Максим Субботин - Радужные Мосты

— Боги, позвольте мне ошибиться, — прошептала девушка, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Нам надо убираться отсюда, как можно скорее!

— Куда? — Маркус смотрел на нее с непониманием.

— Вперед, вперед! — Мили уже кричала, голос ее чуть не срывался на визг. — И так быстро, как только можем!

Понукаемые выкриками своих наездников, лошади сорвались в галоп. Деревья замелькали по сторонам, сливаясь в сплошную черно-зеленую стену. Бешеная скачка по извилистой дороге сулила множество неприятностей. Низко свесившаяся ветка, незамеченный камень или канава — все это и многое другое запросто могло сыграть роковую роль в инициированном Мили отчаянном бегстве. Девушка боялась признаться себе, что снова начинает терять контроль. Ее все больше и больше охватывала паника. Чародейка кляла себя, на чем свет стоит, что сразу не свела воедино ощущение слежки Вивьена и услышанный недавно стон — тот, еще далекий. Стоило им побежать сразу — шанс на спасение, пусть призрачный, но был. А теперь надежда испарилась вовсе. Случилось это в тот самый миг, когда девушка поняла, кто издает замогильный стон. Но и теперь, со все нарастающим в глазах ужасом оборачиваясь назад, она не решилась поделиться своим знанием с остальными. Лучше от него им все равно не станет, в то время как неведение иногда может оказаться благом.

Но блага не вышло…

На одном из, казалось бы, совершенно прямых участков тракта лошади внезапно заволновались и почти остановились, наотрез отказавшись двигаться дальше. Они мотали головами, обеспокоенно ржали и выбивали каменную крошку из разбросанного вокруг щебня.

— Да что с ними случилось?! — стараясь не вывалиться из седла, выкрикнул Бриг. Даже во время драки с утопленниками животные вели себя спокойнее. Теперь же они походили на загнанных в угол мышей. Но при всем при этом никаких углов или тупиков не было — свободная дорога, как и прежде окаймленная плотным строем величественных деревьев. Впереди виднелась вырастающая прямо из леса небольшая растрескавшаяся скала. Она, по всей видимости, и стала прародительницей всех встреченных ниже валунов.

Между тем лошади окончательно сошли с ума. Мили, не в силах больше удерживаться в седле, выпустила поводья и кубарем скатилась наземь, больно ударившись плечом. Вскоре ее примеру последовали Бриг и Вивьен. Маркус держался дольше всех, но и он сдался. Животные, с которых уже слетала пена, метались из стороны в сторону, оглашая лес громким ржанием. Потом, наконец, выбрав направление, они рванули в сторону древней скалы, за которой и скрылись, поднимая клубы пыли.

— И стоило с ума сходить! — выкрикнул им вслед Бриг. — Все равно же туда ехали!

— Нам нельзя останавливаться, — почти простонала Мили. Девушка держалась за плечо, при этом то и дело морщилась от боли.

— Ну что стоим?! — тут же скомандовал Маркус. — Значит, теперь пешком! Благо, налегке!

В этот момент из-за скалы вновь послышалось конское ржание. На этот раз отчаянное, наполненное смертным ужасом. Больше того, теперь к нему примешивалось странное рычание — громкое и пронзительное.

— Что там происходит? — вслушиваясь в сумбурные звуки, спросил Бриг, ни к кому конкретно не обращаясь. Его руки непроизвольно потянулись за ножами.

Путники остановились и замерли. Шум длился совсем недолго и вскоре стих окончательно.

— Сдается мне, что нет там больше наших лошадок, — задумчиво изрек Маркус. — Мили, ты как считаешь? Кто это там так нехорошо рычал?

Девушка отступила на шаг назад. Ее губы превратились в две тонкие линии.

— Смотрите, — раздался голос Вивьена. Алхимик указывал в сторону скалы, рядом с которой маячила пара каких-то существ.

— Волки что ли? — предположил Бриг и тут же осекся. Однако Маркус уже подтверждал рождающиеся опасения.

— Больно крупны они для волков, да и окраска странная.

— Кажется, пришло время на собственной шкуре испытать — кого встретили те ребята, — сказал Вивьен.

— Мы остаемся здесь! — послышался негромкий, но твердый голос Мили. — Дальше идти нельзя. Не сейчас…

— Может, лесом пойдем? — предположил Бриг. — Все равно пешие теперь.

— Вот и иди лесом! — огрызнулась чародейка. — Среди деревьев нас положат, как детей.

— Уважаемые, — храбрясь, заметил убийца, — кажется, мы в ловушке. Впереди и сзади неведомые гады, которые хотят нас сожрать. Начинаются настоящие приключения.

Ему никто не ответил и не подыграл, Тем более, что выглядеть презирающим опасности смельчаком у Брига не получилось. Слишком сильно было напряжение. Слишком явственно ощущалась надвигающаяся опасность.

Четыре шарика — это была почти смертельная доза, всегда приводящая к необратимым изменениям в организме, однако Мили сейчас меньше всего заботилась об этом. Если они выживут, то лекарей в мире много — кто-нибудь, да поможет, а если не выживут, то и беспокоиться не о чем. Эти шарики, да еще несколько чудом не разорвавшихся бутылочек Вивьена — все, что осталось от припасов и снаряжения, взятого в дорогу и погруженного на верных животных.

Одну за другой девушка проглатывала мягкую слизь, лишь немного стряхнув с нее дорожную пыль. По телу привычно прокатилась волна судороги — одна, другая. После третьего зеленоватого комка судорога стала сильнее, желудок немилосердно сокращался, норовя исторгнуть из себя, как ему казалось, отраву. Впрочем, он был недалек от истины. Четвертый шарик застрял в горле. Попав в трахею, он почти перекрыл девушке возможность дышать. Мили упала на колени и попыталась откашляться — тщетно. Комок основательно прилип к слизистой, более не двигаясь.

«Терпи», — мысленно повторяла себе чародейка, стараясь максимально расслабиться и успокоиться.

— Мили, ты в порядке?! — присев рядом с ней на цыпочки и несильно тряся девушку за плечи, чуть не кричал Маркус. Кажется, кричал он уже давно, а она и не слышала.

Чародейка покивала головой. Дышать и вправду стало немного легче. Слизь постепенно размягчалась и таяла, что дало возможность откашляться. Девушка не сдерживала себя, не думая стесняться — из ее рта и носа медленно вытекала тягучая зеленая слизь. Капли тяжело падали на примятую траву. Обидно, всего три шарика — этого не хватит, но организм уже не примет больше.

Мили утерлась рукавом, опираясь на руку Маркуса, медленно поднялась на ноги. Усталость уходила прочь, а ее место яркими всполохами занимала злость.

— Может, ты скажешь, что нас ждет? — убедившись в том, что чародейке стало заметно лучше, спросил Маркус.

Спросил и отпрянул под ее взором — в глазах девушки светилось почти неприкрытое безумие, на губах играла обольстительная улыбка. Эдакая спятившая хищница, вышедшая на охоту. И неважно, кем станет добыча — пищей или партнером для спаривания, а возможно и тем и другим.