Дылда Доминга - Изоморфы

— Кто это? — спросила она.

— Летиция, я давно ее знаю.

— Но что ей нужно?

— Полагаю, обычный дружеский визит. Но, конечно, исключать возможность того, что она разнюхивает что-то о тебе, тоже нельзя.

— Но с чего бы ей этим заниматься?

— Может, кому-то еще стало известно, что ты не обыкновенный человеческий отпрыск.

Саша подумала о Косте, но это было совершенно исключено. В последнее время она слишком много металась между мужчиной и парнем, не зная, кому доверять, а печальная истина заключалась в том, что на самом деле, ей нельзя было доверять никому.

— Так что случилось? — спросил Гай.

— Соскучилась, — соврала Саша. Как странно и противоестественно было совершать свои первые шаги на пути обмана.

— Так быстро? — усмехнулся он. — Так мне можно выключить фон?

Это было и приглашение, и испытание одновременно.

— Тебе нравилась Стефф? — вдруг спросила Саша.

Гай пожал плечами:

— Да, у нее была неплохая фигурка.

— И ты запал на нее только ради этого?

— Послушай, Саша, у меня было много женщин, и я этого не скрываю. И ты сама понимаешь, что для нашей жизни это нормально. Ведь мы не можем поддерживать постоянные отношения, время от времени заявляясь к своим любимым в облике совершенно другого человека с радостным «ты не поверишь, но это по-прежнему я».

— Гай, я не об этом, — покачала головой Саша, — зачем я тебе?

— Да, ты дикарка, сначала ты привлекла меня этим, затем судьба свела нас снова. Я не строю планов на будущее, но мне хорошо с тобой сейчас.

Его ответ казался искренним и разочаровывал одновременно. Хотя чего она еще ждала от такого человека, как Гай? Предложения руки и сердца и пышной свадьбы с приемными родителями? Или еще лучше: с блудным отцом Тинни-Винни, простите, матерью, и еще одним неизвестным в роли ее отца.

— Не грусти, — он по-дружески потрепал ее по голове, — не обо всех вещах нужно задумываться всерьез.

— Что у тебя за дела здесь, в России? — спросила Саша. — Ты тут уже вторую неделю.

— Я тебе надоел? — улыбнулся Гай, и его приятное лицо и мягкая улыбка заставили Сашу усомниться в ее подозрениях.

— Расскажи мне больше об этой приезжей, реберфе, — кивнула она в сторону соседнего номера.

— Боюсь, не успею, — с сожалением произнес Гай, указывая на плазму. Там уже бежали титры, фильм закончился.

— Разве мы с тобой можем заниматься только этим?

— Нет, — покачал он головой, — но я не хочу, чтобы нас услышали.

— Хорошо, — Саша коснулась губами его щеки и направилась к дверям.

— Постой, — он догнал ее, крепко прижал к себе и впился в ее губы, выпивая до дна все, что она решила утаить. Саша глядела сквозь полуопущенные ресницы на его лоб, скулы, глаза, и так невыносимо хотелось довериться, расслабиться, сдаться на чью-то нежную милость.

— Гай, — прошептала она ему в губы.

— Я позвоню тебе, как только опасность минует, — отозвался он, легко подталкивая ее к выходу.

Саша не помнила, как спустилась вниз: перед ее мысленным взором стояло лицо Гая. Может быть, он на самом деле любил ее? Только ему сложно было в этом сознаться даже самому себе? Ведь он фактически тоже решил укрыть ее от системы, нарушая правила, разве нет? Гай заботился о ней, оберегал, неистовствовал в постели… Двери лифта раскрылись, пропуская девушку внутрь, и вереница прекрасных мыслей растаяла сразу же, как только Саша увидела перед собой высокую сухую женщину в черно-белой юбке и блузке в розочку.

Гай был прав: она видела ее не только тогда, когда находилась в чужом теле. Мать Гая приветливо ей улыбнулась, как старой знакомой, и потянулась в ее сторону. Она вновь протягивала к ней немолодые руки, как и там, в Бельгии, и Саша в ужасе отшатнулась от нее еще на один шаг назад. Но дальше отступать было некуда — там была задняя стенка лифта. В тот момент, когда Саше показалось, что женщина вот-вот дотронется до нее, и произойдет нечто, от чего она заранее внутренне содрогалась, грузный мужчина вошел в двери лифта, затаскивая следом массивный чемодан. Его тело прошло сквозь призрак матери Гая, и она бесследно растворилась. Саша взглянула на незнакомца с благодарностью и, извинившись, протиснулась мимо него на выход.

Глава 10

Тело Саши било мелкой дрожью. Было во всей этой истории с мамой Гая что-то неправильное. Почему женщина преследовала ее? Ведь ей нужно было вовсе не свидание с сыном, как могло бы показаться сначала. Она не желала ему ничего передавать и не требовала ничего исправить. И почему сама Саша, если она была всего лишь одним из реберфов, пусть и дикаркой, могла видеть призраков, а Гай не мог? Вопросы хороводом кружились в ее голове, когда она на улице фактически врезалась в высокого темноволосого мужчину, который тут же наградил ее поистине испепеляющим взглядом.

— Смотри, куда идешь! — воскликнул он по-французски и сопроводил свою фразу длинным ругательством.

— Просите, месье, — не задумываясь, также по-французски ответила Саша и запнулась, глядя на него совершенно изумленными глазами. Она ведь никогда не изучала ничего, кроме английского в школе, да и то так, вскользь. Это был еще один вопрос, который следовало задать Гаю: переходили ли к реберфам знания их носителей? Если так, то девочка из Бельгии оказалась очень даже одаренной в плане языков. Неужели за какие-то месяцы ей удалось вынести столько нового? А Саша ее отблагодарила смертью.

— Говорите по-французски? Очень мило, — кивнул ей мужчина, делая про себя какие-то выводы. Она узнала его: это был тот самый человек, с которым они поднимались в лифте, сосед Гая. Сосед Гая? Сердце Саши пропустило удар: он зашел в номер Летиции.

Саша отшатнулась от него и, изобразив неловкий жест извинения, как можно быстрее пошла своей дорогой. Гай советовал ей не высовываться, а она и не высовывалась, почти. И не успела зайти за угол, как столкнулась носом к носу с Костей.

— Да что же это за вечер, — пробормотала она.

— Черт, нельзя, чтобы он нас видел, — едва ли не впервые на ее памяти выругался Костя и потащил ее в ближайшую арку вглубь двора. Сегодня все окружающие почему-то были предельно «вежливы».

— Куда ты меня тащишь? — зашипела Саша, начиная вырываться, но Костя не отпускал и настроен был весьма решительно.

— Дюпре шел почти следом за тобой, как ты не понимаешь! — возмутился он, когда они вместе с Сашей, наконец, укрылись в темноте среди небольшого садика. — Что случилось?

— Какой еще к черту Дюпре? — на тех же тонах ответила ему Саша, яростно сверля его взглядом.

— Наше начальство из Европы, француз!