Алина Смирнова - Повелители Смерти

Черный дракон угрожающее зарычал и из его пасти вырвался поток золотого пламени, и я подумал… что на этом с Ледяным Королем покончено. Пламя Эльребы вскоре потухло, а на месте дракона, сменив свою форму, уже стояла девушка в доспехах, узор на которых постоянно переливался и менялся, в зеркальной маске, на плечах лежала накидка из черной тени. В двух шагах от нее зависла огромная стена изумрудного льда, по ней пробежала трещина и она мгновенно рассыпалась, за ней без единой царапины стоял Эвергрин.

— Не зря я решила тебя выпустить. Как интересно, стоило мне снять твои печати, как ты мигом примчался сюда и напал как обычно из-за спины, когда уже никто не ждал и сражение было окончено, отзови часть совей армии, Эвергрин. Я не хочу и дальше разрушать мир Ночи… да и сражаться тебе здесь уже бессмысленно. Мы нашли алые врата, а это значит, своего духовного покровителя тебе не спасти. Убирайся обратно в Нифльхейм.

Эвергрин презрительно хмыкнул. А затем собрав вокруг себя несколько волков, заключил их в ловушку из изумрудного льда, а поток его силы будто упал… теперь его энергия действительно была на уровне Девятой пары Хранителей… снизился примерно наполовину, ледяная ловушка лопнула, а на ее месте стоял тот парень, с которым я сражался…

— А! Это же ты! — Эверглосс открыл глаза, и они со своим Королем и остатками снежных демонов исчезли в вихре черного снега.

Эльреба повернулась и спокойно прошагала к нам, снизу подоспели Ики и Сатин. А братец успел скомандовать мертвым, чтобы те возвращались сквозь пространственную дыру.

— Вы все в порядке? — спросила Повелитель, как только подошла к нам. — Я рада, что успела вовремя. Я расскажу вам, как это возможно. Эвергрин заключает часть своей силы в себе подобную копию — Эверглосса, тем самым уменьшая ее разрушающее действие на свое тело.

— Повелитель… он наравне сражался с вами и Харэ…

— Так и есть, Амэ… Эвергрин так жаждал силы драконов, что в конце концов получил ее, предав меня и убив одного из моих любимых драконов, создателя Нифльхейма. Ледяного дракона Аургельмира, больше известного под именем Имира. Имир обладал мощью дракона, сравнимой с моей собственной, но все же Королем стала я, однако даже сейчас я не сомневаюсь в том, что он тоже был этого достоин. Имир был уникальным в своем роде, единственным среди своих сородичей — ледяным драконом. А Эвергрин поглотил всю его силу и избежав падения в Бездну, стал Ледяным Королем. Он стал новым, воплощенным ледяным драконом… навеки став моим заклятым врагом.

Я прибыл во Дворец Кошмаров чтобы восстановить свои силы, подумать и наконец… затем, чтобы кое-что закончить. Я впервые был в Городе Бездны без Амэ. Ему тоже предстояло кое-что закончить, только там на поверхности, в нашем мире. Мы вернулись, битва в мире Ночи закончилась и честно говоря, я не представлял себе, что будет дальше. Мы восстановили крепость Кирита, и Повелитель объявила расширенное собрание Хранителей, пригласив туда всех Хранителей, которые захотят приехать, включая Хранителей Созидания. Я не понимал, что она планирует дальше, но очевидным было, что сражение за Нифльхейм неизбежно. Лиан и Лири были заняты восстановлением истоков силы Бездны, а я был здесь один… среди пустоты и кошмара. Я пришел во Дворец Кошмаров, чтобы попрощаться. Я сидел в комнате Химио, среди всех этих его склянок и записей с алхимическими превращениями.

Я перебирал все наши воспоминания, начиная от дня, когда мы встретились и заканчивая его смертью на моих руках.

— Химио, я надеюсь твое желание исполнилось…

Здесь всегда витал призрак одиночества, я ощущал это всегда. Химио был очень связан со своей магией и из-за этого его связь с реальностью все время истончалась, но все же… он всегда улыбался, когда был с нами.

— Аки… ты Повелитель Смерти, и не тебе горевать о ней…

Я не знал, чей это был голос, он был не похож на голос Химио и в тоже время похож. Призрачные воспоминания? Увидимся ли мы когда-нибудь? Где-нибудь? В совсем другой жизни…

Я понимал, что уже практически добрался. Точная зная куда идти. Откуда я знаю? Стержень истины, да? Аки отправился в Бездну, наверное, ему хотелось после всего немного побыть одному, я не стал его останавливать. Алая нить передавала его чувства, и похоже ему действительно сейчас было тяжело. Смерть всегда шла с нами рука об руку.

Биниреольские горы на севере мира Заоблачной Крепости переходили в горы Квазирса, и дальше тянулись бесконечной грядой в край ведьм. Многие кланы выжили, мы даровали им возможность жить в обмен на беспрекословное подчинение Кириту. Да и посевные поля в горах устроить проблематично. Они жили в деревнях, внутри пещер, выдолбленных в горах. В каждой деревне была площадка на вершине горы, где проходил шабаш или общее собрание старейшин клана и всех ведьм. После того, как Харэ уничтожил Юрику в Амине, а Арайя умерла, клан ведьм, в котором они обе родились, перестал существовать. Из-за противоречий внутри клана, они переубивали друг друга, а те, кто остались живы, бежали в другие волшебные миры. Пещеры были пусты, следы жизни клана здесь все еще оставались, но сама деревня ведьм пуста. Я словно вновь вернулся в Город Потерянных Душ, я был уверен, что мои глаза видят, каким был этот клан, в нем не было ничего великого, но все же… если бы его не было, мы бы никогда не встретились. Я поднялся на площадку.

— Ты знаешь где меня искать, — зазвучал голос Арайи на задворках моего сознания.

Огонь в центре площадки горел…

Подойдя к нему, я упал на землю и протянул руки к огню, языки пламени устремились ко мне и время остановилось, я ощутил дыханье ушедшей жизни.

— Ая… прости, что так поздно.

Я был уверен, что обнимаю ее. Будто по-прежнему она все еще жива. Кончики моих волос развевал ветер, потому, что ее призрачная рука не могла коснуться их.

— Ты всегда будешь связан со Смертью, как и Аки. Вы Повелители Смерти, вы пронесете ее до самых призрачных берегов Белого Города… где и отдадите ей последнюю дань…

И это было последнее предсказание ведьмы Бездны, значит я все-таки смогу умереть и встретить ее снова? Я опустил руки потому, что ощутил… ее дух исчез… даже если он был здесь, больше его нет… и огонь мгновенно погас.