Кроваво-красная луна – 4 - Владимир Александрович Мисечко

есть трупе такого загадочного, что от него разит бесовщиной? – задал вопрос капитан и заметил, что при слове труп, у старшего лейтенанта Егорова стало меняться лицо.

– Сам посмотри, – показал рукой на закрытое простынёй тело, недалеко от ворот.

– Разве ты не покажешь мне его сам, старлей и расскажешь, что с ним там такое приключилось? – фыркнул, улыбаясь, Вадим.

– Нет уж, уволь, я на это второй раз смотреть не хочу. Меня и после первого вывернуло наизнанку, так что ступай один, а я тебе здесь подожду.

– Николай, – сделав шаг в сторону трупа, обернулся капитал, – а где дворник, который всё это обнаружил?

– Я его опросил и отпустил, от этого алкаша всё равно никакого толку не было, – ответил старлей.

– Зря ты это сделал! – бросил Вадим и потопал дальше к закрытому простынёй телу, – возможно, он что-то видел или знает, но боится рассказывать!

– Да ни хрена он не видел! – крикнул Егоров в спину капитана Шведова. – Когда мы сюда прибыли, он еле-еле стоял на ногах. Пробормотал, что, когда это увидел, чуть сам от страха не помер. Засадил с горлышка бутылку водки, которая была у него и сел на задницу. А когда я его стал подробно расспрашивать, что он знает по этому делу, то и вовсе понёс околесицу, а потом и вовсе заткнулся. Так что толку он него ноль бес палочки.

– Ну, не скажи, – пробормотал Вадим, но его никто не услышал.

Подойдя к закрытому простынёй трупу, капитан поднял её за уголок и ахнул.

– Что там, Вадим? – услышал он голос Олега Петроченко.

– Где остальные? – повернулся на голос Вадим.

– Степана и Джеки я оставил в конторе, нечего им тут толкаться под ногами.

– Сергеич в конторе? – махнул Вадим Олегу рукой, чтобы тот подошёл к нему.

– Да! – бухнул Олег и поплёлся в сторону капитана.

Подойдя капитану, Олег протянул ему руку, для приветствия, а потом, показав на, закрытое простынёй, тело, спросил:

– Кто это у нас там?

– Так как сразу сказать не смогу, то, что я, краем глаза, увидел, просто кусок мяса, – ответил Вадим и передёрнулся, словно сбрасывая с себя негатив.

– И, что никак не понять, мужик это или баба? – вновь задал вопрос Олег, поглядывая на Вадима.

– Взгляни сам, может, что и разглядишь в этом месиве, только …

– Что только? – перебил капитана Олег.

– Ничего, – прошипел сквозь сжатые зубы Вадим и сдёрнул с трупа простыню.

Олег чертыхнулся, увидев, что лежит на земле и сорвался с места, чтобы не напакостить на то, что было под ногами.

– Рассмотрел?! – улыбнувшись, бросил капитан Шведов Олегу, когда тот разогнулся и вытер рот платком.

– Сам дурак и шутки у тебя дурацкие, – хватая ртом воздух, чтобы восстановить нормальное дыхание и, несмотря на изуродованное тело, пробормотал Олег.

– Я предупреждал, что зрелище не из приятных! – выкрикнул Николай Егоров, повернув к оперативникам голову, но ни к кому конкретному не обращаясь.

– Осмотр места происшествия делали? – накрывая тело простынёй, обратился Вадим к Егорову.

– Кругом никаких следов нет, кроме дворника, я это лично проверил и занёс в протокол, – ответил Николай, когда Вадим и Олег подошли к нему.

– Только вот это, – раскрыл ладонь, стоявший рядом с Егоровым второй оперативник из его группы.

– Что это? – взглянул на него Вадим, не поняв, что тот держит в руке и показывает ему.

– Я и сам не знаю, – пожал плечами сержант, покосившись на Егорова, который резко изменился в лице, – но эта вещь лежала в метре от трупа, вон там, в траве, – развернувшись, сержант показал рукой, где её подобрал.

– Разберёмся! – бухнул Олег и, подойдя к сержанту, протянул руку, – дай я посмотрю!

– Не трогай! – рявкнул на него Вадим и достал из кармана носовой платок. – Клади это сюда, в конторе посмотрим! Всё! – капитан снова повернулся к Егорову, – вызывай труповозку, пускай тело везут к нам в морг. А мы, с вашего позволения, старший лейтенант, удаляемся отсюда.

– Что? – не понял последнего слова Николай.

– Мы в контору, – улыбнулся Егорову Вадим.

– А протокол осмотра? – уставился на капитана старлей, глотая слюни.

– Отдашь в канторе, когда доставишь тело, – Вадим развернулся и отправился в сторону припаркованного чёрного Джипа, на котором прибыл Олег. – Олег! – не оборачиваясь, крикнул он застывшему в ступоре бойцу, – догоняй!

Передёрнув плечами и тряся головой, Олег поспешил за Вадимом, что-то бормоча себе под нос.

Глава 2

В пятницу у Николая Егорова, старшего лейтенанта полиции, был выходной.

Провалявшись часов до десяти утра, он нехотя поднялся и отправился в ванную комнату, чтобы побриться и принять душ. Ещё с вечера, когда он вернулся домой и проверил свою коллекцию, у него разболелась голова.

«Хорошо, что завтра не на работу, и он сможет подготовиться, к походу за последней тринадцатой вещицей, которая ему было так необходима, для совершения обряда», – размышлял Николай, включая душ.

Он не любил, когда на лице щетина и из-за этого брился каждый день, тщательно скребя себя опасной бритвой. Электрическую бритву и станок он не признавал, говоря, что после них на коже появляется раздражение и он чувствовал себя не в своей тарелке.

Но сегодня из-за головной боли он плохо спал и во время бритья, порезался.

– Вот зараза! – рявкнул Николай на своё отражение в зеркале и, зажав порез рукой, поспешил на кухню, чтобы наложить на ранку пластырь.

Достав из шкафчика лейкопластырь, он аккуратно заклеил ранку и стал готовить себе зелёный чай. Кофе он тоже любил, но только не сегодня, он ещё больше поднимет у него давление и не позволит сосредоточиться на задуманном. Ведь ему, кровь из носа, требуется достать в свою коллекцию тринадцатую вещицу. А если он будет нервничать, то это дело может сорваться и тогда вновь нужно будет отложить, на неопределённое время, обряд посвящения.

«Немного успокоюсь, а потом, когда кровь перестанет сочиться, добреюсь», – наливая в чашку чай, размышлял Николай.

Но чай ему так и не пришлось попить, а тем более добриться.

Присев за стол, он только поднял чашку и хотел сделать глоток, как зазвонил телефон.

Вздрогнув от неожиданности, Николай выронил из рук чашку с чаем, и она с грохотом упала на пол, разлетевшись на мелкие кусочки, а чай образовал небольшую зелёную лужицу.

Завернув трёхэтажным матом, мужчина поднялся и, переступая осколки и лужицу, поплёлся в комнату за телефоном.

– Прибью, если звонят с работы, – заворчал Николай.

Уже подходя к двери в комнату, он остановился, и хотел было вернуться на кухню, когда телефон замолчал. Но, только он развернулся и поднял ногу, чтобы сделать шаг, телефон вновь затрещал и