Фрэнсис Вилсон - Бездна

— Спасибо, — поблагодарил Джек, понадеявшись, что до этого не дойдет. Конечно, хочется остаться на месте действия, но он не привык ночевать с кем-то вместе, за исключением Джиа.

— Разумно предварительно записаться на случай, если вдруг кто-то откажется или не сможет приехать. — Он взглянул в программку на нынешнее расписание. — Давайте-ка встретимся в пять на открытии.

Лью охотно согласился, и они расстались. Джек направился в деловую часть города на встречу с Эрни.

2

Рома, крутя головой, смотрел вслед уходившему незнакомцу, подавляя желание броситься следом, свернуть ему шею. Не надо его убивать. Присутствующие ужаснутся, кто-то даже, возможно, домой заспешит, что никак нежелательно.

Но кто он такой? Зачем лжет муж Мелани Элер, утверждая, будто она сама прислала незнакомца на конференцию до своего появления? Правдой здесь и не пахнет.

Он заставил себя успокоиться. Фактически, кто это — не имеет значения. Отель полон, пусть мистер Джек Шелби ищет другое место. Главное, чтобы не заменил кого-либо из приглашенных. Иначе придется принять меры. Нынче вечером все должны здесь присутствовать.

Да. Он закрыл глаза. Сегодня вечером.

3

Вывеска в грязной витрине гласила:

ПАСПОРТНАЯ КОНТОРА ЭРНИ

Любые паспорта

Водительские права

Права на вождение такси

Распахнув дверь, Джек вошел.

— Привет, — бросил из-за стойки костлявый мужчина с физиономией бассета. — Как дела, как делишечки? — Не вопрос, обычное приветствие скороговоркой. — Дверь закрой, табличку переверни на «закрыто».

Что последний и сделал, после чего направился к стойке мимо полок с солнечными очками, модными футболками, спортивными кепками, пиратскими видеофильмами. Эрни изготавливал и печатал законные документы, в принципе торговал разными фирменными товарами, но основной доход получал от людей, которые желали стать или на время прикинуться кем-то другим.

За долгие годы он снабдил Джека десятками водительских прав и удостоверений личности.

— Говоришь, новый диплом средней школы? — перепросил он, подняв с пола складную папку, сдергивая предохранительную резинку. — Здешней?

— Нет. В Хобокене.

Эрни принялся копаться в папке с исчерпывающим собранием удостоверений, дипломов, служебных удостоверений почти всех учебных заведений, заводов и учреждений в радиусе десяти миль.

— Хобокен... Хобокен... Паренька как зовут?

Джек развернул фотокопию свидетельства о рождении и положил на стойку:

— Вот. И свидетельство нотариально заверь.

Эрни обладал официальной нотариальной печатью, дубликатом печати настоящего нотариуса из соседнего финансового квартала.

— Будет сделано. — Он прищурился на свидетельство. — Атилла? Может быть, хан Атилла? — Джек увидел мимолетную ухмылку. — Атиллу мы, пожалуй, зачислим в Сент-Алоизиус.

Эрни вытащил из папки диплом средней школы, пришпилил к официальному желтому блокноту.

— Вот так вот, — пробурчал он, царапая что-то в блокноте. — Теперь мы имеем Джона Атиллу. Дата рождения?

— Там все указано, — кивнул Джек на свидетельство.

— Ясно. Адрес?

Джек назвал адрес почтового ящика в Хобокене.

— Когда закончил?

— Чего?

Неужели надо объяснять, написалось на физиономии Эрни.

— Школу, естественно. Дата указывается в каждом дипломе.

— Дай подумать... Шестнадцать только что стукнуло, значит, два года назад.

— Ясно. Фото у меня имеется подходящее. Когда потребуется?

— Да не к спеху. На следующей неделе годится.

— Хорошо. А то у меня небольшая запарка.

— Расценки обычные?

— Угу.

— Тогда до понедельника.

Джек снова перевернул табличку, отпер дверь, вышел на Десятую авеню. Посмотрел на часы у себя на руке. Пора возвращаться в отель. Будем надеяться, регистраторы подыскали номер. Как ни странно, не терпится приобщиться к Обществу по разоблачению секретных организаций и объяснению необъяснимых явлений. Он никогда еще не был «участником».

4

Джеку посчастливилось. Одна из членов СИСУПа не смогла приехать по неким неожиданным семейным обстоятельствам, можно было занять ее место.

Он заглянул в номер на пятом этаже окнами на улицу. Типичная гостиничная обстановка: оштукатуренный потолок, на стенах дежурные плотные бежевые обои, телевизор, платяной шкаф, две двуспальные кровати, двойные шторы на окнах, неопределенные гравюры в рамках с изображением прудов и ветвей. Однако бесцветное окружение не облегчало непонятного беспокойства, испытываемого с той минуты, как он впервые вошел в здание, словно воздух здесь был заряжен какой-то леденящей энергией.

Распаковывая спортивную сумку с захваченной из дома одеждой на смену, Джек вдруг услышал стук в дверь. Выглянул в дверной глазок, ожидая увидеть Лью, но вместо него обнаружил стоявшую в коридоре Олив Фарину.

— Надеюсь, я не помешала вам, мистер Шелби? — сказала она, когда он открыл дверь. — Разрешите войти? Хочу задать пару вопросов.

Джек в недоумении заколебался. Чего ей тут надо?

Впрочем, дама безобидная, а выслушать пару вопросов весьма любопытно.

— Конечно, пожалуйста.

Отступил в сторону, Олив вошла нерешительно, заглянув по пути в ванную, словно опасаясь, что там кто-то прячется.

— Вы один?

— Только что был один.

Гостья остановилась перед телевизором посреди комнаты, повернулась к нему:

— Сделаете одолжение, прежде чем поговорим?

— Смотря какое.

Она подняла висевшее на шее серебряное распятие:

— Возьмите.

— Что?

— Просто подержите в руке, сосчитайте до десяти.

Ничего себе, подумал Джек. Пошли «Песенки с приветом»[16].

Впрочем, кивнул, крепко схватил распятие, решительно подавляя маниакальное желание взвыть смертным воем и рухнуть в корчах на пол. Сомнительно, чтобы у аудитории хватило чувства юмора.

— Хорошо, — заключила Олив через несколько секунд. — Хватит. — Осмотрела открытую ладонь Джека.

— Ожоги ищете? — спросил он.

Она снисходительно улыбнулась:

— Можете, если угодно, смеяться, но, по крайней мере, я теперь чувствую, что вам можно верить.

Джек пожал плечами, признав ее слишком доверчивой — не много же ей надо, — и указал на мягкое кресло у большого окна со сплошным стеклом.

— Садитесь. — Выдвинул для себя другое из-за письменного стола, развернул лицом к ней и уселся. — О чем вы меня хотите спросить?

— Ну, — начала она, поудобней устраивая дородное тело на узком сиденье, — если я правильно понимаю, вы последний говорили с Мелани Элер.