Сага о Мрачных Водах. Призраки Перламутра - Илья Сергеевич Ермаков

кабинета. Когда он просыпается, она уже на работе. Когда он засыпает, она только собирается уходить. Весь день она проводит с ним. Скорее всего другой жизни у нее нет. Она приходит домой и просто валится в постель. Засыпает. А на утро… снова здесь с ним борется за жизни пациентов.

— Ты заслуживаешь большего, чем жить такой жизнью.

«Лита слишком хороша, чтобы жить так».

— Лита, Лита, Лита…

Скальд прошел к своему столу, опустился в кресло, открыл нижний ящик и приподнял днище, за которым скрывался секретный отсек. Достал бутылочку «Зов моря». Уже открыта и почти выпита.

Скальд знал, что сегодня допьет виски до конца.

Открыл крышку, и та со звоном упала на плитчатый пол.

Скальд поставил локоть левой руки на крышку стола и рассмотрел свои перебинтованные пальцы.

«Лита слишком хорошо бинтует. Мне такому никогда не научиться. Руки не из того места».

Скальд сделал два глотка и ощутил, как горячий шар прошелся по его глотке и нырнул в пищевод.

В голову резко ударило. В висках зашипело.

— Опять этот Алый Вопль… да сколько можно?! Твое ж мать…

Еще глоток.

И еще.

«Остановиться? Нет».

Еще один глоток.

«Теперь можно притормозить».

Скальд ставит бутылку на стол и опускает руки вниз. Голова его запрокидывается к потолку, и глаза рассматривают линии на панелях.

— Силиста…

Звон битого стекла.

В кабинет врывается ночной морозный ветер.

Скальд смотрит перед собой и видит незваных гостей: белая сова, необычно большая для нормальных размеров, держит в клюве рыжую бродячую кошку. Глаза совы — два желтых фонаря с тонкими красными щелочками. По стальному блестящему клюву струятся алые ручейки. Кошка выпадает из пасти хищника на пол, прямо в центр кабинета, и издает последние предсмертные жалобные стоны.

Расправив крылья, сова нагоняет жертву и беспощадно вцепляется острым крючковатым клювом в хилое полуживое тельце. Острие вонзается в слабую плоть, отрывая крупный мясистый кусок шерсти. Кошка погибает от множества ран и сильной кровопотери. По белому полу растекается багровая лужа.

Перемещаясь на высоких когтистых лапах и размахивая крыльями, сова кружится вокруг обеда, поедая добычу.

— Какого черта?!

Скальд вскочил со стола и замер в оцепенении. Такое он видел впервые.

«Сова жрет кошку… в моем кабинете!».

Он взглянул мельком на окно — беспощадно разбито.

Сова, отвлекшись от трапезы, злостно взглянула на хозяина помещения. Ее красные щели замерцали искрами.

Скальда этот взгляд заставил пошатнуться и упасть в кресло.

«Этого не может быть… это просто кажется… это просто…».

И тут внутрь залетают другие — черные вороны. Целая стая. Яростно каркая, они подлетают к сове и окружают ее со всех сторон.

Армия ворон напала на белого противница. Они всячески пытались ранить сову то клювами, то когтями. Сова отбивалась, размахивая лапами и крыльями.

Вороны, окружив сову, вцепились в нее все разом клювами, обездвижив врага. Замахали дружно крыльями и поднялись в воздух. Стая ворон, расправившись с противником, взмыла вместе с ним и унеслась прочь через разбитое окно в ночь.

А рыжая кошка… ее кровавый разодранный труп так и остался лежать на полу.

«Совы… вороны… кошки… какого черта здесь творится?! Я вроде бы немного выпил…».

Скальд даже поднял бутылку «Зова моря» и оценил количество ее содержимого.

— Я сделал глотка три-четыре. И не больше. Раньше такого никогда не было. Проклятье!

Скальд схватился за голову, снял очки, протер глаза руками и интенсивно заморгал.

«Это не сон».

Он надел очки и осмотрел кабинет еще раз: окно разбито, а труп кошки лежит прямо перед ним.

— Разве… совы могут быть настолько агрессивны?

Скальд обогнул свой рабочий стол, осторожно приблизился к кошачьему трупику.

«Нужно убрать, пока запах не появился».

Скальд сел на крышку стола и сделал еще два глотка виски.

— Ну, и дела…

А потом… зазвонил стационарный телефон.

От резко звука Скальд даже вздрогнул и чуть не выпустил бутылку из рук.

— Проклятье!

«Кому понадобилось звонить сюда ночью?!».

Сначала птичий поединок в его кабинете, а теперь непонятные звонки. Скальд начинал жалеть о том, что не позволил Лите остаться с ним в эту ночь.

Возможно, всего этого можно было бы избежать.

Скальд прошел к телефону и снял трубку.

Лишь дыхание… шумное… отрывистое…

— Алло?

Дыхание участилось.

— Кто это?

Пауза.

Скальд уже хотел положить трубку, как вдруг услышал голос:

— Почему ты оставил меня?

Детский голос.

Мальчишка.

— Что? — не понял Скальд.

— Почему ты не спас меня? Ты оставил меня умирать!

— О чем ты говоришь? Кто ты такой? Ты знаешь, что баловаться ночными звонками запрещено?! Я могу сейчас же связаться с твоими родителями или позвонить в полицию. У меня есть связи с самим Людо Ксавьером, мелкое хулиганье!

Но голос на обратной стороне не унимался:

— Зачем ты так со мной? Я же хотел просто… быть рядом.

— Что? Какого ты…

— Папочка.

Скальд замер.

Реальность покачнулась.

Его мир растворился. Или он растворился в нем? Непонятно.

— Спаси меня. Ты же этого хочешь, да? Так спаси, пока есть шанс! Я так скучаю…

— Как тебя… зовут?

— Не помнишь имя, которое сам мне дал? А я еще надеялся на твою помощь.

— Нат…

— Думал, что… папочка придет. Что спасет меня. А ты не пришел. Ты оставил меня там… под землей…

— Натаниэль! Где ты? Ты жив? Скажи мне, и я тебя найду! Скажи! Что с тобой?

— Найди меня, папочка.

— Нат! Нат! Натаниэль!

— Мамочка скучает по тебе…

Скальд вытер холодный липкий пот со лба.

— Силиста…

— Ты придешь за мной? Ты меня найдешь? Папочка…

— Где ты, Нат? Скажи, и я тебя найду! Скажи! Натаниэль!

— Мне пора. Я должен идти на урок.

— Урок? Что за черт?! Нат! Откуда ты звонишь?

— Пока-пока. Мы еще поиграем с тобой, папочка. В прятки.

— Нат! Не бросай трубку! Нат! Не смей бросать трубку! Черт! Нат! Нат!

На другом конце связь оборвалась. В ушах Скальда раздался оглушительный неприятный звон.

Натаниэль бросил трубку.

— Нат… не может быть… он же…

Ноги подкосились.

Скальд рухнул на пол и прижался спиной к стеллажу.

— Натаниэль… ты же даже не родился…

И вдруг… в кабинете стало резко темно. Свет померк.

«Опять с электричеством проблемы?».

И зажегся экран телевизора.

— Телик? Его здесь никогда не было…

Толстый телевизор стоял на кушетке для пациентов. Провод обвисал на пол и не был подключен к сети, но экран при этом ярко светился белым и синим.

Разносилось странное жужжание.

— Что вообще происходит?

Скальд оставался сидеть на полу и смотреть в экран телевизора. Изображение стало более четким. Скальд увидел затылок девушки и волосы, заплетенные