Пучина скорби - Альбина Равилевна Нурисламова

головой, повторяла «да уж, бывает же такое», всем видом давая понять, что говорить ей некогда, клиенты ждут (хотя в салоне было пусто).

Продавцы в магазине, куда Вадим зашел пополнить запасы, пожилой фармацевт (Вадим рассудил, что Денис Сергеевич должен быть частым клиентом аптеки) — все были единодушны: уехал и уехал, а что молчком, так ничего особенного, человек одинокий, кому он обязан докладывать?

Заговор молчания, думалось Вадиму, когда он разувался, вернувшись в свою комнатенку. Сколько можно носиться по городу, как укушенный, людей смешить! Нужен план. Только вот какой? Детектив из него никудышный.

Вадим пересек комнату, задернул шторы. Темнота раздражала и тревожила. Конечно, в это время года почти везде так: дни короткие, ночи длинные; светает поздно, темнеет рано. Но в Верхних Вязах световой день казался излишне урезанным (даже для этой климатической зоны). Город был постоянно погружен во мрак, выныривая из него лишь на несколько часов. Люди жили, как кроты: не успевали поднять лицо к солнцу, как оно уже скрывалось за горизонтом, будто спешило покинуть богом забытое место.

В дверь постучали.

Вадим отошел от окна и прислушался.

— Откройте, я знаю, что вы там!

Голос женский, молодой и незнакомый.

Кто еще такая?

Распахнув дверь, Вадим увидел перед собой девушку. Маленький рост, пуховик кирпичного оттенка, черные джинсы и шапка, рюкзак…

— Вы? Как вы меня нашли?

Это была та самая девушка, которая едва не угодила под колеса машины Вадима на въезде в Верхние Вязы. Тогда она сердито отвергла попытки помочь и умчалась прочь. Что ей понадобилось теперь?

— Не волнуйтесь, я не из-за… Короче, тот случай на дороге ни при чем! — Снова странный вызов в голосе. Девушка была взвинчена, это бросалось в глаза.

— Вполне, — спокойно ответил Вадим. — А что тогда «при чем»?

— Войти можно?

Вадим пропустил гостью. Она потопталась, потом сняла с плеча рюкзак и опустила на пол. Достала из кармана ключ и продемонстрировала Вадиму.

— Я теперь соседка ваша. Тоже тут живу. На втором этаже.

— Отлично, — проговорил Вадим, все еще ничего не понимая.

Девушка была не из терпеливых: его недогадливость выводила ее из себя.

— Вы тоже приехали неспроста, так ведь? А я… Короче, мы можем друг другу помочь!

— Знаете, я слышал, что, когда человек говорит «короче», это означает, что на самом деле он готовится к долгому разговору. Или, по меньшей мере, ему есть что сказать. Вы хотите сообщить мне что-то?

Она посмотрела на него как-то иначе, по-новому.

— Пожалуй, хочу. Меня Олесей зовут.

— Вадим.

— Думаете, я не знаю? — фыркнула девушка.

— Я уже не знаю, что и думать, — в тон отозвался он. — Так вы зайдете или будете в дверях стоять?

Она слегка улыбнулась — впервые за все время. Улыбка у нее оказалась милая, на щеках обозначились ямочки. Вадиму внезапно захотелось рассмешить ее, чтобы она улыбнулась по-настоящему, от души.

— Схожу к себе, вещи оставлю. Потом сюда спущусь. Может, поужинаем вместе? У меня пирожки есть.

— Из кулинарии Ларисы?

Олеся снова улыбнулась и кивнула.

— У меня тоже найдется что-нибудь к столу. Хотя, если хотите, можем куда-нибудь…

— Нет! — решительно прервала девушка. — Нам нужно поговорить, чужие уши не в кассу.

Секунда — и Олеся скрылась за дверью. Похоже, предпочитала действовать быстро и решительно.

