Бри Диспейн - Жестокая красота

— Заткнись.

— Когда-нибудь ты со мной согласишься. И будешь жить дальше.

— Заткнись, — повторила я.

Толбот взял меня за руку с таким видом, словно хотел притянуть к себе.

— А я смогу тебя поддержать.

Я вырвалась.

— Я запрещаю тебе. Оставь меня в покое.

— Я подожду.

— Хватит!

Толбот попятился. Он как будто дал мне понять, что подставляет себя под мой удар.

— Прости, — пробормотал он и опустил голову. — Я сглупил. Мне просто… не нравится то, как ты страдаешь. Я не вижу прежнюю Грейс. И я скучаю по ней.

— Я никуда не делась… и я никогда не была твоей.

— Ты сейчас рядом со мной, но ты — не та, с которой я познакомился несколько недель назад. В той девушке пылал огонь. Она мечтала стать супергероем. А ты чахнешь и забываешь обо всем. Когда в последний раз ты тренировалась? А ела когда?

— Ты, наверное, думаешь, что я бездельничаю и рыдаю, — буркнула я. — Ладно, я только что плакала в углу лестничной площадки, но это не имеет значения. — Я — не слабая немощь. И я спасу Дэниела.

— Здесь-то и заключена проблема. Свою страсть ты тратишь на бесплодные поиски, — тихо продолжал Толбот. — И я боюсь, что ты потеряешь себя. Ты должна все прекратить. Склад уничтожен, а обнаружить амулет на церковном дворе невозможно.

Я промолчала. Он прав. Нет смысла перебирать щебенку на парковке. Но как же быть? Есть еще одна возможность раздобыть лунный камень, но я пообещала папе, что прибегну к ней в крайнем случае…

— Пожалуйста, Грейс, не злись на меня. Давай будем друзьями, как раньше. Я с тринадцати лет жил сам по себе, и у меня не очень хорошо складываются межличностные отношения.

— Ага, — кивнула я, размышляя над своей идеей.

— Но я стараюсь, — произнес Толбот. — Ты когда-нибудь поверишь мне?

Как же ему хочется помириться со мной, подумала я. Мне вспомнилось, в какой ступор ввел Слэйда пожар на складе. Значит, Толбот преодолел себя, зашел в горящий коридор и вытащил моего отца. Он искренен. Может, Толбот несет полную чушь, но он заслуживает гораздо большего, чем вечное презрение с моей стороны.

— Спасибо, — поблагодарила его я. — Ты попытался защитить моего отца. — Я положила руку на предплечье Толбота. — А мне и вправду очень нужны друзья.

— Надеюсь, ты поймешь, как много ты значишь для меня, — улыбнулся Толбот.

— Не обольщайся, — проговорила я. — Кстати, мне пора.

— Что?

— Мне пора, — твердо произнесла я. — Ты не ошибся. Я никогда не найду лунный камень на церковном дворе. И теперь, когда склад разрушен… у меня есть один план. Я пойду к Сирхану.

— Грейс, это безумие, — сказал Толбот и его взгляд стал жестким. — Если ты пойдешь к Сирхану, то велика вероятность, что ты никогда…

— Не вернусь. Но если такова цена, которую я должна заплатить за возвращение Дэниела, я так и сделаю.

— А дальше?

— Я отправлю камень Эйприл или… Не знаю. Позже решу. Но теперь никто меня не остановит.

— А твой отец и другие родные?

— Я ничем не помогу папе. Я пыталась вместе с Гэбриелом вылечить его, но эффект получился обратным, я причинила ему вред. — Я прикусила губу, а на лице Толбота отразилось изумление. — Что до моей мамы… До нее невозможно достучаться.

А ведь я еще не упомянула Джуда…

Толбот пригладил свои вьющиеся светло-каштановые волосы.

— Ну, а я? Я тебя не отпущу.

— Нет, Тол.

Я назвала его уменьшительным именем, хотя однажды он попросил меня не делать этого. В моих устах оно звучало очень ласково.

— Ты же не материализуешь лунный камень из воздуха, — вымолвила я. — В общем, я отправляюсь домой. Соберу вещи, а с утра выйду в путь.

Он открыл рот, собираясь мне ответить, но ничего не сказал. Мне почудилось, что в глубине его глаз промелькнула боль.

Приподнявшись на цыпочки, я чмокнула его в щеку. Он слегка задрожал. Он слишком трепетно относился ко мне.

— Пожалуйста, не осложняй мне жизнь.

Я развернулась, но Толбот опять схватил меня за руку.

— Нет, Грейс! — взмолился он.

— Прощай.

— Я не могу допустить, чтобы ты отдала себя Сирхану.

— Я должна.

— Нет!

Я посмотрела на него.

— У меня кое-что есть для тебя, — прошептал он и вложил мне в ладонь небольшой плоский предмет серебристого цвета.

Я не сразу сообразила, что он мне дал. Вещь имела форму треугольника с закругленными углами. В широкой трещине я различила похожую на кристалл сердцевину. И эта штука пульсировала, излучая тепло, которое я не могла спутать ни с чем иным.

Я ощутила надежду.

— Лунный камень! — выдохнула я.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

РАЗРЫВ

Спустя шесть импульсов лунного камня.

— Как ты?.. Ты отыскал его на складе? Почему ты раньше не сказал?

Толбот откашлялся и опустил голову.

Я перевела взгляд на камень. Похоже, его хорошо потрепало непогодой. А может, он стал таким из-за взрыва на складе? Нет, поняла я. Он — слишком велик и не являлся простым осколком. Я провела пальцем по его поверхности и обнаружила маленькую дырочку, просверленную в вершине треугольника. Вероятно, он висел на цепочке или на кожаном шнурке. Изучая кулон, я всмотрелась в трещину. Она напоминала полумесяц, но ее края были нечеткими, стершимися…

— Это — тот самый камень, который мы искали на церковном дворе? Половина амулета Дэниела?

Я видела, что Толбот напряжен. Он стиснул зубы, на скулах заиграли желваки. Он едва заметно кивнул. Несомненно, он что-то скрывал. От этой мысли мой желудок скрутил спазм.

— Когда ты его нашел?

— До того.

— До чего?

— До сегодняшнего дня.

— Значит, уже вчера? Вот почему ты меня убалтывал! Он был у тебя… прежде, чем ты вызвался сопровождать моего папу в логово Калеба? — выкрикнула я.

Дикая ярость пронзила все мое существо. Толбот предал меня. Нет, нас: погибшего Маркуса, Гэбриела, моего отца!..

— Да, — выдавил Толбот.

— Ты притворялся и отмалчивался? Ты повел папу на склад, хотя знал, что в этом нет надобности. Ты решил спрятать то, что он мог найти, верно? Если бы не ты, с ним ничего не случилось бы!

Внезапно Толбот начал что-то говорить, но я перебила его.

— Стой. Ты не хотел, чтобы амулет оказался у меня. Ты ведь совсем не жаждешь возвращения Дэниела. Ты считаешь, что я в конечном итоге выберу тебя. Нет, Толбот.

— Грейс, я поступил так, потому что люблю тебя.

— Нет. Ты даже не представляешь, что такое любовь. Эгоистичный мерзавец! Ты — чудовище. Ты спас моего отца, поскольку рассчитывал завоевать меня! — выпалила я. Меня буквально трясло от гнева. — Я никогда не смогу полюбить такого подлеца.