Эллен Шрайбер - Поцелуй вампира: Вампирвилль

— Так иди к нему и скажи это, — проговорила я наконец. — Так он тебе и поверил!

Луна отступила и подняла взгляд к небу.

— Наверное, ты права, — смягчилась она. — Мне показалось, что я видела твое отражение в зеркальном зале, но Джаггер убедил меня в том, что это был фокус, оптическая иллюзия. Наверное, мне не хотелось верить в то, что Александр обратил тебя. Он ведь странный малый, ни на кого не похож, верно?

— Да, — согласилась я.

Настроение Луны изменилось, напряжение спало, плечи расслабились, гнев в голубых глазах сменился выражением одиночества и потерянности.

— Забавно, как много у нас с тобой общего, — продолжила она. — И это при всех наших различиях. Я, например, росла среди настоящих вампиров, рожденных для потустороннего мира. Среди всех моих знакомых я была единственной обращенной, пока не повстречалась с тобой.

В глазах Луны я видела искреннюю жажду задушевного общения. Она до боли напоминала мне кое-какое одинокое существо, отвергнутое той жизнью, к которой ему так хотелось бы принадлежать, то есть себя.

— Мало радости быть отверженной, — сказала я.

Луна улыбнулась и порозовела, словно мои слова слегка согрели ее темную душу. Она взяла меня за руку и устроилась рядом с корзинкой.

— Присядь на минутку.

— Мне правда надо идти, — сказала я, сопротивляясь.

— Только минуточку, — попросила она, и я неохотно села на одеяло.

— Расскажи мне, что ты почувствовала, когда обратилась, — попросила она, придвинувшись ко мне, словно мы были закадычными подружками.

— Когда почувствовала? — не поняла я.

— Когда Александр укусил тебя.

Я замешкалась. Ответить неправильно означало бы разоблачить себя. Ведь я была одна, общалась с вампиршей, не имея ни чеснока, ни кола, ни возможности выскочить на солнечный свет. Александр дожидался меня в нескольких милях отсюда, на городском кладбище.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты почувствовала? — повторила она.

— Это было как волшебство, — прошептала я.

— Да, — с энтузиазмом кивнула она.

— Как будто жизненная сила, подобной которой я никогда не знала, наполнила мою кровь и хлынула, пульсируя, прямо в сердце.

— Продолжай.

— Я почувствовала, что у меня сердце замерло, словно взорвалось от любви, а потом заколотилось снова, да так, как никогда раньше, — сказала я, почти веря в собственный вымысел.

— У меня получилось похоже, но у тебя-то была настоящая любовь.

— Да, ведь я полюбила Александра с первого взгляда.

На сей раз я сказала правду.

— Да, он парень видный, — кивнула Луна, а потом, словно поверяя мне сердечную тайну, перешла на шепот: — А на меня, можно сказать, один тип просто напал.

— Что за тип?

— Так, знакомый Джаггера, я его почти не знала. Но он был с волевым подбородком, мускулистой грудью, голубыми глазами и огненно-рыжими волосами. Ну вот, завел он меня на склад, мы стали целоваться. Губы у него были как бархат. Я и не заметила, как он меня укусил.

— Bay!

Я ловила каждое ее слово.

— Мы не находились на освященной земле, поэтому вечной связи между нами не установилось. Я его больше не видела.

— Печальная история, — произнесла я с искренним сочувствием.

— Тебе-то повезло, ты встретила Александра, поэтому должна понимать, как важен для меня Тревор. Когда Джаггер нас познакомил, я заглянула в его небесно-зеленые глаза и мигом ощутила влечение. Он симпатичный и спортивный. Насколько я поняла и почувствовала, ему не хватает только одного — истинной любви. Вот что привлекло меня к нему. Я ищу кого-нибудь, чтобы утолять мою жажду целую вечность. — Она потеребила пальцами розовый амулет. — У Джаггера иные потребности, чем у меня. Он охотник, постоянно испытывает голод. Ему нужна новая добыча. Он приходит в экстаз, когда очередной смертный, сам того не желая, преображается в кровожадного вампира. Но я — другое дело, охота меня не интересует. Текущая кровь — вот что меня по-настоящему возбуждает. Ее сладкий вкус, смешанный с солоноватым, вид того, как она растекается разводами по коже моего возлюбленного. Осознание того, что кто-то жаждет меня так же сильно, как и я его, стремление вечно насыщаться и насыщать друг друга. Мне нужен кто-то, способный навеки удовлетворить мой голод.

— Но Тревор тебя недостоин! — пылко заявила я. — Ты заслуживаешь лучшего! — (Луна недоверчиво воззрилась на меня.) — Тебе нужен кто-то умный, чувствительный, зрелый, смелый.

— Он как раз такой. Ты не знаешь его так, как я.

Я понимала, что мне пора уходить. Ведь Александр ждал меня на кладбище и наверняка удивлялся моему отсутствию. Но мне хотелось побольше узнать о Луне, о том, как она обратилась. Каково это, стать в наше время вампиром? Мне хотелось узнать многое, что напрямую касалось меня. Неизвестно было, представится ли другая подобная возможность.

— Тебе нравится вампирская жизнь? — спросила я с неподдельным интересом.

— Я ждала этого с нетерпением. В моей семье все поголовно вампиры. Когда родился мой младший братишка Валентин, я мечтала, что хоть он будет смертным, как я, но не тут-то было. Я прокляла тот день, когда он появился на свет. Последней смертной в моей семье была прапрабабушка. Я ее даже не знала. Моя жизнь протекала при дневном свете, когда все мои родичи спали. Я не принадлежала к их миру.

— Как же ты справлялась с одиночеством? — подивилась я.

— Я пыталась замаскировать это, старалась быть во всем первой, самой популярной девчонкой в школе, но это делало напряженными наши отношения с Джаггером. Я завидовала ему, а он — мне.

Мне трудно было представить, чтобы Джаггер кому-то завидовал.

— Я видела это на его лице всякий раз, когда он поднимался из гроба. Мы могли провести вместе совсем немного времени. Ведь к ночи мне надо было отправляться спать. Мы сидели с ним в моей ярко-розовой спальне, и я рассказывала ему во всех подробностях, что произошло за день в школе.

— Что интересного может произойти в школе? — фыркнула я.

— Джаггер особенно увлекался спортом. В Европе он очень популярен, и брат мечтал быть тем, кем не мог, — звездой футбола. Он следил за всеми матчами, знал игроков и тренеров, но ведь ему хотелось самому быть звездой, а не болельщиком. К тому же сверстникам он казался странным. Что это за малый, который в школу не ходит, бледный как смерть, тощий и одевается как последний придурок? Никто не брал его в свою компанию. Даже сейчас, наблюдая за тем, как Тревор гоняет мяч, брат втайне ему завидует. Может быть, именно поэтому он и присмотрел Тревора для меня.

На какой-то миг Джаггер и Луна показались мне не вампирами, а просто тинейджерами вроде меня, которым надоело быть аутсайдерами.