Бентли Литтл - Почтальон

– В таком случае, почему бы вам не пойти вместе со мной в полицию? Вдвоем нам скорее поверят.

– Поверят? Поверят в то, что один человек в состоянии пересортировать и переадресовать всю почту, сочинить подложные письма всем жителям города, что он же несет ответственность за два самоубийства и Бог знает за что еще? Сомневаюсь, что я сам в это верю. Я подозреваю, что почтальон каким-то образом имеет ко всему этому отношение, но какое, понять не могу. Боюсь, тут начинается территория сумеречной зоны.

– Считаете, я должен рассказать полиции все, что знаю?

– А что вы знаете?

– Ну, что я думаю.

– Вряд ли это будет полезно, ведь у вас нет ни единого доказательства...

– А письма с ручья?

– Это верно. – Редактор откинулся в кресле. – Да. Думаю, вам следует обратиться в полицию. Я с вами не пойду, потому что моя репутация принадлежит не мне одному Она в равной степени имеет отношение к газете, и пренебрегать этим я не имею права. Вы знакомы с Майком Трентоном?

– Я учил его несколько лет назад.

– Он хороший парень и хороший полицейский. Поговорите с ним. У него ясная голова. Он умеет слушать. Но держитесь подальше от Кэтфилда.

– Майк Трентон. Можно рассказать ему о ваших письмах?

– Расскажите, – вздохнув, кивнул Стокли и потянулся за очередным печеньем. – Не надо бы мне в это ввязываться. Я должен рассказывать о событиях, а не участвовать в них, но, честно говоря, вы меня здорово напугали.

– Я уже целую неделю в таком состоянии, – нехотя усмехнулся Дуг.

– Да, пора с этим что-то делать, – согласился Стокли и положил в рот кусочек печенья.

Дуг сидел на низком разлапистом диване в приемной полицейского участка. За перегородкой клерки и офицеры отвечали на телефонные звонки, заполняли какие-то бумаги. Трое сотрудников в разное время учились у Дуга. В этом не было ничего необычного. В таком маленьком городке, как Виллис, он на каждом шагу натыкался на своих бывших учеников. Но от вида их повзрослевших лиц и сознания того, что они олицетворяют власть. Дуг чувствовал себя безнадежно старым.

Дверь одного из служебных помещений распахнулась, и на пороге появился широко улыбающийся Майк Трентон. Стрижка у него теперь была куда короче, чем в школе, но помимо этого он практически не изменился. Открытое, немножко наивное выражение лица. Даже в своей темно-синей форме он выглядел совсем юным.

– Давно не виделись, мистер Элбин!

– Зови меня Дуг.

– Дуг. – Парень встряхнул головой. – Очень странно обращаться к учителю по имени. – Усмехнувшись, он продолжил:

– Чем я могу вам помочь?

– Тут слишком шумно, – оглядел помещение Дуг. – Ты знаешь какое-нибудь местечко, где можно спокойно поговорить?

– Если вы насчет отключений, лучше обратитесь к лейтенанту Шипли. Он пытается проследить...

– Нет, я по другому делу, – перебил его Дуг. – Можно поговорить у тебя в кабинете или еще где-нибудь?

– У меня нет кабинета, но комната для допросов сейчас свободна. Я в дознавалке! – крикнул Майк одному из сотрудников. Тот согласно кивнул. Они прошли сквозь воротца охранника, пересекли холл и оказались в маленькой квадратной комнатушке, где едва хватало места для стола и двух стульев.

Оказавшись здесь. Дуг не мог придумать, с чего начать. Сама атмосфера полицейского участка, напоминающая, что тут все имеют дело с голыми фактами, действовала обескураживающе. Хронология, которую он выстроил, аргументы, которые тщательно подбирал, – расплывались. У него не было ни единого доказательства. Лишь странные происшествия и притянутые за уши связи. Уверенность, которую он ощущал во время беседы со Стокли, начисто испарилась. Дуг не надеялся, что полиция отнесется к его идеям так же, как журналист, но уже понял, что здесь его истории никто не будет внимать с должным пониманием. А к этому он оказался не готов. Вообще идти сюда было полнейшей глупостью.

Но пока что, глядя на Майка Трентона, он видел на лице юного офицера не цинизм и отсутствие интереса, а неподдельное желание выслушать.

Это, можно считать, больше чем достаточно.

Дуг начал с самого начала. Со странного самоубийства Ронды и своего впечатления от нового почтальона на похоронах. Сначала у него было желание говорить побыстрее, в краткой манере, как это обычно делают свидетели в кинофильмах, но он заставил себя не спешить, тщательно описывал все детали, все эмоциональные ощущения в надежде, что это придаст большее правдоподобие всей истории.

Майк остановил его примерно посередине.

– Прошу прощения, мистер Элбин. Ради Бога, не обижайтесь, но у нас тут совершенно сумасшедшая неделя выдалась. Виллис – городок небольшой. Всего двенадцать копов, мы работаем в две смены. Серия отравлений собак, самоубийство, которое до сих пор расследуется, не говоря уж о всяких драках в ковбойских барах. У нас сейчас крайне не хватает людей. Я понял, с почтой возникли серьезные проблемы, но вам лучше поговорить с самим Ховардом Кроуэллом.

– Ты можешь считать, что я сошел с ума, но...

– Я не считаю, что вы сошли с ума, мистер Элбин.

– Дуг.

– Дуг.

– Я не очень-то понимаю, что происходит, но мне кажется, что Джон Смит – если это его настоящее имя – каким-то образом управляет движением почтовой корреспонденции по своему усмотрению. Он отделяет письма от счетов, хорошие письма – от плохих. Он может перенаправить письмо от предполагаемого получателя к тому, о ком идет речь в этом письме. Позавчера мы получили письмо от Ховарда Кроуэлла, которое должно было попасть к Элен Ронде. Но на конверте стоял наш адрес. Подобное случалось и с другими людьми.

– Значит, вы хотите сказать, что мистер Смит каким-то образом вскрывает все эти конверты, читает письма и перенаправляет их другим лицам ради хохмы?

– Понятия не имею, что я хочу сказать.

– Допустим, так оно и есть. Но вы представляете, сколько времени уйдет у одного человека на всю эту деятельность, даже в таком маленьком городке, как наш?

– Я не уверен, что он когда-нибудь спит. Черт побери, я вообще не уверен, что он – человек.

– Вы меня не слушаете, мистер Элбин. Я уважаю вас и все прочее, я признаю, что с недавних пор с почтой происходят странные вещи, но это уж слишком.

– Ты не хочешь меня услышать, – сухо усмехнулся Дуг. – Я считаю, что смерть Берни Роджерса и Боба Ронды тоже с ним как-то связана.

– Вы шутите?

– Никаких шуток. Постарайся меня дослушать.

Дуг рассказал о своем открытии у ручья и совершенно диких по содержанию письмах, которые пришли к нему и к редактору газеты.

– Почему Бен не рассказал мне об этом? – нахмурился Майк.

– Он не хотел, чтобы и я рассказывал.