Сергей Челяев - Новый год плюс Бесконечность

Вадим ничего ответить на то не сумел по причине незнания, а Арчибальд промолчал.

Так или иначе, крысиный принц стал крысиным львом — сильным, могучим и свирепым. Увеличившись в размерах, он с легкостью выскочил из банки и стремглав помчался в родную империю. Но теперь он был уже не прежним добрым и благородным рыцарем, наследником стареющего короля, а ужасным монстром-каннибалом, который принялся охотиться исключительно за своими соплеменниками, уничтожая их в огромных количествах.

Первым делом крысиный лев разорвал пополам собственного родителя, а вслед за ним — половину двора и наиболее впечатлительных, а оттого — нерасторопных фрейлин. Попытки стражи и капитанов дать монстру отпор ни к чему не привели: монстр был гораздо крупнее и сильнее и рос прямо на глазах. К тому же один вид его порождал в прежде бесстрашных крысиных сердцах панический ужас, а в лапках и хвостах — постыдное дрожание и слабость. Так в осиротевшее крысиное королевство пришел великий страх.

Кровожадный принц принялся усердно опустошать собственное королевство, монархом и властителем которого он уже и так стал после смерти своего дражайшего папаши. И неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы несколько наиболее предприимчивых хвостатых придворных не объединили свои усилия в стремлении покончить с крысиным монстром. Перепуганные придворные немедля составили тайный заговор и начали действовать быстро и решительно.

Перво-наперво заговорщики попытались отравить принца-оборотня новейшими ядами, которых у крыс, благодаря соседству с человеком, всегда был богатый выбор. Однако льва не брала ни одна отрава, он был словно заговоренный. Поэтому патриоты королевства решили призвать своих извечных неприятелей и соперников — котов и собак.

Коты, прознав, что им предстоит иметь дело с крысиным львом, сразу же отказались наотрез. Собаки прислали двух опытных и отважных истребителей грызунов, лучших в своих породах, услуги которых были оценены в баснословную сумму. Но — только не для крыс, когда речь шла о спасении Амбарного королевства. Однако кошмарный крыс с легкостью обратил в бесславное бегство обоих охотников, и собаки были вынуждены вернуть плату, оставив крысиный народ наедине с его бедою. Делать было нечего, и тогда придворные патриоты решили пойти на крайнюю меру — обратиться к волшебнику.

Волшебник согласился сразу. После недолгих раздумий он потребовал обычную в таких случаях цену волшебника — время рабства. Согласно договору, за оказанную великую услугу крысы должны были служить волшебнику верой и правдой целый год, выполняя его прихоти и послушно обходя стороною указанные им дома и амбары. Правда, на этот раз волшебник потребовал значительно увеличить срок службы, но выбора у крыс не было — принц-каннибал свирепствовал вовсю, опустошая королевство с упорством одержимого.

Чародей сдержал слово и выполнил свою задачу. Он не убил принца — на убийство волшебники вообще всегда идут крайне неохотно. Тем более — из-за каких-то там «жалких крыс».

При этих словах мышонок смешно наморщил носик, явно передразнивая интонацию волшебника.

Хитростью изловив каннибала, волшебник с помощью ужасного заклинания вынул его сущность и перенес ее силой своей магии в тело деревянной куклы. Там крыс должен был отбывать наказание всю свою оставшуюся жизнь. Куклу же волшебник продал на базаре в дни большой ярмарки достойному и добропорядочному господину. После чего потребовал платы. Крысы, верные уговору, ревностно приступили к службе, и с тех пор в их королевстве воцарился покой.

Однако покой — состояние обманчивое и подверженное переменам… Это отлично знает всякий, кто хоть однажды принимал участие в каком-нибудь заговоре. Придворные прекрасно понимали: принц пленен, но не уничтожен. За таким страшным маньяком надлежало присматривать постоянно и неусыпно. И с этой целью заговорщики, прибравшие власть в королевстве к своим лапам, наняли и отрядили несколько наиболее ловких, хитрых и неприметных мышей. Крысы для этого не годились — они были слишком велики размерами, да и алчны к соблазнам большого жилого дома. Хвостатые соглядатаи должны были следовать за куклой всюду, и прежде всего проникнуть в дом, куда был куплен щелкунчик — так называлась кукла у людей.

Заговорщики в своих шпионах не ошиблись: нанятые мыши бдительно и неусыпно следили за куклой, не попадаясь на глаза обитателям дома, семье Штальбаумов. Все шло так, как и предсказывал волшебник, и кукла не подавала никаких признаков жизни. К тому же она очень скоро надоела детям, вдобавок ее еще и сломали, сунув в рот особенно массивный и крепкий орех. После этого щелкунчик был без жалости заброшен в самый дальний и темный угол детской, а затем — наверх, на антресоли, где отныне должен был пылиться и рассыхаться до скончания своего века. Мыши к тому времени совсем уж было собрались покинуть дом.

Но однажды, разыскивая старую шляпку для семейного карнавала, сломанную куклу нашла на антресолях младшая дочь — милая и скромная девушка Мари. И прилежные шпионы-мыши решили остаться еще на недельку, последить за щелкунчиком дальше.

Глава 10

Запах волшебства

Кто-то говорит: жалость унижает. Кто-то утверждает, напротив — она возвышает и делает достойным любви. Последнее, видимо, и произошло с юной и мечтательной Мари, и это было, конечно же, истинное чудо.

Пожалев несчастную куклу, она, по-видимому, каким-то образом сумела вдохнуть в нее жизнь, пробудила в дремлющем сознании щелкунчика искру чувства и ощущения самого себя. И кукла, согретая любовью, заботой и жалостью, чуть ли не в буквальном смысле ожила. Беда лишь в том, что жалость — слишком уютная норка для паразитирования и непременно следующего обмана. И коли в эту благоприятную среду попадает завистливая и жадная душонка, она немедленно начинает расцветать буйным цветом под лучами любви и ласки, как дикая крапива, вдруг ни с того ни с сего окруженная заботой и вниманием чудака-садовода.

В результате внутри куклы проснулась крыса. А крыса всегда ищет выхода наружу, в какой бы кромешной тьме она ни обреталась. План был составлен быстро, благо у всякого волшебства, даже самого что ни на есть справедливейшего, всегда найдется оборотная и не слишком-то приглядная сторона.

Крысиная душа, утратив оболочку, неожиданно почувствовала возможность попробовать ее сменить. Благо потребность жрать, рвать и терзать за время пребывания в деревянном футляре куклы нимало не унялась, а лишь дремала под спудом заклятья, набираясь новых сил для ненависти и терпеливо поджидая удобного случая. Волшебство, увеличив ее страдания, приумножило стократно и амбиции. Крыса теперь возжелала быть человеком, и наивная молодая девушка должна была стать верным средством и орудием к достижению коварной цели монстра.