Фред Стюарт - Вальс Мефисто

– Но мне не нужна собака! – фыркнула Пола. – Ты же знаешь.

– Но что я могу возразить? – беспомощно пожала плечами Мэгги. – Эбби буквально запрыгала от радости, и мне не хотелось обижать Роксанну. Вспомни о рояле и деньгах. Мне показалось, что ты захочешь сделать ей одолжение, а она очень хотела избавиться от Робина.

– Мама, он отличный пес. Видишь? – Эбби обняла Лабрадора за шею. Робин поднял морду и лизнул ей лицо. – Он просто замечательный и даже не делает пи-пи и прочее на ковер…

– Он в самом деле вышколен, – заметила Мэгги. – К счастью.

«Но я не вынесу присутствия этого животного», – подумала Пола, вспоминая канун Нового года и страх, охвативший ее, когда пес вышел из гостевой комнаты. Она повернулась к Майлзу.

– Майлз, скажи ей сам. Майлз смотрел на Робина.

– О чем именно?

– Скажи, что не хочешь собаку.

– Пожалуй, пес нравится Эбби, – потер подбородок Майлз. – И, поскольку он уже здесь…

– Майлз!

– Не стоит волноваться.

– Но ты всегда повторял, что терпеть не можешь собак!

– Эбби хочет его, а я не вижу причин отказывать Роксанне.

– Но я не хочу этого пса!

– Почему?

– Потому что я боюсь его!

Все уставились на нее, она тут же пожалела о слетевших с языка словах. И посмотрела на Робина. Тот, помахивая хвостом, терся о ладонь Эбби. Трудно было представить себе более мирную сцену.

Мэгги подавила смешок.

– Извини, что я тебя рассмешила, – бросила ей Пола.

– Милая, я же не знала о твоем отношении к собакам. Ей Богу, этот пес никогда…

– Ты не понимаешь, Мэгги, – вмешался Майлз. – Пола приняла его за собаку Баскервиллей, или что-то в этом роде…

– Майлз, прекрати свои дурацкие шутки! Ну ладно, прошу извинить за поднятую суматоху и за мою пугливость. Пусть пес останется, мне все равно. Но держите его подальше от меня, – добавила она, направляясь в спальню.

– Что с ней происходит? – подняла брови Мэгги.

– Просто она устала, – объяснил Майлз, наклоняясь, чтобы почесать Робина за ушами. Пес благодарно лизнул ему руки.

– Устала? После десяти дней на Бермудах?

– Мы порядком покуролесили. И она превысила свою дозу спиртного.

– 0-ля-ля, у богатых свои проблемы. Что ж, я пойду. Эбби, твой чемодан где-то здесь?

– Он в спальне.

– Ну, до свидания, милая. Ты была паинькой и порадовала меня своим обществом. Эбби поцеловала ее.

– Спасибо, тетушка Мэгги.

– Пока, Майлз. Хорошо, что вы вернулись. Не провожай меня.

Мэгги сошла вниз, а Эбби подбежала к отцу и обняла его.

– Папа, спасибо, что позволил Робину остаться! Я бы умерла, если бы мама отняла его у меня!

Присев на корточки, Майлз ласково потрепал дочь по щекам.

– Нам нужно быть терпеливыми с мамой.

– Почему?

– Знаешь, в последнее время она неважно себя чувствует.

– Ты хочешь сказать, что она болеет? – нахмурилась Эбби.

– Нет, не болеет. Просто иногда представляет себе вещи, которых на самом деле нет. Например, почему-то испугалась Робина. Ведь это глупо, правда?

Эбби коротко рассмеялась.

– Вот уж да. Ведь он и муху не обидит.

– Но мама думает, будто он может ее укусить, и поэтому мы должны проявить терпение. Поняла?

– Кажется, да.

– Хорошо. Иди разбери свой чемодан. Вначале поцелуй меня.

Она обняла его, затем схватила Робина за ошейник и помчалась вместе с ним в свою комнату.

– Живее, Робин! Ты будешь спать со мной, и я с тебя глаз не спущу…

Майлз вошел в спальню. Пола распаковывала сумку и неприязненно глянула на него. Он подошел и положил ей на плечи руки.

– Перестань, Пола. Эбби обожает пса. Мы не можем ей отказать.

Она не ответила, выскользнула из его объятий и уложила в комод несколько рубашек.

Он улыбнулся.

– Разве ты меня уже не «лю»?

– Я думала, ты не знаешь, что это означает. Он снова обнял ее и поцеловал.

– Я знаю все о нашей маленькой Поли.

Она расслабилась и положила голову ему на плечо.

– Прости, что я вела себя, как леди Макбет. Наверно, Робин вовсе не настолько страшен?

– Он рвет глотки только, когда сильно голоден. Пола вздрогнула.

– Не смей так шутить!

– Извини.

Она взглянула ему в глаза и откинула ладонью свои светлые пряди, кажущиеся почти желтыми в сравнении с его загорелой кожей.

– Майлз, ты не сердишься на меня за что-нибудь, а?

– Я? Ведь это ты вдруг вышла из себя.

– Да, но я говорю о другом. Знаешь, после того, как ты получил эти деньги, мы, похоже, «настроились на разные волны».

Он присел на постель.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты изменился. Вот и теперь: ты же никогда не хотел собаку. И вдруг говоришь «давай возьмем Робина».

– Разве я не могу передумать? Да и Эбби от него без ума. Стоит ли ее расстраивать?

Пола еле сдерживалась, чтобы не заспорить, ей хотелось о многом расспросить его, но, почувствовав, что он явно не настроен на «ту волну», решила, что продолжать разговор не имеет смысла.

– Ну хорошо. Наверно, я сошла с ума. Давай перестанем об этом.

– Но я не понимаю, почему ты считаешь, что я изменился… Я такой же, как всегда, насколько мне помнится…

– Ей Богу, перестанем. Забудем об этом, ладно? Он с любопытством глянул на нее.

– Ладно.

Она натянуто улыбнулась и продолжала разбирать вещи.

– Впрочем, я рада, что мы богаты. Похоже, Робин способен слопать целую коробку собачьих консервов за день, а они не дешевы. И если он сходит на ковер, пожалуйста не ждите, что я буду за ним убирать.

Майлз промолчал, не сводя с нее глаз.

На следующий день Майлзу позвонил его агент. Дон Кройдон. Журнал «Тайме» предложил триста долларов за интервью с Дунканом Эли, слегка измененном «под ретроспективу». Майлз согласился сделать краткую редакцию. Очерк должен был появиться через одно воскресенье.

… Пола никогда не имела дел с крупными денежными средствами. Ее отец был служащим страховой компании. Они жили в уютном традиционном пригороде Хартфорда и всегда казались респектабельными. Но смерть матери от удара, вероятно, надломила отцовскую волю: он сильно запил и потерял работу. Наконец, он умер, а после его смерти Пола обнаружила, что бывший страховой чиновник не оставил после себя завещания и пропил все проценты. После продажи имущества и оплаты расходов ей осталось пять тысяч долларов, три из которых она вложила в «Бич Бам».

А сейчас вдруг все, к чему она прикасалась, начинало приносить дивиденды.

«Бич Бам» вошел в моду. С подачи Роксанны магазин стал «притчей во языцех» среди ее богатых друзей из Ист-Энда. Разработанные Мэгги дизайны считались «смелыми» и «авангардными». Подруг завалили заказами. Их бухгалтерия сообщила, что доход за прошлый год после вычета налогов составил одиннадцать тысяч долларов, а в этом году он должен составить еще большую сумму.