Юрий Кургузов - Кольцо Изокарона

Живот идола был закрыт чем-то типа щита, состоящего из зеленых чешуй, как броня крокодила. В щите этом крепился черный крест, а в перекрестье его — распустившаяся пурпурная роза. Низ тела маскировала драпировка, как широкая юбка из ярко-красной материи, из-под которой выглядывали кривые козлиные ноги с раздвоенными копытами. Из-за спины торчали крылья с белыми и черными перьями, копыта же истукана опирались на большую сферу, на коей спереди были начертаны и трезубец Нептуна, и нечто наподобие китайского иероглифа, и еще какие-то линии вроде молний или же стрел.

Сферу, обозначавшую, судя по всему, земной шар, снизу обвивало тело огромной змеи, разверстая пасть которой приподнималась и обращалась к статуе. А справа стояла небольшая колонна, тоже обвитая змеей, поменьше, увенчанная на вершине треугольником, в который было вставлено стилизованное изображение глаза. Треугольник окружало сияние из широких лучей, а рядом возвышался еще один змей, стоящий на согнутом хвосте и с телом, вытянутым в форме буквы "Z". Над головой змея — круг с таким же "нимбом", как около треугольника (видимо, Солнце), и смотрел сей, последний, змей тоже на идола.

Я, не отрываясь, со страхом взирал на это диковинное и мрачное божество, как вдруг…

За дверью послышались негромкие голоса. От неожиданности я мигом соскочил на холодный пол и сунул руку в карман. Удивительно, но факт — револьвер оказался на месте, и, с волнением взведя курок, я тщательно прицелился в дверь.

Голоса были слышны еще какое-то время, потом вроде бы стихли, и до моих ушей донесся стук удаляющихся шагов, а дверь… Дверь начала медленно открываться, и из-за нее раздался громкий густой бас:

— Можете положить револьвер обратно в карман. Патроны я вынул.

…Это был высокий, плечистый человек, одетый в нечто напоминающее охотничий костюм и обутый в низкие сапоги. Когда он ступил под свет факела над дверью, я увидел лицо пришельца — и обомлел: через лоб и левую щеку его до подбородка шел кривой, глубокий, видимо, совсем недавно зарубцевавшийся шрам, а левый глаз закрывала черная повязка. Копна густых, но совершенно седых, почти белых волос падала на мощную шею, а на щеках как иней блестела щетина минимум недельной давности. Однако, невзирая на все это, я вдруг понял, что он совсем не стар — лет сорок, не больше. В руках у незнакомца ничего не было, и я, почувствовав себя сконфуженным, поспешно спрятал револьвер и смущенно спросил:

— Вы кто?

— А вы? — вместо ответа поинтересовался он, но, увидев на моем лице недоумение и, должно быть, даже обиду, вежливо добавил: — Простите, сударь, но сейчас не та ситуация, чтобы я мог довериться первому встречному.

— Простите и вы, сударь, однако… — Я картинно обвел рукой странное святилище. — Однако я тоже не очень-то склонен откровенничать в такой, согласитесь, довольно нетрадиционной обстановке.

"Охотник" улыбнулся, и шрам его пополз влево.

— Я принес вас сюда, потому что, как ни удивительно, на данный момент это самое безопасное для меня место. — Его единственный глаз цепко впился в мое лицо: — Да и для вас, похоже, тоже.

Я покрутил головой:

— Не стану возражать. Местечко и впрямь выглядит уютно, но… что же нам делать? Так ведь можно до бесконечности состязаться в правилах хорошего тона и уступать друг другу право представиться первым. Ну хорошо, в качестве гостя сделаю шаг навстречу: я приехал в Волчий замок, гм…

— К кому? — быстро спросил мой одноглазый визави. — К кому приехали?

Я замялся.

— Э-э-э… м-м-м… К графу!

— Имя?

— Что? — удивился я.

Он усмехнулся:

— Имя графа? Я спрашиваю у вас, сударь, имя человека, к которому вы приехали.

Я засопел, потом запыхтел, проклиная себя в душе за то, что даже не поинтересовался у Каролины, как звали покойного владельца Волчьего замка.

— Послушайте… — пробормотал я. — Собственно, ехал я не совсем к графу… скорее, к садовнику…

— Какому садовнику? — прищурил свой глаз великан. — Имя? Одно только имя, сударь!

И тогда я взорвался.

— А не пошли бы вы к дьяволу, сударь! — как раненый лось проревел я. — Не знаю я никаких имен, понятно? Просто обстоятельства сложились таким образом, что я оказался втянут в кошмарнейшую историю. И ничего больше вам не скажу, пока… — Я принялся рыться в карманах. — Пока не ответите на мой вопрос, да-да! — И замахал перед носом "охотника" растопыренной ладонью. — Что? Ну? Скажите-ка: что, по-вашему, это такое, а?..

И тут он вдруг резко отшатнулся, а глаз его от изумления едва не вывалился на каменный пол.

— К о л ь ц о И з о к а р о н а!.. — прохрипел он, но тотчас взял себя в руки. — Откуда оно у вас, откуда?!

— Оттуда! — дипломатично пояснил я. — Теперь моя очередь задавать вопросы. А ну, говорите: кто вы такой?

Гигант покачал головой и усмехнулся:

— Ладно, рискую я, кажется, не очень-то многим. Но учтите, милостивый государь, ежели вы не тот, за кого себя выдаете, я вам живо шею сверну.

— Попробуйте, — согласился я. — Получите такого дрозда, чертям тошно станет. Я, между прочим, неплохой боксер. И потом, что значит "не тот, за кого себя выдаете"? Я, милостивый государь, ни за кого себя не выдаю и выдавать не собираюсь. А вот вы…

— А вот я охочусь за Черным Зверем, — бесцеремонно перебил меня он и добавил: — Если только, конечно, это вам хоть что-нибудь да говорит.

— Говорит, — кивнул я. — Еще бы не говорит! Ну и как охота? С чем-нибудь уже можно поздравить?

Он невесело улыбнулся и тронул пальцами повязку и шрам:

— Пока, пожалуй, только вот с этим.

— Да что вы!.. — Мне вмиг стало не по себе. — И когда это вас угораздило?

— Месяц назад. Но ему тоже изрядно досталось. Послушайте, по-моему, мы оба были уже достаточно откровенны, чтобы осмелиться сделать следующий шаг. Скажите, пожалуйста, каким ветром вас сюда занесло, а главное — откуда у вас Кольцо Изокарона?

Я пожал плечами и показал рукой на топчан:

— Присаживайтесь, рассказ будет длинным. Гм… понимаете, я служу в одном столичном издательстве…

Переправив содержимое предыдущих глав в уши и мозг своего собеседника, я умолк. Он какое-то время молчал тоже. Потом спросил:

— Значит, вы, сударь, писатель?

Я поморщился:

— Да нет же, скорее наоборот. Видите ли…

Однако мои разъяснения по этому предмету его не интересовали. Его интересовало другое.

— Послушайте, а девушка… я имею в виду госпожу Каролину, знает, что вы пошли к Лугару?

Я гордо помотал головой:

— Не думаю. Побег был обставлен с максимальной предосторожностью. Даже собака меня не почуяла.