Джо Хилл - Страна Рождества

Ознакомительный фрагмент

— Пацанкой? — подсказала Вик. — Что, теперь это прозвище лучше мне подходит, да?

Мэгги медленно выдохнула, раздувая ноздри.

— Я не морочу тебе голову, Вик. От Призрака надо держаться подальше. Из тех людей, кто может делать то же, что мы с тобой, не все хороши. Я об этом Призраке знаю только одно: это старик со старым автомобилем. И этот автомобиль — его нож. Только вот он с помощью своего ножа режет глотки. Он приглашает в машину детей, чтобы прокатиться, и она с ними что-то делает. Он пользуется ими — как вампир, — чтобы оставаться в живых. Он увозит их в свой инскейп, дурное место, которое ему пригрезилось, и там оставляет. Они, когда выходят из машины, уже не дети. И даже не люди. Они становятся существами, которые могут жить только в холодном прос-с-странстве воображения Призрака.

— Откуда ты это знаешь?

— От фишек. Они начали рассказывать мне о Призраке пару лет назад, после того как он умыкнул ребенка из Лос-Анджелеса. Тогда он работал на западном побережье, но все изменилось, и он перенес свое внимание на восток. Видела с-с-сообщения о русской девочке, которая ис-с-с-счезла из Бостона? Всего несколько недель назад? Испарилась вместе со своей матерью?

Вик видела. В их захолустье это было ведущей новостью на протяжении нескольких дней. Мать Вик смотрела каждый репортаж с этакой зачарованностью, смешанной с ужасом; пропавшая девочка была того же возраста, что и Вик, темноволосой, костистой, с неловкой, но привлекательной улыбкой. Милый гадкий утенок. Как ты думаешь, она мертва? — спросила мать Вик у Криса МакКуина, и отец Вик ответил: «Если ей повезло».

— Грегорская — так ее звали, — сказала Вик.

— Точно. Водитель лимузина приехал к отелю, чтобы ее забрать, но кто-то оглушил его и схватил Марту Грегорскую и ее мать. Это был он. Призрак. Высосал все из маленькой Грегорской, а потом бросил ее ко всем остальным детям, которых использовал в каком-то своем фантастическом мире. Инскейп никуда и ни к никому на свете не захотело больше наведываться. Он вроде твоего моста, только размерами гораздо больше. Много больше.

— А как насчет матери? Из нее он тоже все высосал?

— По-моему, от взрослых он питаться не может. Только от детей. У него есть кто-то, кто работает с ним, как Ренфилд, — помогает похищать детей и сбагривает взрослых. Знаешь, кто такой Ренфилд?

— Приспешник Дракулы, что ли?

— Ну да, примерно. Я знаю, что Призрак очень старый и что у него была уже куча Ренфилдов. Он им врет, вешает всякую лапшу, может убедить их, что они герои, а не похитители. В конце концов он всегда приносит их в ж-ж-ж-жертву. Так они для него полезнее всего. Пока его не разоблачили, он может сваливать вину на кого-нибудь из сподручных тупиц. Он давно уже забирает детей и хорошо прячется в тени. Я собрала о Призраке все подробности, но пока не смогла узнать о нем что-то такое, что реально помогло бы мне его определить.

— Почему ты не можешь просто спросить у фишек, как его зовут?

Мэгги моргнула, а потом с печалью, смешанной с некоторым недоумением, сказала:

— Правила такие. В «Эрудите» настоящие имена не допускаются. Вот почему фишки сказали мне ждать Пацанку, а не Вик.

— Если бы я его нашла, узнала, как его зовут или как он выглядит, — сказала Вик, — тогда мы смогли бы его остановить?

Мэгги так сильно хлопнула ладонью по столешнице, что подпрыгнули чайные чашки. Глаза у нее были разъяренными… и напуганными.

— Ой, Вик! Ты что, совсем меня не слушаешь? Если ты его найдешь, то можешь умереть, и тогда это будет по моей вине! Думаешь, я хочу, чтобы это было на моей совести?

— Но как же все те дети, которых он заберет, если мы ничего не сделаем? Разве это не то же самое, что обречь их на… — но, увидев выражение лица Мэгги, Вик мало-помалу умолкла.

Черты лица Мэгги были искажены страданием и болью. Но она протянула руку, достала из коробки бумажный носовой платок и передала его Вик.

— Левый глаз у тебя… — сказала она, вручая ей увлажненную ткань. — Ты плачешь, Вик.

— Надо тебя вернуть, — сказала Мэгги. — Как можно быстрее.

Вик не стала спорить, когда Мэгги взяла ее за руку и повела из библиотеки, вниз по тропе, в тень дубов.

Из стеклянных колбочек, висевших на одном из деревьев, пил нектар колибри, крылья у которого жужжали, как маленькие моторчики. На восходящих воздушных потоках поднимались стрекозы, крылья которых под солнцем Среднего Запада сияли как золото.

«Роли» стоял, прислоненный к скамье, там, где они его и оставили. За ней шла однополосная асфальтированная дорога, огибавшая библиотеку с тыла, а затем травянистая кайма над рекой. И мост.

Вик потянулась за рулем, но не успела она его взять, как Мэгги стиснула ее запястье.

— Тебе не опасно туда въезжать? Уверена, что сможешь?

— До сих пор ничего плохого не случалось, — сказала Вик.

— Звучит не очень-то обнадеживающе. Так мы договорились насчет Призрака? Ты еще слишком маленькая, чтобы его разыскивать.

— Хорошо, — сказала Вик, выравнивая велосипед и перекидывая через него ногу. — Я слишком маленькая.

Но даже не успев договорить это, она подумала о своем «Роли». Когда она в первый раз увидела его в велосипедном магазине, продавец заявил, что он для нее слишком велик, но отец сказал, что купит его, когда она подрастет. Потом, в день ее рождения, наступивший три недели спустя, «Роли» стоял на подъездной дорожке, украшенный бантом, в точности как она себе это представляла; ей даже в голову не приходило хоть сколько-нибудь в этом усомниться.

Ну вот, сказал тогда отец. Ты же теперь постарше, верно?

— Как я узнаю, что тебе удалось переехать мост? — спросила Мэгги.

— Мне это всегда удается, — ответила Вик. Солнечный свет стал стальной булавкой, всаживаемой Вик в левый глаз. Мир размывался. Мэгги Ли на мгновение разделилась на двойняшек; соединившись снова, она протягивала Вик лист бумаги, сложенный вчетверо.

— Вот, — сказала Мэгги. — Здесь объясняется все, что я не успела рассказать тебе об инскейпах и о том, почему ты можешь делать то, что можешь. Специалист писал.

Вик кивнула и убрала листок в карман.

— Ой! — воскликнула Мэгги. Она коснулась мочки одного уха, потом другого, а затем сунула что-то в руку Вик.

— Что это такое? — спросила Вик, глядя на серьги из фишек «Эрудита» у себя на ладони.

— Броня, — сказала Мэгги. — А также краткое руководство з-з-з-заики по обращению с миром. Когда в следующий раз тебя кто-то разочарует, сразу надень их. Почувствуешь себя увереннее. Мэгги Ли гарантирует.