотник за привидениями.

— Тогда что мы здесь делаем?

— Я разговаривал с Анной.

— Разговаривал? Она убила Майка! Она могла и тебя убить!

— Не смогла бы.

Я поднимаю взгляд на дом и чувствую себя странно, находясь так близко к нему. Мне не нравится это чувство.

— О чем ты говорил с ней? — спрашивает Кармел.

— Ты всегда такая любопытная?

— Что, теперь это еще и личное? — кричит она.

— Может быть, — отвечаю я. Я хочу выбираться отсюда. Хочу оставить мамино авто здесь и с помощью Кармел разбудить Томаса. Я думаю, что как только его увижу, то вырву матрас прямо из-под него. Будет весело наблюдать, как он тихонько подскакивает на пружинах.

— Послушай, давай просто выбираться отсюда, хорошо? Следуй за мной, мы возьмем твою машину и поедим к Томасу. Я все тебе объясню, обещаю, — поспешно добавляю я, когда она смотрит на меня скептически.

— Ладно, — отвечает она.

— И, Кармел.

— Да?

— Никогда больше не называй меня Охотником за привидениями, хорошо? — она усмехается, и я улыбаюсь ей в ответ. — Итак, мы все прояснили.

Она проходит мимо меня к машине, но я хватаю ее за руку.

— Ты не упомянула, что кроме Томаса не должна ляпнуть кому-либо еще, не так ли? — она качает головой.

— Ни Натали, ни Кэтти?

— Я говорила Нат, что собираюсь встретиться с тобой, так что она меня прикроет, если родители будут спрашивать. Я сказала им, что буду у нее.

— Ты рассказала ей, для чего мы встречаемся? — спрашиваю я. Она смотрит на меня обиженно. Я полагаю, что Кармел Джонс встречается тайно ночью с парнями только для романтических целей. Я запускаю руку в волосы.

— Так что я теперь должен делать что-то в школе? Типа лизаться? — думаю, я слишком моргаю. Я ссутуливаюсь и чувствую, будто бы одна нога короче другой. Она смотрит на меня ошеломленно.

— Ты не так хорош в этом, да?

— Кармел, у меня было немного практики.

Она смеется. Черт, она действительно хорошенькая. Не удивительно, что Томас разболтал мои секреты. Вероятно, одни только ресницы сбили его наповал.

— Не волнуйся, — говорит она. — Я что-нибудь придумаю. Я всем расскажу, что ты превосходно целуешься.

— Не делай мне никаких одолжений. Слушай, просто следуй за мной, ладно?

Она кивает и садится в машину. Когда я сажусь в свою, то хочу уткнуться головой в руль и держать ее так до тех пор, пока звуковая сирена не умолкнет. Таким образом, сирена сможет заглушить мои выкрики. Почему эта работа такая тяжелая? Все дело в Анне? Или в чем-то другом? Почему я не могу держать ото всех в секрете свою работу? Раньше не было так тяжело. Раньше люди верили любому моему слову, потому что в глубине души не хотели знать правду. Люди, подобные Чейзу или Уиллу. Они проглотили сказку Томаса очень легко.

Но уже слишком поздно. Томас и Кармел в игре, и она намного опаснее, чем в предыдущие разы.

— Томас живет с родителями?

— Не думаю, — отвечает Кармел. — Его родители погибли в автокатастрофе. Пьяница переходил дорогу. Или, по крайней мере, так говорят в школе, — она пожимает плечами. — Думаю, он живет с дедом. С тем чумовым стариком.

— Хорошо.

Я колочу в дверь. Меня не волнует, если я разбужу Морфана. Но недовольный старый хрыч может все-таки заволноваться. После тринадцати громких стуков, дверь распахивается и появляется Томас, одетый в невзрачный зеленый халат.

— Кас? — шепчет он. Я не могу удержаться от улыбки. Трудно раздражаться на него, когда он похож на габаритного четырехлетнего ребенка, волосы торчат во все стороны, а очки надеты только наполовину. Когда он замечает Кармел, то быстро ощупывает свое лицо, не в слюнях ли оно, и приглаживает волосы. Безуспешно. — Что ты здесь делаешь?

— Кармел последовала за мной до самого дома Анны, — я говорю с усмешкой. — Не знаешь, зачем?

Он краснеет. Не знаю, то ли из-за вины, то ли из-за присутствия Кармел, смотрящей на его пижаму. В любом случае он отходит в сторону, чтобы впустить нас, и ведет через тускло освещенный дом на кухню. Здесь пахнет дымом из курительной трубки Морфана. Затем он неуклюже наклоняется, чтобы залить кофе. Он протягивает мне кружку, прежде чем я прошу его об этом и, ворча на нас, покидает кухню. А Томас тем временем остановился и теперь глазеет на Кармел.

— Она пыталась убить тебя, — ляпает он, широко распахнув глаза. — И ты не можешь перестать думать, как ее пальцы погружаются в твой живот.

Кармел моргает.

— Откуда ты знаешь?

— Тебе не следовало делать этого, — я предупреждаю Томаса. — Людям становится неудобно рядом с тобой. Знаешь ли, это вторжение в личную жизнь.

— Знаю, — отвечает он. — Я не часто использую свое умение, — добавляет он, обращаясь к Кармел. — Обычно это происходит тогда, когда люди очень громко думают или же продолжают думать об одном и том же много раз подряд. — Он улыбается. — В твоем случае подходят оба варианта.

— Ты умеешь читать мысли? — недоверчиво спрашивает она.

— Садись, Кармел, — говорю я.

— Я не чувствую дискомфорта, — говорит она. — Оказывается, я узнаю много чего интересного о Тандер-Бэй на протяжении каких-то нескольких дней. — она скрещивает руки на груди. — Ты можешь читать мысли, знаешь, что что-то есть в том доме, убивающее моих бывших парней, и ты…

— Убиваю призраков, — заканчиваю я за нее. — Вот этим, — я достаю атаме и ложу на стол. — Что еще Томас рассказал тебе?

— Только то, что твой отец занимался тем же, — проговорила она. — Думаю, это и погубило его.

Я бросаю взгляд на Томаса.

— Извини, — обреченно говорит он.

— Все нормально. Ты сделал плохо. Знаю, — я ухмыляюсь, а он в отчаянии смотрит на меня. Как будто Кармел не знает об этом. Должно быть, она ослепла.

Я вздыхаю.

— И что теперь? Могу я теперь попросить вас разойтись по домам и забыть об этом? Есть ли способ уберечь нас от формирования энергичной группы… — перед тем, как закончить, я наклоняюсь вперед и стону в ладони. Кармел догоняет первой и начинает улыбаться.

— Энергичной группы охотников за привидениями? — спрашивает она.

— Я буду Питером Вэнкманом[31], — говорит Томас.

— Никто не будет кем-либо еще, — ворчу я. — Мы не охотники за привидениями. У меня есть нож, я убиваю им призраков и не могу постоянно из-за вас спотыкаться. Кроме того, очевидно, это я был бы Питером Вэнкманом. — я резко смотрю на Томаса. — А ты будешь Игоном[32].

— Подожди минутку, — говорит Кармел. — Ты не можешь мне указывать. Майк был своего рода другом мне.

— И это не означает, что ты должна помогать. Речь идет не о мести.