Месть и пламя - Мара Вульф

конечно, ты тоже иногда принимала ошибочные решения. Непогрешимых нет.

– Это не утешает.

Я отвела от себя его ладонь, хотя больше всего мне хотелось прильнуть к нему. Он враг, с которым я сражалась. Неужели я в настолько бедственном положении? Я прикусила нижнюю губу. Нет, все дело в том, что мое тело и разум не понимали, что этот мужчина – не Николай. Он выглядел как стригой, говорил как он и вел себя так же. Защитник, понимающий и терпеливый. Но это не он. На самом деле это не он.

Нексор стоически воспринял отказ.

– В такой ситуации нельзя ни утешить, ни простить. Вину, которую сам на себя возлагаешь, можно нести только в одиночку. Я бы не сделал ничего плохого этому ребенку. Хочешь, я накажу Брианну за ее поступок?

– Девочку это не вернет. Она исчезла навсегда.

– Мне жаль.

Его волшебная палочка заплясала в воздухе, и вокруг цветов запорхали бабочки и пчелы. Люмины засияли ярче прежнего, словно маленькие солнышки.

– Ей бы понравилось. Это у тебя я научилась отделять душу от тела и привязывать ее к месту?

– Нет. Не знаю, кто тебя научил, но в те времена в Ардяле жило много одаренных колдунов и колдуний. Гораздо больше, чем в наши дни.

Разве я намного лучше него? Имело ли значение, одну жизнь ты забираешь или много? Почему Великая Богиня не наказала меня за это? Хотя, может быть, она и наказала. Может быть, все эти перерождения и есть мое наказание. Остановив рост цветов, я полюбовалась своей работой. Бесполезное красочное великолепие. Девочке это не поможет. Взмахом руки я заставила все это исчезнуть, и коридор стал таким же мрачным, как и раньше. Люмины приглушили свет.

Нексор засунул руки в карманы брюк и пошел рядом со мной, когда я продолжила свой путь. Хоть это и противоречило всем доводам рассудка, он пугал меня меньше, чем Брианна.

– За время моих экспериментов по разгадке тайны бессмертия погибло много невинных. Лишь нескольким душам удалось сбежать от меня и отправиться в страну вечного лета. Извлечь душу из тела не так сложно, как принято думать. Настоящее мастерство заключается в том, чтобы найти нового носителя, в которого можно вселиться. Ведь тебе придется сражаться с его душой. Сковать ее. Мне потребовалось много времени, чтобы этому научиться. – Челюсти Нексора плотно сжались, как будто все внутри него сопротивлялось желанию произнести следующие слова. – Я зашел слишком далеко. Это единственный способ не потерять тебя, который пришел мне в голову. Я хотел любой ценой сделать нас обоих бессмертными. Чтобы мы могли не разлучаться, по крайней мере наши души. Твое тело слишком ослабло. Я понимал это.

Мы дошли до конца коридора и ступили на лестницу.

– Ты мог бы попросить стригоя укусить нас. – Не то чтобы я предлагала это всерьез.

Нексор лукаво улыбнулся и положил руку мне на спину, мягко надавив. Я глубоко вздохнула, и стеснение в груди исчезло. Последние крупицы страха рассыпались от его прикосновения. В любом случае страх у меня вызывал не он. Этот мужчина был слишком хорошо мне знаком.

– Андрада тебе предлагал. Он жаждал твоей крови. Если бы не я, он бы сразу тебя укусил.

– Но не тебя?

– Он доверял мне не больше, чем я ему. – Его улыбка стала нежной. – Но я доверял тебе. Знал, что ты никогда не изменишь мне с ним.

У меня задрожали губы, и я крепко их сжала. Нет. Я всего лишь его убила.

– Мое предложение остается в силе. Я заставлю Брианну ответить за свой поступок.

Я подняла на него глаза. Прядь волос упала Нексору на лицо, смягчив его черты. Должно быть, он недавно пил кровь, потому что в серебряных глазах не отражалось красного блеска.

– Она только выместит свой гнев на Яроне.

– Хорошо, – тут же уступил колдун. – Но ты не можешь запретить мне держать ее под присмотром.

– Я и не собираюсь. Она непредсказуема. Тебе не следовало учить ее создавать призрачных ведьмаков.

Пройдя через еще одну дверь, мы вышли на крепостную стену. Я облокотилась на каменную перегородку, вдохнула аромат весны, витавший в воздухе, и окинула взглядом лагерь. Все выглядело точно так же, как и вчера.

– Я этого не делал. Она нашла старые записи в Ониксовой крепости. Твой пожар сжег не все.

– И я должна в это поверить? – На тренировочной площадке Люциан вел поединок с какой-то длинноволосой ведьмой. Алексей и Кайла стояли в стороне и наблюдали за ними. – Если я вспомню местонахождение источника, как ты думаешь, есть ли шанс вернуть тебе тело, но не позволить Селесте завладеть магией?

– Она будет всячески пытаться это предотвратить. Магия источников – это все, что ей нужно.

– А ты не думал о том, что королева видит в тебе соперника? Тебе следует ее опасаться. Она может подумать, что мы стремимся захватить ее трон.

Колдун озорно улыбнулся.

– Ты меня предостерегаешь?

– Не хочу, чтобы с телом Николая что-то случилось.

Нексор на мгновение замолчал, как будто ему сначала пришлось собраться с мыслями.

– Как только ты откроешь источник, я вернусь в свое тело. После этого тебе будет легче принять меня.

– Но тогда Селеста попробует забрать Николая себе.

Ужасная мысль. Неужели его душа к тому моменту будет настолько сломлена, что он не сможет с ней бороться?

– Да, попробует. Но это уже будет не твоя забота. Палатин – сильный лидер. Он будет стойко противостоять ей.

Я постучала пальцем по его твердой, как железо, груди.

– Он мог бы, если бы ты не поступил с ним так. Дай мне поговорить с Николаем.

– Нет, – резко прозвучало в ответ. – Пока нет, – тут же смягчился Нексор, когда я вздрогнула. Он провел рукой по лицу. – Прости. Я не хотел тебя пугать. Просто с ним нелегко. Он сопротивляется мне, и я не могу его за это винить. Ты очень ему дорога.

– Он тоже мне дорог, – откликнулась я, испытав удивление и облегчение одновременно. Он сражался. Конечно, он сражался. Николай не из тех, кого можно запереть где-то.

– Пока он не мешает моим планам, с ним ничего не случится. Он просто должен продержаться. – Колдун вздохнул.

– Когда именно ты занял его тело? – поспешно спросила я, пока Нексор еще был здесь. Мне нужно знать. – Ты уже находился внутри него, когда я впервые приехала в Карайман?

– Нет. Тогда он был собой. Я вселился в него лишь после того, как он начал переговоры с Селестой. Николай целиком и полностью отец твоей дочери. Об этом можешь не беспокоиться.

Я