Алина Смирнова - Повелители Смерти

— Арайя, ты же девушка, могла бы навести здесь порядок, а?! — выкрикнул я, почувствовав приближение ведьмы смерти, я гадал как же она изменилась.

— О, ну конечно! Размечтался! — Арайя выплыла из-за угла, одетая в черно-аметистовое кимоно, на ее правой руке сияло странное украшение. Браслет на запястье с серебряными цепочками, которые обвивали ее пальцы и соединялись в кольцо с металлической пластинкой в виде когтя.

Ее черные волосы сохранились даже в этой форме, она заплела их в высокую прическу. Однако все же она была скелетом, настоящая Хонэ-онна.

— Да, как видишь, любовь которой не должно было случиться, спасла меня от смерти… точнее не так… стала моей смертью верно же, Амэ? Моя любовь? — она засмеялась. Вот на кого точно Бездна подействовала, так это на нее. Она настоящий лич. Бесчувственная, а в голосе звучит одна лишь насмешка. Такая она мне больше по душе.

— Я вижу ты цветешь и пахнешь. И думаю, моя любовь тебе вряд ли уже нужна.

— Ты прав, мы оба мертвы, так что любовь можно теперь использовать. Потрудись-ка мне рассказать, как вы себе вернули нормальный вид. Не могу же я вечно разгуливать, как скелет!

— Конечно, милая, сейчас мы вернем тебе твою красивую мордашку. Но давай честно, так ты выглядишь более натурально, — парировал я.

— Замолкни уже! Чертов скелет!

— От скелета слышу!

— Вы оба замолчите! — нашу перебранку остановил Лилирио.

Я вернул Арайе прежний облик, после чего мы поднялись на наш этаж где жили, Бездна существенно его видоизменила, но все же наша комната на шесть спален и общая гостиная осталась, сейчас она была больше похожа на вместительную черную пещеру. Надо сказать, весьма уютная мебель покрылась кристаллическим налетом, свет обеспечивали сиреневые фамильяры. Когда мы вошли, я сразу же понял, что что-то не так…

— Где Химио?

— Заешь, все это время он говорил нам, что все хорошо и это его не волнует, но я думаю ты все равно должен поговорить с ним. Тебя он послушает. Он практически не выходит из своей комнаты и все эти его эксперименты… — Арайя явно волновалась за него и это было волне искренним. Все-таки чувство единения как семьи, Бездна у нас не смогла забрать. — Его тело…

— Я понял, — я остановил ее. — Ждите меня здесь, я поговорю с ним.

Хонэ-онна — призрак умершей женщины, чья любовь так велика, что не дает спокойно лежать в могиле. Она — вместилище вечной любви, которая сохраняется еще долгое время после того, как ее плоть гниет в могиле. Сила этой любви позволяет ей быть рядом со своим возлюбленным, несмотря на смерть. Этот призрак появляется таким же, каким был при жизни: молодая женщина в расцвете сил и красоты. И только те, чей взгляд не замутнен любовью, или истинно верующие могут видеть сквозь маску ее истинный образ: гниющий, зловонный скелет, восставший из мертвых.

Я постучал в дверь спальни Химио. Бездна изменила его тело, все мы были подростками, но Химио среди нас единственный был еще ребенок, в конце концов все мы переступили порог между детством и юностью, когда умерли, а он нет… он навсегда останется в этом не растущем теле. Именно поэтому все мы за него переживали. Мы с Аки еще до возвращения сюда обсуждали, что на Химио изменения Бездны должны оказать скорее психологическое давление. Да конечно, у Арайи оставались болезненные чувства любви, которые возможно и превратили ее в то, чем она сейчас является. Но Химио, в нем всегда было много тьмы, вопрос лишь только в том, как эта тьма на него повлияла. Сделала сильнее или наоборот ослабила?

— Входи, Аки… — послышался его уверенный голос.

— Это я… — осторожно приоткрыл дверь.

— Амэ? А судя по поточным энергиям ты ощущаешься также, как Аки. Как вас теперь различать?

Комнаты изменились, они будто вытянулись по длине и стали ниже по высоте. Пещерного вида стены покрывала белая кристаллическая паутина, мерцающий свет фамильяров и летающие повсюду склянки и бутылки. Химио сидел в глубине всего этого сумбура за столом, обложенный кучей древних фолиантов и котелком, который, шипя испускал клубы ядовито красного дыма. Маленький скелет, который едва ли доходил до моего плеча, облаченный в темно-синюю форму, примерно такую же, какую сделали мы с Аки и с красной повязкой на голове.

— Аки все еще носит ключ Бездны, — ответил я на его вопрос. — Но это ненадолго. Я войду?

— Конечно, конечно, я занят изучением новых свойств скелетной пыли, но думаю ты мне не помешаешь.

Я посмотрел на него сквозь призму Бездны и обомлел, он не просто превратился в лича, он стал кем-то поистине уникальным, потому что поток его алхимической-магической энергии смешался с энергией Бездны, по сути внутри него была какая-то новая необычайная магия, смешанная из магии смерти и алхимии. Присев рядом с ним на стул, я внимательно его изучил, он был погружен в эти исследования и рядом с ним лежала черная книжка с серебряным скелетом и зеленой змеей, обвивающейся вокруг этого скелета. Что подтвердило мою догадку о смешении энергетических потоков и магии, это был его гримуар, тот же самый который был с ним в академии, единственное, что изменилось — появилось изображение скелета, а змея — символ магии алхимии, была там всегда.

— Мио, как ты? В смысле я не буду ходить вокруг да около. Я просто спрошу напрямую. Как ты на самом деле? Понятно, что сейчас ты погружен в исследования Бездны, но все же… это тело… ты навсегда останешься таким, я смогу вернуть тебе человеческую личину только как маску. Мио, ты навсегда останешься ребёнком, так как умер. И тебя это устраивает?

Он наконец оторвался от котла и варящейся там слизи и посмотрел на меня, теперь Бездна смотрела на меня.

— Нет. Я не переживаю об этом. Амэ, ребята тоже переживали и интересовались как я принял то, что больше никогда не вырасту? Так вот, что я тебе скажу. Я по-настоящему счастлив, что попал сюда. И я нисколько не виню в этом Аки или тебя. Да, мое тело действительно перестало расти, зато Бездна открыла двери для бесконечного роста моего интеллекта. Как я могу быть не рад?

— То есть, по-твоему, количество минусов от попадания сюда меньше, чем плюсов? — я раскрыл книгу жизни, свой новый гримуар и вернул ему маску человека, его лиловые глаза заискрились, а на лице и правда сияла улыбка.

— Амэ, для меня и да и нет… я умирал без сожаления и был практически никем, а сейчас я могу стать кем-то по-настоящему сильным и достойным своей семьи.

— Ладно, я все понял. Только у меня будет просьба к тебе. Поговори с Аки когда они вернутся с Лианом, он все еще переживает. И как закончишь, приходи в гостиную нам нужно обсуждать план будущего храма.