Виталий Астапенков - Черный Тёть (СИ)

– Можно подумать, по расчету у тебя мужики в очередь стоят!

Света промолчала, слова подруги её задели.

– Не обижайся, Светик, – Оксана выглянула из комнаты, ей явно было неловко за своё последнее замечание. – Мне просто обидно, что красивая, умная и хорошая девушка всё время одна. Может, хватит перебирать? Россия, конечно, велика, только банкиров на белых «Мерседесах» на всех не напасёшься.

Света передернула плечами.

– А мне банкир и не нужен. И я не одна – у меня есть друзья и…

– Приятели, – закончила за нее Оксана. – Сама же говоришь: по любви. Значит, нужен единственный.

– Нужен. – Света не спорила.

– Что, неужели никого не встречала?

Света улыбнулась.

– Почему? Встречала. Только вот никто не спешил жениться.

– А ты с ними?.. – с любопытством спросила Оксана.

– Нет, – Света покачала головой.

Какое-то время Оксана молча глядела на нее, потом повернулась и исчезла в глубине комнаты.

– А знаешь, – донесся ее голос, – ты права. Какое без любви замужество! Кстати, на будущее: если попадётся тот единственный, ты его наутро не спрашивай и не молчи, а просто ставь в известность, что теперь, как честная девушка, обязана выйти за него замуж.

Света не нашлась, что ответить на такое предложение, и пока подыскивала слова, снаружи хлопнула калитка, прошуршали по траве чьи-то шаги, и на веранду ввалилась Юля. Вид у неё был какой-то загадочно-задумчивый. Она послонялась по веранде, поглядывая искоса на Свету. Очевидно, хотела что-то спросить. Постояла у окна, рассматривая участок. Вздохнула. Света с интересом наблюдала за ней, но от вопросов воздерживалась. Юля подошла к столу, села и молча принялась отбирать стручки. Света одобрительно улыбнулась нежданной помощнице и снова взялась за дело. Напевать она перестала.

Когда покончили с горохом, Юля встала, потянулась, изображая крайнюю усталость, и скрылась в комнате. Минуту спустя там раздался Оксанин визг, потом началась какая-то возня. Скорее всего, Юля отвоёвывала кровать. Света тем временем разложила горошины по пакетам. Она устала. Хотелось плюнуть на все и лечь спать, вот только где-то в глубине души писклявый голос совести противно бубнил: «Ещё давай, ещё», заставляя присматриваться то к собранному укропу, то копне моркови. Света упорно сопротивлялась. «Заставить бы эту совесть саму работать, – думала она, – а то, конечно, она – вся белая и пушистая, а у меня уже руки отваливаются».

Она проиграла. Со вздохом подняв за зелёный хвост морковку, Света подумала, что как было бы хорошо взамен опостылевшего сбора урожая, посидеть вечерком у костра и попеть песни, поплавать в озере или порадовать девчонок, устроить им День полноценного отдыха и…

«Вечер секса», – ехидно подсказала обиженная совесть.

Света смешалась и покраснела. Откуда такие мысли, неужели на неё так подействовал день с Аристархом? И с каких пор совесть начала давать советы, к тому же не этичные?

«Зато приятные, – парировала совесть, – и почему не этичные?»

Света тряхнула головой. Дожила: с совестью уже начала разговаривать, что дальше? С собственной ленью обустройство личной жизни обсуждать? Тогда никакой личной жизни точно не будет.

Оборвав её рассуждения, на пороге выросла Юля и окинула девушку таинственным взглядом.

– Светик, ты никакого дискомфорта не ощущаешь? – вкрадчиво поинтересовалась она.

Света неопределенно пожала плечами. Что придет в Юлину голову, не мог предугадать никто: ни воздыхатели, ни начальство, ни правительство. Последнее, правда, ни разу ещё не попыталось этого сделать.

– Нет, – сказала она, – мои ощущала молчат.

– Мои тоже, – пискнула Оксана из спальни.

– Странно… – Юля ненадолго задумалась. – А вот мои ощущала подсказывают, что чужим ощущалам будет намного приятнее меня ощущать без тлетворного микробиологического влияния.

Из-за Юлиной спины выскользнула Оксана и очумелым взглядом уставилась на Свету, покрутила пальцем у виска.

– Хочу в баню, – перевела Света.

Оксана облегченно вздохнула.

– Слава богу! – сказала она. – Я уж подумала, что у неё мозговая травма от переработки на огороде.

Света фыркнула.

– Что-то я не видела никакой особой переработки, – заметила она. – И уж в любом случае, для мозговой травмы нужно иметь мозг.

– У меня-то он есть, – Юля гордо вздернула голову. – В отличие от некоторых.

– Может, и есть, – согласилась Света, – только какой-то гомо-ориентированный.

– Чего? – Девушки дружно вытаращились на хозяйку.

Света чуть покраснела.

– Ну… муже-ориентированный или парне-ориентированный. На мужиков, в общем. И кстати, мне, конечно, не жалко, но зачем сейчас возиться, топить баню, если недавно принимала душ?

– Я – девушка чистоплотная, – веско проговорила Юля.

– Настолько, чтобы через два часа после душа идти в парную?

Оксана вдруг хихикнула.

– У нее свидание, – объяснила она Света. – Я слышала, они с Женей сговаривались.

– В моей бане? – возмутилась Света. – Вам здесь что, сауна?

– Не знаю, – Оксана задумалась. – Кажется, нет…

Света не поняла, к чему это отнести: к свиданию или её последним словам, но уточнять не стала. Она посмотрела на Юлю.

От той убийственно разило оскорбленной добродетелью.

– В баню я хожу мыться, – гордо объявила она. – А для всяких непотребств, между прочим, существуют мягкие кровати. Больно надо еще на жестких скамьях кувыркаться. – Она окинула девушек подозрительным взглядом. – Откуда у вас вообще такие мысли?

Свете стало неловко. Действительно, почему сразу подозревать худшее? Ну, захотелось девушке попариться на ночь глядя, так неужто для неё воды жалко?

В отличие от добросердечной Светы Оксана не испытывала ни малейших угрызений совести и откровенно хихикала под уничижительным взглядом Юли. Последняя, поняв в конце концов, что втемяшившую что-то себе в голову девчонку ничем не проймёшь, отвернулась и посмотрела на Свету.

– Ладно, – Света вздохнула. – Пойду, растоплю. А вы пока воды натаскайте.

– Мы? – поразилась Оксана. – Я-то здесь причем?

Света погрозила ей пальцем.

– Или работают все, или прощай сауна. Не отдадим же мы коллегу по работе в мужские объятия с неомытым телом.

– На какие жертвы идти приходится ради этих похотливых животных, – пробормотала Оксана.

– На водоносные, – Света открыла дверь и придержала, дожидаясь, пока девушки возьмут ведра. – Сами тоже попаримся.

Юля застыла у порога.

– Там втроём не поместиться, – сказала она и поставила ведро на пол. – Вы идите пока, я потом, не спеша, попарюсь всласть.