Эллен Шрайбер - Поцелуй вампира: Вампирвилль

Ничего себе! Я, можно сказать, всю жизнь провела на этом кладбище сама с собой. Теперь в мое убежище собралась завалиться вся наша школа, а меня даже не подумали пригласить!

— Все суешь нос не в свое дело, да, чудище? — услышала я позади голос Тревора.

— Это что такое? — спросила я, сунув бумажку ему под нос.

— Джаггер устраивает вечеринку. Я приду, одевшись Мрачным жнецом. А ты счастливая. Будь у тебя приглашение, могла бы явиться такая, как есть.

— А что это там насчет церемонии?

— На этой церемонии мы с Луной будем королем и королевой. Будет что-то вроде средневекового обручения в маскарадных костюмах. Это такой эротичный румынский ритуал. Ручаюсь, ты сроду о нем не слышала. Главная фишка будет в том, что Луна поцелует меня на глазах у всей школы. Праздничек будет что надо, все оттянутся. Но поскольку тебя в списке приглашенных нет, прочтешь потом обо всем в школьной газете.

Он выхватил билетик из моей руки. Передо мной появились пижон-футболист и девчонка из группы поддержки. Тревор тут же навел на них свой сотовый телефон, и меня на миг ослепила вспышка. Когда глаза приспособились, Митчелл и компания уже смешались с толпой учеников.

Я осталась стоять посреди коридора, окруженная звуками закрывающихся шкафчиков и дверей классов.

Это был план Джаггера, целиком и полностью. Единственный способ, каким он мог заманить на освященную землю кладбища столь консервативную личность, как Тревор, состоял в том, чтобы пообещать грандиозную вечеринку с нескончаемыми поцелуями. Этот вечно выпендривающийся пижон никак не мог упустить возможность покрасоваться перед всей школой с новой милашкой, этакой цыпочкой. Только вот дурачку и невдомек, что этот случай покрасоваться будет для него последним.

— Рэйвен! — окликнула меня Беки.

Она и Мэтт выбрались из толпы учеников и догнали меня.

— Ты слышала о кладбищенском празднике? — затрещала Беки. — Тебе куда больше подошло бы раздавать на него приглашения, чем Тревору.

— Знаю. Меня даже не пригласили. Не то чтобы я привыкла быть повсюду первой в списке, но ведь это же вечеринка на кладбище! Вечеринка моей мечты!

— Представляю, каково тебе это.

Я понимала, что нас троих уж точно туда не позовут, и тут вдруг увидела, что учебник алгебры, который был у Мэтта, заложен красным пригласительным билетом.

— Ты в списке приглашенных? — Я пришла в ужас.

— Приглашена вся футбольная команда, — сообщил он.

— Но ты ведь, надо думать, не идешь? — спросила я.

— Придется, — признался Мэтт. — Иначе в раздевалке решат, что я струсил.

— А ты? — спросила я лучшую подругу.

— Не идти же Мэтту одному, — пролепетала она.

Я почувствовала себя преданной. Туда идет вся наша школа, все, кроме меня! Даже Беки! Впрочем, именно Беки волновала меня больше всего. Я не хотела, чтобы моя лучшая подруга оказалась на освященной земле одновременно с вампирами.

— Но, Беки, ты не можешь пойти, — заявила я тоном строгой, озабоченной мамочки. — Ты же боишься кладбищ.

— Я буду рядом и защищу ее от любых призраков, — заявил Мэтт, обнимая мою сияющую подружку.

Я попыталась зайти с другой стороны, вспомнив кладбищенского сторожа с его псиной, и предостерегла Беки:

— Там ведь будет старый Джим с Люком, своим датским догом.

— Он нам не помешает, — заверил Мэтт. — Тревор точно выяснил, что каждый субботний вечер старина Джим просиживает за стойкой бара в таверне Лефти.

— Обещай мне, что ты придешь! — взмолилась Беки. — Я буду чувствовать себя лучше, зная, что ты рядом.

— А ты что, всерьез решила, что я могу туда не пойти? Упустить случай обломать им вечеринку? — спросила я, открывая дверь класса.

— Вот уж нет. Такое мне и в кошмарном сне не приснится!

15

Вне себя от нетерпения, я ждала у парадной двери особняка. Солнце клонилось за горизонт, окрашивая небосвод разводами цвета лаванды, фуксии и розы, и мне хотелось разделить восторг от этого зрелища с Александром.

Скоро я услышала, как отодвигаются запоры особняка, и увидела, как поворачивается железная дверная ручка. Мне открыл Александр в сногсшибательной рубашке, черной в тонкую серую полоску.

— Круто смотришься, — похвалила я его прямо с порога. — А у меня новости.

— У меня тоже, — мигом откликнулся он, поцеловал меня в щеку и закрыл за мной дверь.

Даже у входа чувствовался восхитительный запах жарившегося мяса.

— Мои важнее! — возбужденно заявила я.

Джеймсон появился из кухни с подносом красного картофеля, сдобренного пряностями, и водрузил его на стол, накрытый на четыре прибора.

— Хэлло, мисс Рэйвен! — Дворецкий сиял. — Позвольте взять ваше пальто.

Я в смущении расстегнула молнию и позволила ему снять с меня черную куртку с капюшоном.

— Все готово, — сказал чудик, вешая мой балахон во встроенный шкаф в коридоре. — Осталось только дождаться почетного гостя.

— Что тут происходит? — начала я. — Нам надо поговорить.

— Джеймсон пригласил на ужин Руби.

— Руби будет ужинать с нами?

Александр кивнул.

— Какой приятный сюрприз, — заявила я, изобразив улыбку.

В нормальной ситуации я пришла бы в экстаз от перспективы званого обеда в особняке, в обществе Александра, прикольного дворецкого и неповторимой Руби. Беда была в том, что у нас совершенно не было времени на приятные беседы и развлечения. Мы должны были подумать о том, как сорвать замыслы Джаггера и Луны.

— Я хочу, чтобы все прошло наилучшим образом, — заявил Джеймсон, расправляя черную кружевную скатерть. — Вот и подумал, что если за обедом будет присутствовать мисс Рэйвен, то мисс Руби сможет чувствовать себя в особняке более непринужденно.

— Не хотела бы проявить невежливость, но... — зашептала я Александру, когда Джеймсон направился обратно в кухню.

— Знаю, я и сам был удивлен, — прервал он меня. — Еле успел приготовить для тебя вот это.

Александр взял оловянную вазу с тремя черными розами и вручил мне этот подарок. Глядя в его заботливые полуночные глаза, я растаяла, на миг забыла обо всех вампирах, кроме одного-единственного.

— Нам нужно поговорить, — пролепетала я, спохватившись. — Джаггер...

Тут в дверь особняка постучали. Джеймсон появился из кухни с белой орхидеей в руках и поспешил к двери.

— Я открою, а вы устраивайтесь.

Я никак не могла устроиться. Сердце мое колотилось, голова кружилась, желудок трепыхался.

Джеймсон открыл переднюю дверь и впустил Руби, одетую в белые плиссированные брюки, сшитый на заказ блейзер из некрашеного хлопка, белоснежный топ и кремовые кроссовки. В руках она держала красивую сумку и бутылку белого вина.