Терри Брукс - Рыцарь Слова

Ну разве это не замечательный способ докопаться до корня проблемы бездомных, найти пути их реабилитации и реформирования? Как определить разницу между типами бездомных, чтобы те, кому нужна помощь, могли получить ее? Сколько долларов из налогов тратится на строительство убежищ с душем и горячей пищей для бездомных? Какие усилия предприняты для изучения способов, как справиться с домашней жестокостью, особенно в отношении женщин и детей?

Он сложил руки на груди.

— У нас тысячи и тысячи людей, живущих на улицах в то же самое время, когда есть люди, зарабатывающие миллионы долларов в год, владельцы компаний, производящих продукты, употребление которых разрушает здоровье, окружающую среду и нашу систему ценностей. Невероятная ирония. Практически непристойность. Я чувствую себя Дон Кихотом, сражающимся с ветряными мельницами.

— Но вы не можете изменить порядок вещей, Саймон, — кивнул Рэн. — Эта проблема уже вошла в нашу плоть и кровь, изменить ее — значит изменить нашу жизнь в корне. Расскажите мне об этом.

— Выглядит все безнадежно, не так ли? — Саймон пожал плечами. — Но знаете что, Эндрю? Я отказываюсь сдаваться. Ни за что. И мне наплевать, что я могу проиграть. Вот если я перестану пытаться — тогда дело худо. — Он немного задумался. — Очень жаль, что я не настоящий Волшебник Оз. Будь я им, смог бы выступить из-за кулис и все изменить.

— Вряд ли, — хихикнул Рэн. — Оз был мошенником, или вы забыли?

Саймон Лоуренс рассмеялся вместе с ним.

— К несчастью, да. Я думаю об этом всякий раз, когда кто-нибудь обращается ко мне, называя этим именем. Сделайте одолжение, Эндрю: воздержитесь от упоминания этого дурацкого имени в своей статье. Назовите меня Тото или еще как-нибудь, вдруг мне понравится?

В дверь робко постучали, и вошла Стефани Уинслоу с подносом, на котором стояли два кофе с молоком. За ним Саймон посылал Стефани в кафе книжной компании «Эллиотт-бэй». Оба мужчины встали, но она жестом попросила их сесть.

— Пожалуйста, сидите, джентльмены, ведь вам нужна энергия для интервью. Я просто поставлю все на стол и пойду.

Она ослепительно улыбнулась Рэну, и ему вдруг захотелось стать моложе, симпатичнее, — возможно, чем-то средним между Харрисоном Фордом и Биллом Гейтсом, она чтобы попытать счастья с этой женщиной. Стефани Уинслоу была не просто красивой, но еще и обладала экзотической внешностью — незабываемое сочетание. Высокая, стройная, с черными кудрявыми волосами, спадавшими на плечи и сверкавшими на солнце. У нее была смуглая кожа, говорившая, что у нее в роду смешались представители разных национальностей. У Стефани были большие темные глаза и некрупные, совершенные черты лица. Двигалась она весьма грациозно на своих длинных точеных ногах, высокую шею держала прямо, а формы были ну просто завораживающими. Она излучала спокойную уверенность, заражавшую людей вокруг. Эндрю Рэн мог бы прилететь в Сиэтл только затем, чтобы увидеть ее воочию.

Она поставила кофе на стол и направилась к дверям.

— Саймон, я хочу закончить подготовку С. Э. М., а потом уйду. Джон дописал вашу речь и представит для первичного прочтения, так что мы собираемся со вкусом пообедать. Увидимся завтра.

— Пока, Стеф, — помахал ей Саймон.

— Рада была повидаться с вами, мистер Рэн, — сказала она.

Дверь закрылась с негромким щелчком. Рэн вздохнул.

— Разве она не могла бы стать моделью или актрисой? Чем вы ее тут держите, Саймон?

Саймон Лоуренс пожал плечами.

— Вы останетесь на открытие в среду, Эндрю, или уедете?

— Нет, я пробуду здесь до четверга. — Рэн потянулся к своему стакану и сделал глоток. — Мне важно увидеть церемонию. Моя статья будет в основном посвящена ей.

— Отлично, — кивнул Саймон. — А чему еще, если вы не против моих вопросов? Все, о чем мы говорили, было в газетах. Я бы добавил — с тошнотворными подробностями. «Нью-Йорк Таймс» не стала бы посылать своего лучшего мастера репортерских расследований за повторным интервью, верно ведь? Так в чем дело, Эндрю?

Рэн поднял голову, пытаясь казаться естественным.

— Ну, часть статьи будет посвящена церемонии. Я работаю над попытками вовлечения корпораций и правительства — или над отсутствием таковых попыток — в социальные проблемы урбанистической Америки. Видит Бог, как трудно отыскать что-нибудь позитивное, о чем можно написать, одни лишь программы — яркие звездочки во мгле. Вы действительно заняты делом, в то время как остальные только разговаривают.

— Но?..

— Но в последний месяц газета получила серию анонимных телефонных звонков и писем, подразумевающих, что в ваших программах существуют несоответствия, которые нужно расследовать. Мой редактор велел мне разобраться, и вот я здесь.

Саймон Лоуренс кивнул, лицо его ничего не выражало.

— Финансовые несоответствия. Что ж, понимаю. — Он изучал Рэна. — Вы, должно быть, уже проделали кое-какую работу. Что-нибудь обнаружили?

— Ничего, — признался репортер.

— Да и не смогли бы. Это даже смешно, — Саймон отпил из стакана и вздохнул. — Хотя, что еще я мог бы вам сказать, верно? Поэтому, дабы вы, Эндрю, могли с легкостью отчитаться о проделанной работе, я предоставлю вам все наши бухгалтерские книги. Я нечасто это делаю, вы же понимаете, но в нашем случае сделаю исключение. Вы, наверное, уже знаете, что у нас есть бухгалтеры, юристы и совет директоров, чтобы все дела шли как положено. И мы проводим операции высокого уровня с важными жертвователями. Ведь нам, с нашим имиджем, ничего другого и не остается.

— Мне это известно, — отозвался Рэн, выглядевший слишком смущенным, чтобы заметить скрытую критику. — Благодарю вас за разрешение посмотреть все своими глазами.

— По книгам вы увидите поступления и расходы. Все, кроме имен жертвователей. Вам ведь они не нужны, Эндрю?

— Нет, нет, — быстро помотал головой Рэн. — Меня интересует только судьба денег после поступления на счет. Хотелось бы удостовериться, что написав статью о «Фреш Старте», «Пасс-Гоу» и Тото, Бродячем Волшебнике, я не стану выглядеть идиотом, — с туповатой улыбкой выдавил он.

— Идиотом? — Саймон Лоуренс холодно взглянул на него. — Только не вы, Эндрю. Не похоже на вас. Кроме того, если выловите что-нибудь нечистое, дайте мне знать, идет? Я хочу тоже быть в курсе. Допивайте свой кофе. — Он встал. — Я позову Дженни Пэрент, бухгалтера, пусть принесет записи. Можете сидеть здесь и просматривать, сколько душе угодно! — Он взглянул на часы. — У меня в пять встреча с несколькими людьми в центре города, но вы можете находиться здесь хоть ночь напролет. Встретимся утром, и тогда расскажете, что накопали. Вы довольны?