Лори Хэндленд - Охотничья луна

— А ты не можешь его уволить? — спросила я. — Ну, то есть, ты же босс.

— И с чего бы мне увольнять Элвуда? Все его знают, местные его любят. Они пытаются не доставлять неприятностей, когда он на дежурстве.

— А он слишком не в теме, чтобы задавать вопросы, чем ты тут занимаешься.

— В точку. Мне не нужна помощь в исполнении обязанностей шерифа в городке с населением в четыре сотни человек.

— Если бы здесь жили только люди.

— Вот теперь ты понимаешь.

— Поэтому я тут и появилась.

— А я никогда и не говорила, что у тебя проблемы с мозгами.

Вообще-то мне казалось, что как раз говорила, но я не собиралась поднимать этот вопрос.

— Пойдем ко мне. — Джесси уже стояла у двери.

— Откуда ты знаешь, что Уилл там?

— А где ему еще быть? Он должен работать.

Она оказалась права. Уилл был дома, сидел за кухонным столом, обложившись бумагами и книгами. Другие материалы лежали на полу. Компьютер был включен и работал, принтер выплевывал страницы, даже когда Уилл бормотал и стучал по клавишам.

С очками на макушке он, прищурившись, не сводил глаз с монитора. За каждым ухом было заткнуто по карандашу. Что за чокнутый профессор.

Я покосилась на Джесси как раз вовремя, чтобы перехватить её влюбленный взгляд. Захлопнула дверь. Уилл подскочил, Джесси нахмурилась.

— Милый, я дома! — позвала я.

Уилл улыбнулся, встал и подошел к нам, протягивая мне руку.

— Ли, рад тебя видеть.

Хотела бы я сказать то же самое. Я уставилась на длинную страшную царапину на его предплечье, затем подняла глаза на огромную повязку на шее. Мысленно я вернулась в прошлую ночь — оборотни дрались, кусались, истекали кровью.

И не успела я опомниться, как дуло моего пистолета оказалось направлено Кадотту в грудь.

Глава 10

Не сводя глаз с пистолета, Уилл засмеялся:

— Эй, Джесс, твоя подружка?

Да что же такое с людьми в этом городе? Неужели больше никто не боится вида оружия?

— Какого черта ты делаешь? — рявкнула Джесси.

Я не отвлеклась на нее.

— Где ты был вчера ночью?

— Здесь.

— Кто-то кроме нее может это подтвердить?

— А я чем тебя не устраиваю? — потребовала ответа Джесси.

— Ты его любишь. Если он в полнолуние обрастет шерстью, ты его защитишь.

— Она права. — Уилл глянул на Джесси, приподняв бровь. — Ты так и сделаешь.

— Но мне не придется, ты же не оборотень.

— Докажи, — потребовала я.

— Он уже доказал.

— Как?

— Сними рубашку.

— Это вряд ли, — сказала я.

— Не ты, — насмешливо улыбнулась Джесси. — Он.

— Меня не привлекают чудаки.

— Заткнись.

Мне хотелось сказать что-то остроумное, но тут Кадотт снял рубашку, при этом уронив на пол очки и карандаши из-за ушей. У него почти такая же красивая грудь, как у Дэмьена. Почти. А на плече темнеет неприятная на вид, едва затянувшаяся рана. От пули.

— Манденауэр выстрелил в него серебром.

Вполне в духе Эдварда. Может, он и выглядит как добрый дедушка, но это не так. Если нужно, он умеет быть самым гадким и жестоким сукиным сыном из всех, кого я знаю.

— Думаешь, наш босс пустил бы Уилла в команду, если бы не был уверен в его благонадежности? — спросила Джесси.

Разумно.

Я опустила оружие, на секунду отведя взгляд от Джесси. Большая ошибка. Она тут же схватила на меня за рубашку и впечатала в стену.

— Если еще хоть раз вздумаешь наставить на него пистолет, лучше сначала прикончи меня. — Она снова встряхнула меня, и я врезалась затылком в оштукатуренную стену. Из глаз посыпались искры. — Усекла?

Усекла. Любые милые и пушистые моменты между нами оставалась лишь моментами. Я нравилась ей не больше, чем она мне. Но нам нужно закончить работу.

— Оставь её, Джесс. Я даже не вспомню, сколько раз ты сама тыкала мне в лицо пушкой.

— Это было другое.

— Знаю. Ты с самого начала на меня запала. — Он улыбнулся. — Она тебе не рассказывала, как наткнулась в лесу на меня в чем мать родила?

Я глянула на Джесси, вспоминая её слова при нашей первой встрече.

— Кое-что упоминала.

— Она тоже думала, что я оборотень. Но все равно не могла держаться от меня подальше.

Я нахмурилась. Они спали вместе, когда она считала его оборотнем? Фу.

Отвращение, должно быть, отразилось на моем лице, потому что Джесси закатила глаза.

— Очевидно, ты никогда не любила.

Любила. Но оборотни и об этом позаботились. Так как я не захотела развивать тему, Джесси пожала плечами и промолчала.

— Почему ты подумала, что я оборотень? — спросил Уилл.

Благодарная за отвлекающий маневр — у меня получилось переключиться с воспоминаний и мыслей о своих ошибках, — я указала на его руку, затем подняла палец к шее.

Он положил ладонь на повязку.

— О, совсем забыл. Ходил в продуктовый. — Кадотт отклеил пластырь, под которым обнаружился засос. — Как бы неприлично в моем возрасте.

Я покосилась на Джесси. Она подозрительно покраснела, и я не смогла удержаться:

— Так сильно скучаешь по старшим классам?

— Не в этой жизни, — буркнула она.

Хм. У меня-то в старших классах было самое веселое время. Оно и понятно, учитывая мою нынешнюю жизнь. Грустно, но понятно.

— А царапина на руке? — поинтересовалась я.

— Джесси нужно подровнять ногти, — пожал плечами Уилл.

Внезапно зарделась уже я.

У меня был секс. С Джимми и… Сознание устремилось прочь от воспоминания об этой ошибке, как краб, бегущий в безопасное местечко под камнем. Существовали закоулки памяти, в которые я не позволяла забредать своим мыслям, и тот единственный раз, когда я переспала не с Джимми, а с другим, был одним из таких закоулков.

Тем не менее мне никогда не приходилось кусаться и царапаться во время секса. Я этого не понимала и не хотела понимать.

— Что случилось вчера? — спросил Уилл.

Джесси быстро посвятила его в подробности.

Темно-карие глаза Уилла превратились в щелочки.

— Девять волков съели? — Он развернулся и снова сел за стол. — Я это видел. Вот буквально только что.

— Видел что?

— Забудь. — Джесси покачала головой. — Он ушел. Не услышит, пока не вернется обратно в местечко, которое мне нравится называть землей.

Мы стояли, избегая смотреть друг на друга, и наблюдали, как Уилл, бормоча, перебирает бумаги. Он пощелкал по клавиатуре, прищурился, ощупал руками голову и по-совиному заморгал.

— Вот. — Джесси наклонилась и подняла с пола его очки.

Он не глядя взял их, водрузил на нос, забыв поблагодарить Джесси, и продолжил бормотать, шуршать и печатать.