Ожидая ее возвращения, Вадим доставал и выкладывал на стол сыр, колбасу, хлеб, маринованные огурцы, консервы. Припасы скудные, но голодными Вадим и Олеся не останутся.

«Картошку, может, сварить?» — подумал он, но вместо этого налил воды в чайник и нажал на кнопку.

Телефонный звонок застал Вадима врасплох: он не ждал, что кто-то будет звонить ему.

«Активно проходит вечер», — промелькнуло в голове.

Когда он взял в руки телефон и увидел, кому понадобился, так и вовсе растерялся. Звонила Вера.

— Да? — неуверенно отозвался Вадим.

Ему почему-то пришло в голову, что Вера сейчас крикнет: «Вадик, она нашлась! Ирочка нашлась!»

Ерунда, безумная надежда. Ничего такого Вера, разумеется, не сказала.

— Это я. — Она как будто не могла начать разговор. — У тебя все хорошо?

— Конечно. Не волнуйся.

— Просто мы в последнее время… Я не хочу, чтобы мы отдалялись друг от друга, — внезапно выпалила Вера.

— Мы не…

— Ладно, прости. Как твоя новая квартира? Нашел что-то?

Вадим не ожидал этого вопроса, не успел подготовиться к нему, дабы соврать что-то подходящее, поэтому обвел глазами временное жилище и произнес:

— Да. Комнату в общежитии. Просторно. Самое необходимое из мебели есть. Душевая и кухня общие, но народу мало, так что… Удобно.

— Общежитие? Комната? — растерянно произнесла Вера.

— Это ненадолго. Пока другая квартира не освободилась. — Ложь далась легко. — Как только там жильцы съедут, я заселюсь, тогда и заберу компьютер, хорошо? Он тебе не мешает?

Вера помолчала, затем всхлипнула.

— Господи, Вадик! У тебя есть жилье, а ты маешься, углы снимаешь. Мы с тобой… О чем ты вообще? «Мешает»! Глупости какие-то, мы постоянно говорим не то и не о том!

Она почти плакала, и Вадим не знал, как ее успокоить. Боялся сказать что-то глупое, разрушить невысказанное, но важное — то, что, кажется, готово было зародиться между ними. Или, точнее, воскреснуть.

— Вера, скоро я вернусь, и мы поговорим, ладно? Обо всем поговорим.

Она будто не слушала, стремясь высказать наболевшее.

— Я была несправедлива, говорила тебе гадкие вещи. Мне было больно, но и тебе тоже! Вчера проснулась среди ночи, и мне так ясно представилось, что мы больше не увидимся. Никогда. Я потеряла Ирочку… Если потеряю еще и тебя…

— Ты меня не потеряешь.

— Приезжай, — внезапно произнесла Вера. — Прямо сейчас. Я скучаю по тебе и… Не хочу больше быть вдали от тебя. Приедешь?

«Что ей сказать?» — лихорадочно соображал Вадим.

Правду говорить нельзя. Поездка в Верхние Вязы, его поиски покажутся Вере бессмысленными. Они уже говорили об этом, Вадим не хотел снова ссориться с женой, тем более, когда она сделала шаг к сближению.

Вера расценила его молчание по-своему.

— Я не хочу навязываться. Если ты не…

— Перестань, Вер. Просто я уехал, меня нет в городе.

— Ты не в Быстрорецке?

— На днях вернусь.

— Это связано с новой книгой? — Вера обрадовалась. — Я права?

— Да, собираю материал. — Вадим уже так привык врать на эту тему, что сам почти поверил. — Когда приеду, позвоню. И сразу же увидимся.

Дверь открылась, вошла Олеся. Вадим в первый миг и не узнал ее: никогда не видел без шапки. Вспомнился рассказ Зощенко про Володьку, который никак не мог узнать на свадьбе свою невесту, потому что до той поры видел ее только в шапочке. Олеся оказалась брюнеткой —