Дом на краю ночи - Уильям Хоуп Ходжсон

— Господи Иисусе!.. — прошептал Тэмми и замолчал.

Немного погодя с губ юнги сорвалось короткое восклицание; очевидно, ему в голову пришла какая-то идея, ибо, соскочив с ростров, он со всех ног бросился на бак. Вернувшись, Тэмми шепотом сообщил мне, что впереди, слева по носу, в нескольких футах от поверхности, виднеется клотик еще одной огромной мачты.

Должен сознаться, что, пока Тэмми отсутствовал, я изо всех сил напрягал зрение, силясь разглядеть внизу огромный корабль. Сам он тонул в зеленоватой мгле, но мне все же удалось рассмотреть грот-бом-брам-топенанты и леер бом-брам-рея, причем сам парус был поднят. Но сильнее всего подействовало на меня другое. В какой-то момент у меня появилось ощущение, что на вантах корабля-гиганта я различаю смутное, призрачное движение. Порой мне казалось, будто я на самом деле вижу какие-то тускло поблескивающие тени, снующие среди снастей. Один раз я был почти уверен, что заметил некое существо, которое, точно заправский матрос, двигалось по пертам бом-брам-рея к стеньге. Разумеется, я не мог бы ничего доказать, но сам я нисколько не сомневался, что в морской глубине под днищем нашего «Мортзестуса» кипит какая-то загадочная работа.

Стараясь разглядеть побольше, я непроизвольно склонялся над бортом все больше и больше, и в конце концов — Господи, как же я заорал! — потерял равновесие и едва не полетел вниз. Отчаянно взмахнув руками, я чудом ухватился за фока-брас и лишь таким образом удержался на рострах. Несколько мгновений я балансировал над морем, и в этот краткий промежуток времени мне вдруг почудилось, что клотик гигантской мачты вспорол поверхность воды и в воздухе под самым бортом нашего судна промелькнула (теперь я знаю это точно) странная темная тень. Тогда, впрочем, я не обратил на это внимания, поскольку был слишком напуган.

В следующий миг Тэмми, бросившийся было мне на помощь, издал громкий вопль ужаса и головой вниз полетел через борт. Я едва успел схватить его за пояс и штаны под коленкой и рвануть на себя. Тэмми мешком свалился на палубу, и я бросился сверху, прижимая его всей своей тяжестью, так как юнга продолжал вопить и бороться, а я был слишком растерян и слишком ослабел от пережитого страха, чтобы надеяться удержать его одними руками.

Понимаете, тогда я подумал, что на юнгу действует что-то вроде внушения и что он стремится вырваться, чтобы броситься за борт и покончить с собой. Ничего другого мне просто не пришло в голову, хотя теперь я знаю, что на Тэмми набросился призрак. Увы, я был чересчур взвинчен, да и думал в эти мгновения только о том, как удержать парня, поэтому оказался не в состоянии понять, что же происходит на самом деле. Лишь впоследствии я вспомнил и отчасти осознал — надеюсь, вы-то меня понимаете? — что же видели мои глаза, но не зафиксировал разум.

Впрочем, возвращаясь к этим трагическим событиям, должен сказать, что при неверном свете раннего утра прильнувший к Тэмми призрак казался на фоне добела отдраенных досок палубы едва различимой серой тенью.

Потный, запыхавшийся, еще не пришедший в себя после пережитого потрясения, я сидел на бедном парне верхом, а он продолжал вопить и сопротивлялся так отчаянно, что я думал, мне его не удержать.

Именно так это выглядело со стороны.

Потом я услышал крик второго помощника и топот ног по палубе. В следующую секунду сразу несколько человек схватили меня, чтобы оторвать от Тэмми.

— Подлый трус!.. — воскликнул кто-то.

— Держите его, держите! — закричал я. — Он хочет броситься за борт!

Тут до моих товарищей дошло, что я вовсе не пытался обидеть юнгу, поскольку меня тут же отпустили и позволили встать. Тэмми еще брыкался, но двое матросов крепко держали его за руки, и я решил, что парню ничто не угрожает.

— Что тут произошло? — строго спросил второй помощник, подходя к нам. — В чем дело, Джессоп?

— Мне кажется, парнишка слегка спятил, — сказал я.

— Почему ты так решил? — снова спросил Тьюлипсон, но, прежде чем я успел ответить, юнга внезапно обмяк и осел на палубу.

— Парнишка-то, кажись, в обмороке, — сочувственно заметил Пламмер и смерил меня недоверчивым взглядом. — Что стряслось-то? Из-за чего вы поцапались?

— Говорят тебе, мы не ссорились, — огрызнулся я. — Просто он…

— Отнесите его на корму и уложите в пассажирской каюте, — вмешался второй помощник.

Его слова показались мне неожиданными, но потом я понял, что таким образом он хотел избежать ненужных расспросов. Вероятно, второй помощник решил, что мы снова увидели что-то необычное и странное — такое, о чем остальным лучше не знать.

Пламмер наклонился, чтобы поднять юнгу.

— Нет, — быстро сказал второй помощник. — Пусть это сделает Джессоп. Все ребята, инцидент исчерпан, — добавил он, обращаясь к остальным. — Ступайте!..

Матросы послушно отправились на бак, негромко переговариваясь на ходу, а я поднял бесчувственное тело юнги и понес за вторым помощником на корму.

— Не стоит класть его в каюту, — сказал второй помощник, когда мы подходили к юту. — Уложи его лучше на кормовом люке, а я пошлю кого-нибудь за бренди.

Несколько глотков бренди быстро привели Тэмми в чувство. Парнишка даже сел, и, хотя по лицу его было видно, что он пережил сильное потрясение, на вопросы он отвечал спокойно и разумно.

— Что случилось? — были его первые слова. — Я заболел, сэр?!.. — с беспокойством добавил он, увидев перед собой второго помощника.

— Что-то вроде того, — кивнул Тьюлипсон. — Ты потерял сознание. Думаю, тебе следует пойти к себе и прилечь.

— Но я чувствую себя нормально, сэр! — возразил Тэмми. — Мне кажется, я мог бы…

— Без разговоров, юнга! — перебил второй. — И не заставляй меня повторять дважды. Если ты мне понадобишься, я тебя вызову.

Тэмми поднялся и, пошатываясь, побрел в малый кубрик. Ноги его заплетались. Думаю, парень был рад возможности немного отдохнуть.

— Ну а теперь, Джессоп, — сказал второй помощник, поворачиваясь ко мне, — давай выкладывай, что там у вас стряслось на самом деле, да поподробнее.

Я начал рассказывать, но второй помощник