Фрэнсис Вилсон - Бездна

Он присел посмотреть — существо запрыгнуло на стол.

Обезьянка. Умненькая обезьянка шарманщика со светлой мордочкой, темной шерстью на голове — капуцин или что-нибудь вроде того. Села на дальнем краю и уставилась на него.

— Хочу взять регистрационный пакет жены, — сказал Лью.

— Пожалуйста, — ответила женщина, копаясь в картотеке. На значке написано «Барбара».

Обезьянка, все так же глазея на Джека, подкралась поближе. Барбара на нее оглянулась, но ничего не сказала. Непонятно, чего таращится. Не очень-то приятно.

В чем дело, малыш?

— Тоже член? — кивнул Джек на капуцина.

— Нет, — улыбнулась Барбара. — Приятель Сола. Славный, правда?

— Кто такой Сол? — спросил Лью.

— Профессор Рома. Просит, чтобы его звали Солом.

— Не знаю, когда Мэл появится, — сказал Лью. — Пусть пока мистер Шелби воспользуется ее значком и пропуском.

Капуцин вскочил на ноги, словно чем-то встревоженный.

— Вы член? — обратилась к нему Барбара.

— Нет. Очень хочется стать.

— Ох боже, — вздохнула она. — Боюсь, ничего не получится.

— Почему? — удивился Лью. — Мелани задержалась, думала, до возвращения мистер Шелби займет ее место.

— Да ведь он же не член, — повторила она.

— Мелани член и сказала мне, своему мужу, чтобы Джек пока присутствовал вместо нее.

— Нельзя же просто передать ему...

— Можно, — заявил Джек, видя, что позади скапливаются другие желающие зарегистрироваться. Любопытствующих вполне достаточно. — Смотрите. — Взял у Лью регистрационные документы Мелани, взмахнул перед собой. — Вот и все.

Прежде чем Барбара успела ответить, капуцин с визгом прыгнул на Джека, схватил конверт, попробовал вырвать. Он ошеломленно попятился. За спиной зазвучали испуганные крики.

— Что за черт!..

Джек выдернул из обезьяньих пальцев конверт, схватил животное в охапку, осторожно усадил обратно на регистрационный стол. Как бы оттолкнувшись от трамплина, капуцин снова бросился на него с бесконечным пронзительным воплем. Он опять его сгреб, держа на расстоянии вытянутой руки, пристально глядя на обезьянку.

— Эй, приятель, ты чего? Успокойся.

Капуцин перестал верещать, тараща на него глаза. Потом попытался куснуть в грудь.

— Проклятье! — рявкнул Джек, снова усаживая его на стол, на сей раз без лишних церемоний. Бросил взгляд на запястье — поцарапано, но не до крови.

Животное бесстрашно готовилось к следующему прыжку, когда прозвучал окрик:

— Маврицио!

Капуцин замер на месте, оглянувшись вместе с остальными присутствующими на появившегося в дальнем конце коридора мужчину.

— Ох, профессор Рома! — воскликнула Барбара. — Как я рада вас видеть! Не знаю, что на него нашло.

Джек разглядывал профессора Сальваторе Рому, основателя СИСУПа: гораздо моложе, чем ожидалось, с коротко, почти наголо стриженными черными волосами, тонким носом, темными глазами, пухлыми губами. Худощавый, ростом около пяти футов десяти дюймов. Белая рубашка без ворота, темно-серые складчатые мягкие брюки. Словно только что вышел со стрельбища.

По какой-то необъяснимой причине мужчина ему не понравился с первого взгляда.

Рома щелкнул капуцину пальцами, тот мгновение помедлил, соскочил со стола, перепрыгнув ему на плечо. Он подошел к Лью и Джеку, протянул первому руку:

— Здравствуйте. Я — Сол Рома.

— Лью Элер. Мы с вами говорили по телефону.

Рома мельком улыбнулся:

— Муж Мелани! Рад наконец лично встретиться. Я ее с нетерпением поджидаю. Где она?

Симпатичный, любезный, приветливый, доброжелательный — почему же так хочется дать ему в морду?

— В данный момент ее нет, — сказал Лью.

Рома оглянулся на Барбару:

— А что тут вообще происходит?

— Лью хочет провести постороннего, — кивнула она на Джека, — по пропуску жены.

Лью принялся излагать легенду с немалым успехом — вокруг раздались охи-ахи. Рома терпеливо слушал, тогда как обезьянка у него на плече по-прежнему испепеляла Джека пылающим взглядом. По окончании Рома не шевельнулся.

— Очень жаль, — сказал он, сочувственно глядя на Джека и Лью. — При всем моем желании вас пропустить, мистер Шелби, конференция только для членов. — И протянул к нему руку: — Пожалуйста, верните конверт.

Тот тряхнул головой:

— Почему? Я все равно уже тут. И останусь.

— Мистер Шелби, я требую. — Спокойное лицо Ромы внезапно потемнело от гнева.

Как ни странно, прочие сисуперы стали высказываться в пользу Джека: пусть останется... пропустите его... лишний не помешает... и тому подобное.

Рома оглянулся, открыл было рот, видимо, хорошенько подумал и снова закрыл. Капуцин явно готовился перегрызть Джеку глотку.

— Хорошо, — сказал в конце концов Рома, слегка передернув плечами, оглядывая членов СИСУПа. — Если желаете, пусть остается.

Джека удивило выражение его лица — профессора что-то тревожило. Обезьянка, как бы разделив его мнение, запрыгала, заверещала, протестуя против капитуляции хозяина.

— Тише, Маврицио, — мурлыкнул Рома, гладя капуцина по шерстке. Губы его улыбались, глаза сверлили Джека. — Я легко выгнал бы вас, но не стоит скандалить. Можете присутствовать на конференции, мистер Шелби. Только не вмешивайтесь в программу, иначе я вас удалю. Ясно?

Джек ухмыльнулся прямо в пылающие глаза Ромы и обезьяны.

— Значит, мне не позволено звать вас Солом?

Рома отвернулся, капуцин по-прежнему поглядывал через его плечо, шипел, наконец спрыгнул на пол, побежал другой дорогой, как бы никого не желая больше видеть.

— Что за проблема у вас с обезьяной? — спросил Лью.

— Не знаю. С собаками и кошками мы друг друга всегда понимаем. Может, меня вообще обезьяны не любят. Хозяин тоже не в восторге.

И наоборот, мысленно добавил Джек, даже не припоминая, чтобы когда-то испытывал к другому человеку такую внезапную необъяснимую неприязнь.

— Так или иначе, вас пропустили. — Лью похлопал его по спине. — Это главное.

— Угу. — Джек полез в свой — предназначавшийся Мелани — регистрационный конверт, вытащил оттуда программу, зашелестел страницами. — Что дальше?

— Ничего особенного. Мне еще рано отправляться в номер. Может быть, перекусим?

— Я должен кое-что проверить. Есть кое-какие дела. И номер надо получить.

— Как бы не возникла проблема. Все занято. В крайнем случае у меня поселитесь.

— Спасибо, — поблагодарил Джек, понадеявшись, что до этого не дойдет. Конечно, хочется остаться на месте действия, но он не привык ночевать с кем-то вместе, за исключением Джиа.

— Разумно предварительно записаться на случай, если вдруг кто-то откажется или не сможет приехать. — Он взглянул в программку на нынешнее расписание. — Давайте-ка встретимся в пять на открытии.